Предисловие «Прорывиста»

Многим кажется, что марксистская мысль в Китае не развивается, никаких обсуждений не ведётся. Разумеется, это не так. Публикуем достаточно интересную статью китайского марксиста о философии, марксизме, чучхе и борьбе. Не совсем можно согласиться, но общий ход мысли заслуживает внимания.

---

На протяжении многих лет в китайских академических и общественных кругах не утихают споры о вопросах идеологии («-измов») и политического курса. Казалось бы, эти дискуссии широки и глубоки, однако они редко затрагивают политическую мысль и практику КНДР — наших товарищей и братьев. Игнорировать данную проблему нельзя.

Те, кто выступает за сближение с Западом, всегда смотрели на КНДР свысока. Сегодня они искренне тревожатся по поводу «разрыва» Китая с «мейнстримным миром», и даже некоторые бывшие «ястребы» в социальных сетях в панике постоянно призывают к компромиссам. Но парадоксальным образом это лишь драматично подчеркивает политический образ и значимость той самой КНДР, которую они презирают. С другой стороны, еще более любопытна реакция китайских левых: они, похоже, намеренно избегают политических концепций, активно продвигаемых в Корее. Среди левых голосов, говорящих о КНДР, одни — чьи речи в интернете звучат громко, но происхождение которых туманно, — открыто или завуалированно описывают корейскую политику как феодализм, тем самым ловко исключая ее из поля зрения и размышлений левых; другие же, горячо рекламируя КНДР, стараются описать лишь внешние и конкретные аспекты этого единственного оставшегося «коммунистического» государства, невольно превращая его в некий окаменелый образ. Конечно, все эти утверждения ошибочны или односторонни, но их реальное влияние остается обширным и значительным, поскольку пренебрежение изучением КНДР не способствует построению идеологии, подходящей для новой эпохи, и даже мешает тому, что корейская мысль и теория могут стать важным материалом для обогащения и развития социализма новой эпохи в Китае. Если немного вникнуть в суть, мы осознаем, что почти все эти проблемы связаны с доминирующей политической доктриной КНДР — идеями Чучхе.

I. Традиция и разум

В своей статье «Тезисы о политике новой эпохи: Размышления о традиционалистском повороте социализма» (https://www.wyzxwk.com/Article/sichao/2023/12/483987.html) я уже указывал, что социализм на практике, становясь доминирующей силой на национальной политической арене, неизбежно сталкивается с феноменом политического традиционализма. Переход социализма, изначально следовавшего плановой модели, к рыночной экономике по сути является дальнейшим развертыванием традиционалистской тенденции. С другой стороны, в бывшем восточном блоке, вопреки распространенному мнению, КНДР фактически зашла дальше всех на пути борьбы с догматизмом. Например, если сравнить ее с сегодняшней идеологией КПРФ, то на фоне «консерватизма» политико-экономической практики корейская политическая философия почти полностью ниспровергает классическую теорию, демонстрируя свою радикальность. Эти вопросы до сих пор не получили должного объяснения ни в классической теории левых, ни в рамках парадигмы Модерна, что делает их крайне достойными глубокого изучения. Очевидно, что такое положение не может быть долгосрочным: долгое упорство в академических играх в лабиринт и теоретическом «латании дыр» может привести к губительным последствиям. Как предупреждал Сталин на смертном одре, без совершенной теории социализм обречен на гибель.

Стоит лишь выйти за рамки мышления в парадигме Модерна, как мы легко осознаем, что у социализма есть своя давняя интеллектуальная традиция. Особенно следует отметить, что современная политика — как в теории, так и на практике — имеет структурные дефекты: некоторые противоречия искусственно конструируются, а подлинные противостояния скрываются, из-за чего некоторые левые политические формы могут существовать лишь в неловком статусе «особенных», непопулярных и маргинализированных. На самом деле, их существование отражает их историческую рациональность и несет незаменимую политическую миссию, а их неловкое положение намекает на то, что в самой мысли Модерна возникли серьезные структурные проблемы. Причину, естественно, следует искать в истоках Модерна. Из-за того, что люди игнорируют различия и даже противостояние между рациональностью Просвещения и классической рациональностью, ошибочно полагая, что человечество автоматически завершает задачу наследования древних традиций через ход истории, древние интеллектуальные ресурсы социализма легко интерпретируются как законно покрытые и замененные современной мыслью; или же к великой древней мысли относятся несправедливо и необоснованно с точки зрения так называемой классовой позиции. Первое слишком обобщено и лишено анализа; второе злоупотребляет абстрактным анализом, фактически составляя порочный круг предустановленных позиций и субъективизм. В результате познание и практика социализма оказываются в тупике.

