Некоторые хитрые левые продвигают забавную концепцию, согласно которой в сталинском СССР процветали «социалистический бизнес» и частная инициатива, которые задушил Хрущёв. Смысл этого финта ушами состоит в заигрывании с мелкобуржуазным мышлением обывателей в попытке ведения просталинской пропаганды.

Разумеется, это — жалкие попытки хоть что-то делать абсолютно оппортунистического пошиба. Они не стоят внимания, учитывая, что сущность коммунистических преобразований при Сталине разбиралась не раз, в том числе на страницах газеты.

Однако интересен вопрос: из каких посылок и из какой логики родилась данная концепция? Почему левые решили попытаться в подобном свете представить историю сталинского периода?

Скорее всего, дело здесь исключительно в хвостизме, в поиске такой системы аргументации «за Сталина», которая была бы понятна аудитории и ею принята. Примерно так же, как буржуазная пропаганда пытается выставить Сталина абстрактным государственником, выхолостить из него революционера, марксиста, коммуниста (что не менее нелепо и коряво), эти левые «подстраивают» Сталина под вкусы и либеральненькие взгляды аудитории.

Публика боится сильного государства и имеет крайне ограниченные представления как о диктатуре рабочего класса, так и об истории страны известного периода. Поэтому, скажем так, настороженно относится к Сталину, считая его кем-то вроде царя с твёрдой рукой, при котором все ходили строем и жили суровой, аскетичной жизнью. Короче говоря, публика, к которой обращаются левые пропагандисты, точно знает одно: ей при Сталине жить бы не хотелось.

И вот наши горе-пропагандисты взялись эту публику переубеждать, что Сталин не так плох, как те думают под влиянием радзинских и захаровых. Но поскольку излагать теорию марксизма-ленинизма долго и сложно, они сами её знают на кол с минусом, приходится подстраиваться. То есть концепция эта — нечто вроде соединения стихии мелкобуржуазной придури и желания левых нарастить популярность Сталина.

И более того. Левые боятся говорить прямо, что научное планирование, концентрация, укрупнение производства, отсутствие рынка и его стихии, рационализация общественной жизни, в том числе в сфере потребления — это правильно, это прогрессивно и это единственный путь развития общества действительно быстрыми темпами и в правильном направлении. Боятся говорить, что инициативность, творчество, рационализаторство в рамках научного планирования имеют в сто раз больше перспектив, чем при частной собственности.

Они таким образом популяризируют крайне агрессивные по отношению к коммунизму стихийные представления о свободе предпринимательства, благе частной инициативы и т. п. Хуже не придумаешь.

Им стыдно смотреть в глаза людям и утверждать, что коммунизм — это будущее человечества, а Сталин — ученик Ленина, классик марксизма, вождь мировой революции, вождь мирового рабочего движения, зодчий коммунизма и великий руководитель форпоста мировой революции — СССР. А все иные взгляды на Сталина — антинаучны и являются грязными поклёпами.

Ключик к аудитории необходимо подбирать не услужливым хвостизмом, а железной логикой, чёткой аргументацией, глубиной познания. Разумеется, широта такой аудитории будет уступать клубу любителей «сталинского бизнеса». Но лучше меньше, да лучше. Так ведь?

А. Редин