Важным примером является то, что как на Востоке, так и на Западе древняя мысль идеализировала «Великое единение Поднебесной» или справедливость и гармонию, и также считала демократию или равенство абсурдными или низменными институтами. Проблема в том, что Модерн принес всеобщую самонадеянность: люди склонны рассматривать древние социалистические идеи как примитивные, грубые фантазии, а современные конструкции — как научные (левый путь) или соответствующие гуманизму и формальной рациональности (правый путь). Все эти современные недоразумения или искусственные искажения закономерно возникают и продолжаются. С одной стороны, даже если люди ясно видят, что демократическая система в лучшем случае означает безответственную политику, а в реальности она становится инструментом господства и обмана монополистического капитала. С другой стороны, очевидно, что благо коллективизма часто приравнивается к демократии и равенству, и для многих последние становятся новыми богами. На самом деле, это также лишь обожествление человеческих желаний, противостоящих разуму, и даже если они могут представлять желания большинства, без баланса, обеспечиваемого разумом, они все равно не могут достичь блага. Ошибку в понимании коллективизма можно выявить на простейшей коллективной модели — семье, но современный миф ниспроверг здравый смысл, а всеобщие желания затмили разум.

Множество противоречий показывает, что ключ к выходу современного социализма из тупика заключается в возрождении и продвижении классической политической мысли и традиции разума. Последняя не только обеспечивает прочную основу, но и не лишена конструктивности. Дошло до того, что миру придется со стыдом признать: единственно (верный) разум основан на древнегреческой традиции. Этот инструмент мышления необходим и достаточен для выполнения задач современной политики и политической философии. Нам даже не нужно доказывать этот вывод, потому что все, кто фактически против него, не осмеливаются выдвинуть прямые возражения. Современные теоретики могут лишь подло игнорировать его, словно его никогда не существовало. С другой стороны, если мы будем наблюдать и изучать КНДР с беспристрастной объективной позиции, мы можем прийти к довольно ясному выводу. Она с откровенной и уверенной позиции демонстрирует политический традиционализм, и в то же время философия Чучхе обладает высокорациональным духом, не имея себе равных в международных левых кругах. Левые всегда считали своей миссией продвижение (просветительского) разума, но на практике они глубоко погрязли в догматизме, суеверии перед книгами и духовном рабстве. Кто-то справедливо заметил, что догма означает конец мысли. Тогда для левых оборотной стороной догматизма является именно отказ от духа бесстрашного движения вперед к истине; по сути, это антирациональность в кажущейся ученой форме, что является самопредательством левых. Если смотреть так, философия Чучхе, пусть и несколько необычным образом, устанавливает связь между традицией и разумом. Если посмотреть с более широкой перспективы, философия Чучхе рассматривает всю историю от христианства через Просвещение до Модерна как историю духовного отчуждения, и через снятие (Aufheben) восстанавливает славу классического разума.

II. Идеи Чучхе как возвращение к здравому (классическому) разуму

Идеи Чучхе, выдвинутые Трудовой партией Кореи, на первый взгляд состоят из двух независимых теоретических частей. Первая часть делает акцент на политической стратегии. Председатель Ким Ир Сен провозгласил, что идеи Чучхе воплощаются в линии политической самостоятельности, экономической самообеспеченности и военной самозащиты. Выступая против сатэризма (политики преклонения перед сильными) и догматизма, он подчеркивал самостоятельность корейского государства и нации. Эта концепция, обычно понимаемая как националистическая тенденция, не является новой для людей, но этот оттенок намеренно или ненамеренно преувеличивается извне, что является важной причиной, мешающей международным специалистам глубоко изучать эту идеологическую систему. Вторая часть — это философское и систематизированное оформление идей Чучхе. В основном оно было завершено Генеральным секретарем Ким Чен Иром. Некоторые китайские исследователи и СМИ считают бывшего официального лица КНДР, бывшего ректора Университета имени Ким Ир Сена Хван Чжан Опа, автором или даже создателем идей Чучхе. Однако, согласно четким записям и разумным выводам, это утверждение определенно ошибочно и несет явный субъективный злой умысел. Во-первых, философская подготовка самого Ким Чен Ира была весьма высока, и он начал подвергать сомнению классическую теорию еще в университетские годы. Делая пометки на прочитанных классических трудах, он писал: «К нашей эпохе это не соответствующая теория» и т.д. Любопытно и показательно, что эти действия описываются так: «Он открыто оценил исторические заслуги и статус марксизма-ленинизма, а также теоретические ограничения эпохи». Это наводит на мысль: зачем он это делал? Такое подрывное исследование не только неблагодарно, но и несет большие политические риски для КНДР. Одно из глубоких впечатлений, оставленных ранним Советским Союзом, — это смертельная борьба за линию и политическая борьба, где обе стороны заявляли, что они ученики революционных наставников. Помимо чистого стремления к истине, следующий отрывок раскрывает внутренний мир молодого Ким Чен Ира, его дальновидность и амбиции: «Более 40 лет назад он (Ким Чен Ир) сказал: сейчас у нас еще есть то, чему можно завидовать, но в будущем эта зависть исчезнет, так с чем мы выйдем в мир? Мы не можем выходить, как другие, с деньгами или вещами, мы должны выходить с мыслью… Наша мысль — это величайшая мысль, которая учит людей, как жить и бороться по-человечески». Во-вторых, исходя из моего опыта обучения и преподавания, студенты, получившие хорошую научную и логическую подготовку, легко задают вопросы по классической теории. Можно сказать, что это внутреннее требование, основанное на таких качествах, как академическая строгость, то есть спонтанная ориентация интеллектуального характера. С другой стороны, философия Чучхе бросает важный и даже системный вызов классической теории; в специфической политической среде такую новаторскую работу трудно инициировать и осуществлять кому-либо другому. Таким образом, мы определяем, что философия Чучхе происходит из размышлений самого Ким Чен Ира, как с точки зрения достаточности, так и необходимости.

Что особенно ценно, так это то, что, систематически подвергая сомнению предыдущую классическую теорию, он сохранял подлинно научный подход, тем самым укрепляя и консолидируя социалистическую теорию. Философия Чучхе опирается на простую и фундаментальную идею: человек есть хозяин мира. Ким Чен Ир считал, что классики определили сущность человека как совокупность общественных отношений, придав решающее значение материальному производству и социально-экономическим отношениям, тем самым сделав огромный шаг вперед в философском объяснении вопроса о человеке. Но они не смогли всесторонне раскрыть сущностные характеристики человека как повелителя и преобразователя природы и общества — самостоятельность, творческий характер и сознательность человека. Ким Чен Ир указал на фундаментальные различия между философией Чучхе, гуманизмом и идеализмом. Он подчеркнул, что самостоятельность человека зависит от социальных атрибутов, а не от естественных инстинктов, что вновь отделяет идеи Чучхе от либерально-демократических концепций и прокладывает путь для дальнейшего обсуждения отношений между социалистическим лидером и народом. Через раннюю речь «Несколько вопросов понимания философии Чучхе» 1974 года мы можем увидеть тщательность и глубину мышления Генерального секретаря Ким Чен Ира.

То, что человек как род становится хозяином мира, является самой базовой и важной философской предпосылкой. Однако люди, упоенные законами общественного развития или всевозможными открытыми или скрытыми теориями эволюции социал-дарвинизма, забывают о самом базовом вопросе. Либо они вообще деконструируют человека до изолированного атома, тем самым фундаментально отменяя этот вопрос. То, что человек есть хозяин мира, составляет первый принцип политической философии. Это проявляется в том, что только освободившись от простой воли к выживанию и осознав свое господствующее положение, человечество порождает моральные учения, философские и политические концепции. И наоборот, когда в классическую эпоху возникла самая ранняя системная философская мысль, это было именно то, как человек объявил миру о своей субъектной идентичности. Таким образом, корейская философия Чучхе явным и прямым способом соединила звено между современным человеком и древней мыслью. По моему мнению, она содержит в себе радикальную консервативную идейную революцию, пытаясь вытащить людей из тупика и бездны Модерна обратно на рельсы разума.

Исходя из этого первого принципа о человеке как субъекте (хотя, возможно, в скрытой форме), древняя мысль становится как отправной точкой, так и быстро достигает высшей идеи. Конфуцианский путь «жэнь» (человеколюбия), ядром которого являются «чжун» (преданность) и «шу» (взаимопонимание): «Желая утвердиться сам, утверждай других; желая достичь сам, помогай достичь другим», «Не делай другим того, чего не желаешь себе», — сегодня это по-прежнему добродетельный идеал, на который человечество смотрит с благоговением. Древнегреческие мыслители рассматривали справедливость как надлежащее, естественное состояние души, она укоренена в человеческой природе и едина с разумом. Таким образом, классическая концепция справедливости фактически устанавливает предварительный фильтр, через который должны проходить все теории для редукции. Такая моральная регуляция и политическая философия не были превзойдены современной мыслью (по превосходству) и не были по-настоящему опрокинуты (по осуществимости). Однако проблема современной политики заключается в том, что элитные группы, движимые религиозными и светскими страстями, намеренно уклоняются от устоявшихся идеологических норм и выходят за их пределы. Современные теории часто прямо заявляют о своей собственной справедливости, либо отрицают её вообще, заменяя набором лицемерных форм, либо полностью вырождаются в нигилизм. Именно с этой точки зрения мы видим, что идеи Чучхе разрывают роскошные одежды современных теорий, восстанавливают подлинную философскую парадигму и закладывают основу для раскрытия преемственности между социализмом и древними идеалами, а также для переосмысления социализма.

III. От борьбы с догматизмом к новому социализму?

В международном коммунистическом движении Мао Цзэдун и КПК подняли борьбу с догматизмом (начётничеством) на высший уровень. Основываясь на собственном историческом опыте и практических потребностях, китайская революция проложила уникальный путь. Эта новая модель оказала огромное влияние на мир и, естественно, вызвала рефлексию над классической теорией. Сегодня, когда Китай начал рыночные реформы, эта рефлексия перешла от, казалось бы, конкретных вопросов о путях революции и исторических законах к более сущностному уровню, а именно: «Что такое социализм?» (Логически, даже эти конкретные вопросы могут спровоцировать сомнения в отношении различных атрибутов социализма). Здесь нам нужно подчеркнуть понимание методологии. Для выбора пути при четкой (революционной) цели эмпиризм и прагматическая философия часто могут принести пользу; но когда цель не совсем ясна, эмпиризм и прагматизм не только не помогут людям решить теоретические проблемы, но и создадут иллюзию безопасности, еще больше увеличивая опасность соскальзывания в неверном направлении. В нынешних беспрецедентно сложных условиях критика и рефлексия КНДР по поводу догматизма особенно поучительны.

Процесс корейской революции был довольно специфичным, и при решении собственных проблем внешнее влияние было большим. Сталкиваясь с сомнениями и разногласиями, Председатель Ким Ир Сен еще в 1955 году указал: «Марксизм-ленинизм — не догма, а руководство к действию, это творческое учение». В этой речи Председатель Ким Ир Сен подчеркивал, что идейная работа должна опираться на корейскую революцию и строительство как на субъект, чтобы избежать впадения в догматизм и формализм. В то же время он также указал, что патриотизм и интернационализм дополняют друг друга, тем самым отделяя идеи Чучхе от местничества и узкого национализма. Ким Чен Ир поднял эту критику на революционную высоту: субъект (Чучхе) — это уже не просто частный вопрос в рамках универсальных принципов и не представляет отношения партикуляризма к универсализму; он становится предпосылкой и отправной точкой системной мысли, сосредоточенной на человеке, базовым концептом новой философии и нового универсализма. Таким образом, вокруг классической теории возник ряд дискуссий, и фокусом стал вопрос о том, как рассматривать движущие силы общественного движения и законы исторического развития.

С начала 1960-х годов Генеральный секретарь Ким Чен Ир серьезно изучал классические труды и организовывал глубокое исследование сотрудниками общественных наук. Он резко критиковал некоторых людей за слепое поклонение трудам Маркса, Энгельса и Ленина и за то, что они рассматривали марксизм-ленинизм как единственный критерий для революции и строительства. На протяжении десятилетий, с искренней преданностью вере и истине, он многократно подчеркивал: «Из-за ограничений эпохи и практического опыта, социалистическая теория, предложенная основателями марксизма-ленинизма, в большинстве своем не вышла за рамки прогнозов и гипотез»¹. Генеральный секретарь Ким Чен Ир указывал: «Философия Чучхе, исходя из философского принципа, центрированного на человеке, утвердила субъектное социально-историческое мировоззрение — чучхейскую концепцию истории, преодолев ограничения предшествующих социально-исторических концепций». Далее раскрывается, что самостоятельность и творческий характер человека определяют его собственный социальный процесс, и все социальные законы действуют через деятельность человека. Он тщательно исследовал объяснение исторического материализма о обратном воздействии общественного сознания и пришел к строгому выводу: «Марксистское материалистическое понимание истории в конечном счете рассматривает общность естественного и общественного движения как фундаментальное социально-историческое мировоззрение, поэтому, используя только эту теорию, неизбежно возникает ограничение, заключающееся в рассмотрении процесса общественного развития как естественно-исторического процесса».

Здесь необходимо особо подчеркнуть, что неправильно считать философию Чучхе идеалистической или субъективистской, потому что она на самом деле подчеркивает вырабатываемость, адаптивность и связанную с этим креативность субъектной воли. Это не означает, что субъект отрывается от природных условий и произвольно меняет общество и социальный процесс, опираясь на свою субъективную волю; это означает, что в рамках широкого уровня производительных сил субъект может выбирать различные социальные модели. Непоколебимая стойкость социализма, построенного на основе философии Чучхе, сможет пробудить субъектное сознание людей в развитых обществах. По сравнению с замешательством классической теории в этом вопросе, это объяснение, очевидно, гораздо более логично. Мы также должны отметить, что обсуждение этих вопросов на самом деле имеет специфический контекст и проблемную ориентацию. Похожие вопросы в 1970-х годах в Китае также были предметом ожесточенных дебатов, которые в итоге завершились политическим вердиктом: «Бедность — это не социализм». Но национальные условия КНДР диктовали, что суждения и выборы ее лидера и партии были правильными, иначе почти наверняка повторилась бы участь падения Берлинской стены.

Политическая стратегия, конечно, важна. Когда политика умирает, людям действительно трудно ожидать, что какой-то великий закон проявит чудеса и воскресит ее. Печально, но сегодня слишком многие, кажется, погружены в мечту. Для международных левых самый большой провал — это потеря смелости мыслить и подвергать сомнению. В этом отношении товарищ Ким Чен Ир является великим примером: он не только продемонстрировал политическую решимость в условиях резкого ухудшения обстановки, но и проявил редкий разум и критическую смелость, восстановив классическую традицию мышления, согласно которой теория должна опираться на надежные основы, такие как здравый смысл. Что касается философии истории, давайте пока прокомментируем вышеупомянутый спор лишь с одной точки зрения. Учитывая, что историческая концепция предшествующей (классической) теории в основном основана на индукции, с научной точки зрения, если она не может предоставить функциональную модель или хотя бы смутное количественное соответствие, позволяющее ее эффективно проверить, то мы не можем возлагать судьбу человечества на такое учение, мы должны поднять знамя Чучхе. Это подлинно научный подход, а также проявление серьезной политической ответственности. Здесь мы снова вспоминаем завещание Маршала Сталина, который перед смертью настоятельно требовал развития социалистической теории. Очевидно, что если бы он не осознавал серьезных и даже фатальных проблем в социалистической теории, он бы не сделал таких заявлений. Таким образом, можно сказать, что Генеральный секретарь Ким Чен Ир инициировал и в основном выполнил задачу, поставленную Сталиным. Мы уже начали обсуждение и продолжим доказывать, что философия Чучхе является философской основой для построения системы, которую можно назвать неоклассическим социализмом или системой открытого социализма.

IV. Исторический детерминизм и трудности, с которыми сталкивается философия Чучхе

Долгое время будущее человечества рассматривалось как противостояние двух форм исторического детерминизма. Социалистический лагерь, исповедующий исторический материализм, и капиталистический лагерь, продвигающий либерализм, вели смертельную борьбу. Любопытно, что обе эти исторические концепции связаны с Гегелем. Гегель, исходя из развития самосознания, выдвинул диалектику господина и раба, то есть процесс борьбы за признание, который завершается универсальной гомогенизацией. Но Гегель не учел, что технологическое развитие может оказать решающее влияние, а угнетенные индивиды, обладая ограниченным и хрупким разумом, трудно формируют коллективную волю и действие. Во-вторых, состояние гомогенизации все еще сохраняет разнообразие и даже сущностные различия. Следовательно, история может завершиться до того, как разум осуществится; иными словами, главное противоречие современного человеческого общества проявляется в быстром технологическом развитии и его бесконечных возможностях, с одной стороны, и запоздалом или все более удаляющемся универсальном разуме — с другой. По сути, это противостояние международного монополистического капитала и народа.

Левым крылом гегельянства является материалистическая социально-историческая теория, которая напрямую выводит неизбежные законы планирования и общественной собственности из естественного развития производительных сил и тенденции к обобществлению производства. Несомненно, это редкое сильное утверждение. С научной точки зрения, чем сильнее утверждение, тем больше его влияние, но тем труднее его доказать. Генеральный секретарь Ким Чен Ир указывал: «Предыдущие социалистические учения, основанные на историческом материализме, не смогли избавиться от исторических ограничений. Предыдущие теории не рассматривали социально-историческое движение как субъектное движение, которое возникает и развивается благодаря инициативным усилиям и роли его субъекта — народных масс, а рассматривали его как процесс, изменяющийся и развивающийся в основном из-за материально-экономических факторов, то есть как естественно-исторический процесс. Согласно принципу материалистического понимания истории, в капиталистическом обществе, чем больше развиваются производительные силы, тем больше обостряются непримиримые противоречия между производительными силами и производственными отношениями и антагонистические противоречия между эксплуататорскими и эксплуатируемыми классами, тем больше растут и крепнут революционные силы во главе с рабочим классом, и, следовательно, революция все больше созревает. Предыдущая социалистическая теория рассматривала только материально-экономические факторы как фундаментальные условия революционной борьбы и не указала, что укрепление субъекта революции и усиление его роли являются фундаментальным путем к революции». Это сомнение обоснованно. Мы можем видеть одну очень очевидную, но игнорируемую проблему: сам монополистический капитал означает своего рода планирование, тем самым обеспечивая упорядоченное макроуправление. А корректировка доходов и благосостояние также являются средствами решения так называемых классовых противоречий. Ким Чен Ир фактически напоминает о политическом здравом смысле: человеческая природа определяет, что между индивидуальным и коллективным разумом существует пропасть, и такие экономические факторы, как относительная бедность, не могут составлять достаточное условие для успеха революции.

В последние десятилетия ситуация изменилась на противоположную. Так называемая экономическая глобализация в значительной степени является глобальным расширением либеральной идеологии. Ее скрытое влияние на идеологическую и культурную сферы даже больше, чем на саму экономику; важная причина заключается в том, что, когда философия пролетариата отступает, либерализм беспрепятственно заполняет эту позицию кажущимся логичным способом. Реакция национальных государств кажется естественной: они один за другим строят и укрепляют стены. Но это явно бесполезно, потому что либерализм всегда проникает через почвенный слой. Исторический опыт показывает: когда президент Вильсон под знаменем либерализма объявил о вступлении в Первую мировую войну, национализм фактически был приговорен к смерти. После этого международный монополистический капитал усилил манипуляции и контроль над немецкой националистической мыслью, что и является причиной Второй мировой войны, которую глобализированная академическая система изо всех сил пытается скрыть. Затем мы также увидели мировое движение национального освобождения под знаменем социализма. Долгое время западный монополистический капитал искусно манипулировал демократической политикой, используя две лопаты (то есть мутировавшие под его контролем западные политические дискурсы: социал-демократию, политический либерализм и т.д. с одной стороны, и популизм нового правого, национализм и т.д. — с другой), чтобы выкопать массовую базу социализма. Сегодня новое правое поветрие в Европе и Америке вновь поднимается, что также отражает международную стратегию западных правящих групп и предвещает предстоящий последний яростный натиск на восточный социализм со специфическими чертами. Это симптом либерального «конца истории», но классическая теория с ее собственной исторической логикой трудно может подать сигнал тревоги; она даже может рассматривать глобальное господство монополистического капитала как предпосылку для подлинной революции. Это явно противоречит политическому здравому смыслу и приводит к огромному идейному хаосу, параличу и инертности. Различные проблемы и ситуации ясно показывают, что кризис социализма на самом деле является кризисом его теории.

Идеи Чучхе не признают жестких теорий, они говорят людям: избавителя не даст нам никто, и нет исторической неизбежности. Чтобы избежать или избавиться от порабощения, можно полагаться только на самого субъекта. Однако освободиться от оков теории необычайно трудно, даже самые революционные и авторитетные лидеры могут столкнуться с замешательством. Древние философы давно предупреждали: изложение истины массам и координация политики часто находятся в противоречии. В специфических условиях важно защитить непоколебимую уверенность народа в победе, но нельзя пренебрегать ни революционным оптимизмом, ни чувством кризиса. Философия Чучхе считает, что пока народ полностью пробудится и сплотится, социализм неизбежно победит. Но нетрудно понять, что такую концепцию не следует рассматривать как исторический детерминизм.

Отправной точкой философии Чучхе является разрешение противоречий и ограничений предшествующей (классической) теории, достижение значительного прорыва в теории. Но по некоторым причинам, кажется, всегда есть проблемы, мешающие развитию теории. Генеральный секретарь Ким Чен Ир много раз писал специальные статьи, подчеркивая фундаментальные различия между философией Чучхе и предшествующей (классической) теорией; между строк можно почувствовать его тревогу, а также понять его самоотверженность и нетерпение в создании социалистической теории. Генеральный секретарь Ким Чен Ир серьезно критиковал тенденцию некоторых работников общественных наук пытаться объяснить философию Чучхе в рамках марксистской материалистической диалектики: «Некоторые люди, объясняя такие фундаментальные принципы философии Чучхе, как сущностные характеристики человека, исходят не из раскрытия собственных законов общественного движения, а пытаются объяснить их с точки зрения общих законов развития материального мира». Он объяснял: «Философия Чучхе — это оригинальная философия, которая разъясняет свои собственные принципы и формирует систему… она не развила марксистскую материалистическую диалектику, а изложила новый философский принцип, центрированный на человеке».

К сожалению, прошло пятьдесят лет, а философия Чучхе, кажется, не достигла существенного прогресса, и мейнстримные исследования продолжают повторять прошлые ошибки. Например, в недавней статье Такао Камакуры, почетного профессора Университета Сайтама и директора авторитетного международного исследовательского института идей Чучхе, довольно скрытным и трудным для понимания способом подчеркивается связь и даже тождество философии Чучхе с классическими трудами, и в то же время непонятно намекается, что теория социалистического строительства Сталина не согласуется с идеями Чучхе. По моему пониманию, первое объяснение либо ошибочно, либо притянуто за уши и бессмысленно. Что касается последнего, я считаю, что Сталин подчеркивал корреляцию между развитием производительных сил и социализированным управлением (объективные экономические законы), и в социалистических политических условиях социализированное управление равносильно планированию. Таким образом, как в политике, так и в экономике, политика Сталина согласуется с идеями Чучхе, а не противоречит им. На самом деле, Сталин был самым ранним практиком философии Чучхе — независимое создание мощного социалистического государства с помощью субъектной воли. Противоположный путь — это путь, который Троцкий и Ленин отстаивали в 1920-х годах², призывая к непрерывному продвижению европейской революции. Нет нужды говорить, что успех этого пути можно было бы считать подтверждением классической революционной теории, соответствующей историческому материализму, но Сталин выступил против этой догматической, крайне ошибочной стратегии, которая могла бы привести к полному краху новорожденной советской власти.

V. Внутренние и внешние ограничения идей Чучхе

Выше мы проанализировали внешние помехи в исследовании и распространении философии Чучхе; эти недоразумения и намеренные искажения имеют разные причины. Но мы должны отметить, что, как подчеркивается в этой статье, сталинизм фактически был стихийной практикой идей Чучхе, в то время как его политические враги, такие как Троцкий, пытались уничтожить социализм с помощью догматизма и культа личности. Здесь действительно необходимо вновь подтвердить это суждение объективного анализа, потому что предательский по отношению к социализму КПСС и его нынешние наследники фактически открыто реабилитировали троцкистско-зиновьевские элементы, что вызвало огромный идейный хаос внутри левого лагеря и имело далеко идущие последствия. С другой стороны, идеи Чучхе также имеют свои внутренние ограничения, главным из которых является возможное неосознанное сужение первого принципа философии Чучхе. Это в основном связано с объективными факторами, такими как исторические условия и политическая среда. Эта проблема настолько важна, что касается современной структуры и будущего мирового социалистического движения, и ее необходимо прояснить теоретически.

Мы уже обсуждали материалистические законы исторического развития и детерминизм, и их значительный негативный аспект заключается в том, что они приводят или способствуют возможности безграничного потакания либеральному экономическому, культурному и даже политическому проникновению, что представляет огромную дезинформацию и угрозу для социалистических транзитных стран и традиционных обществ при выборе пути развития. На самом деле, подобные проблемы проявлялись и в революционной истории, а сегодня они реально влияют на суждения, выбор и постановку целей долгосрочных стратегий рыночных социалистических и политических субъектов. Мы, кажется, вошли в беспрецедентно хаотичную эпоху: враги и друзья не понимают направления этого гигантского корабля, а люди на борту также не видят будущего. Под влиянием соблазнов экономического развития и конкуренции, как только этот объективный закон исчезнет из виду, как в прошлом, материализм превратится в нигилизм.

Другая трудность лежит в противоположном направлении, а именно в вопросах классового анализа, классового противостояния и т.д. Предшествующая классическая теория по-прежнему использовала свою очаровательную диалектику, но ее объективность не была доказана, а в субъективном плане она кажется экстремистской. Глядя только на утилитарную сторону, на практике революционная партия часто тактически избегает риторики классового противостояния и антагонизма, стремясь сплотить как можно большее большинство. В целом, идеи Чучхе унаследовали эту часть классической теории. Как это следует понимать?

По моему мнению, во-первых, у идей Чучхе есть свои исторические корни, и им трудно провести радикальную рефлексию на уже сформированной политико-экономической базе. Это похоже на попытку вытащить себя из болота за собственные волосы; это можно сделать только в мышлении, но в политике это трудно реализовать. Транзитные страны, проводящие рыночные реформы и фактически давно отказавшиеся от философии классовой борьбы, на когнитивном уровне все еще не достигли необходимого уровня научности (разума). Во-вторых, избавившись от иллюзий законов материально-экономического развития, идеи Чучхе возвращаются к самим целям человечества. Эти цели не происходят из субъективных вымыслов, они основаны на долгой исторической накопленной мудрости. Для человечества классовая борьба и коллективистская диктатура, хотя и не представляют совершенной справедливости (то есть не являются самой целью), должны быть признаны необходимыми средствами. С одной стороны, необходимо решительно бороться с той частью буржуазии, которая упорно настаивает на монополистическом господстве. С другой стороны, если говорить только о сплоченности, а не о борьбе, средние слои легко могут склониться к монополистической буржуазии. В конечном счете, справедливость и гармония могут быть достигнуты только через сплоченность и борьбу, формируя компромиссы и консенсус между различными группами. В-третьих, Советский Союз и социалистический лагерь являются блестящими образцами в истории человечества, великим творением народа и народных лидеров. Их отношения с классической теорией и Октябрьской революцией не так тесны, как понимается поверхностно; наоборот, их отношения извилисты и сложны. Некоторые надежные исследования показывают, что Октябрьская революция получила поддержку от некоторых западных капиталов, но Советский Союз и последующие социалистические страны стали неожиданностью для западных сил и должны рассматриваться как достижение спонтанного возникновения идей Чучхе. Философия Чучхе зародилась в Советском Союзе под руководством Сталина и родилась в Корее. Геополитический и объективный контекст определил, что КНДР должна придерживаться коллективистской системы, что составляет особые условия и ограничения для идей Чучхе. Следовательно, понимая слова лидера, следует уделять внимание внутренней логике теоретической системы, а не просто слепо следовать текстуальным интерпретациям. Борьба с догматизмом — важная концепция философии Чучхе; точно так же изучение и исследование самой философии Чучхе должно подчиняться этому духу.

VI. Классическая интерпретация философии Чучхе и ее развитие

Наиболее яркая черта и главный вклад философии Чучхе заключаются в том, что она вновь включила политическую философию в модель классической научной теории, то есть построила теорию на надежной основе здравого смысла. Тогда страсть и разум расцветают из совести, и социализм правильно понимается каждым. Мы должны обеспечить, чтобы базовые идеи, даже если они иногда размыты, сохраняли правильность. То, что философия Чучхе могла возникнуть в Корее, помимо причин, которые мы обсуждали ранее, по моему мнению, критически важно благодаря влиянию классической мысли.

Во-первых, уникальные условия и ситуация КНДР позволяют ей сохранять больше консервативных факторов. Культура Модерна использует хвастливую риторику и хвастливые знания для получения преимуществ и авторитета, заменяя ими строго аргументированный, упрощающий сложное подлинно научный стиль, подавляя классическое мышление, основанное на надежности, с помощью принципов статистики и создания общественного мнения. Это на самом деле является стратегией манипуляции и контроля над общественным мнением и мыслью, разработанной и все более умело используемой крупным капиталом в «свободной» почвенной среде; ее грубое выражение: «Ложь, повторенная тысячу раз, становится истиной». В этом плане Советский Союз и Россия, изо всех сил стараясь догнать модные западные тенденции, стали рабами литературных конкурсов (безусловное поклонение мастерам слова и продвижение «нового мышления» — яркие примеры), и вместо этого потеряли подлинный разум. Например, в КНДР очень большое внимание уделяется образованию в области формальной логики, и, кажется, она не подверглась влиянию популярного тренда диалектической логики. Насколько мне известно, формальная логика является одним из четырех обязательных предметов в элитной школе — Университете имени Ким Ир Сена. Формальная логика и сознание надежного доказательства играют важнейшую роль в разрушении суеверий перед авторитетами. Интересное сравнение: в Китае борьба с догматизмом и суевериями перед авторитетами проявляется в основном через действие эмпиризма с культурными особенностями. В принципе, эмпирическое мышление не фокусируется на том, правильно или неправильно, а на эффективности. В результате, даже если в практической политике оно мало сковывается классической теорией, в идеологической и культурной сферах ее негативное влияние очень велико, настолько, что трудно систематически конструировать столь необходимую новую идеологию. КНДР также не подверглась влиянию эмпирического мышления. Это может быть связано с тем, что с самого основания государства она стремилась сохранить идейную и политическую независимость.

Во-вторых, некоторые признаки указывают на то, что Генеральный секретарь Ким Чен Ир хорошо изучил классическую мысль и уделял внимание поглощению ее разумных факторов для развития своей политической теории. Он говорил: «Чтобы руководить государством и революцией, необходимо иметь собственную философию и собственные политические идеи. Лидер, став известным философом и обладающий собственной философией, сможет успешно осуществлять политику». Он сравнивал лидера с мозгом, выполняющим функцию сознательной деятельности в органическом теле человека, и считал, что одной из миссий революционного лидера является анализ и синтез требований и интересов народа. Эти взгляды напоминают Платона.

Философия Чучхе подтвердила принцип о том, что человек есть субъект. Человек (род) есть хозяин мира, человек (род) может выбирать, как жить, и управлять своей судьбой. Эта истина ясна и глубоко укоренена в сердцах людей, но, возможно, именно потому, что она кажется заурядной, ее принятие в качестве первого принципа политической философии требует огромной смелости. Здесь мы даем самое простое объяснение. После Просвещения возникли две основные интеллектуальные тенденции: с одной стороны, человек как род был деконструирован до индивида, что заложило основу для того, чтобы меньшинство стало хозяевами мира. С другой стороны, человеческое общество было описано как придаток так называемых объективных законов материального развития. Генеральный секретарь Ким Чен Ир с бесстрашным духом отверг эти ошибочные теории и привел страну к тому, чтобы она твердо стояла на ногах в беспрецедентных бурных водах. Это теоретическая победа идей Чучхе.

Нам также необходимо рассмотреть, как базовый принцип философии Чучхе находится в контексте древней мысли. Как упоминалось ранее, эта концепция настолько производна, что без нее никакие моральные учения и политическая философия не могут быть развернуты. С другой стороны, классическая мысль не лишена софистики и уловок, которыми наполнен Модерн. Очевидно, что концепция человека как субъекта не была ни деконструирована, ни искажена, но и не была явно выдвинута; она фактически является скрытой предпосылкой древней мысли. Только приняв эту предпосылку по умолчанию, можно обсуждать такие вопросы, как справедливость. Просто в объективных условиях древности отношение людей к божествам, одобрение и прославление героев и тиранов могли препятствовать тому, чтобы человек в целом рассматривался как объект познания. Но древние философы были достаточно глубоки в признании естественного порядка, взглядах на человеческую природу и рациональной диалектике отношений между людьми. Одна из причин здесь в том, что, в отличие от естественных наук — где объекты исследования сильно различаются на разных этапах, — объект политической философии не меняется. Это намекает на возможность: подобно тому, как в ту эпоху Евклид завершил систему двумерной пространственной геометрии, древнегреческие философы также достигли вершины политической философии. Сравнивая различные учения по стандартам строгого логического вывода, мы можем беспристрастно поддержать этот вывод.

Я верю, что между принципом и основными политическими взглядами идеям Чучхе все еще нужно больше логических мостов для укрепления аргументации. Классическая политическая философия может оказать ключевую помощь. Философия Чучхе должна дополнить принцип: человек обладает разумом, человек должен и может подчиняться разуму. В классической мысли разум напрямую связан с истиной и справедливостью. Отсюда мы можем развернуть дискуссию о справедливости. Короче говоря, лидер, элиты и народ составляют субъект, но их функции различны. Когда народ не выступает против коллективизма, а лидер использует разум, анализирует и синтезирует волю народа, считая, что коллективизм и его диктатура полезны для государства и человечества, полезны для противостояния глобальному господству международного монополистического капитала, тогда это соответствует справедливости. В обратной ситуации, когда западные правящие группы отвергают разум и справедливость, народ должен пробудить субъектное сознание и свергнуть их господство. Без лишних слов, фокус здесь в том, представляют ли свободная демократия и так называемое верховенство закона справедливость, или в каких условиях классическая политическая философия, упорно критикующая демократическую политику, была отвергнута? Мы можем сказать, что в истории математики и науки ни одно учение никогда не было легкомысленно отброшено. Классическая политическая философия и математика — родные сестры, но первая не только столкнулась с насилием и огнем религиозных движений по одурачиванию масс, но и когда человечество вышло из религиозного мрака, она снова подверглась намеренному уничтожению. Ее враги, зная силу своего противника и не смея открыто выступать против нее, могли лишь трусливо и подло устранить ее влияние с двух направлений. В правом направлении свободная демократия была установлена как политкорректность, в левом направлении — несомненно, догматизм; то есть противопоставление подлинному разуму фактически в значительной степени стало современным консенсусом. Одним из великих вкладов товарища Ким Чен Ира является то, что он громко сказал людям: догматик не достоин называться социалистом или левым.

Предложенный нами принцип классического разума обеспечивает мощную аргументацию для философии Чучхе, и отношения между лидером и народом здесь получают полное объяснение. С классической точки зрения, сущностное различие между традиционной политикой и так называемой западной современной политикой очевидно: первая — это политика ответственности, где политик берет на себя полную ответственность перед историей; вторая, с ее внешней блестящей сменой выборных лиц, по сути, является безответственной политикой, где политики не несут ответственности ни перед избирателями, ни за свои политические действия. Под господством монополистического капитала демократия — это худшая система. С другой стороны, принцип классического разума расширяет политическое поле зрения философии Чучхе, делая ее политику полной системой. Когда народ проявляет больше требований к свободе и желаниям, лидер может нуждаться в том, чтобы следовать потребностям народа, но он ни в коем случае не должен отказываться от разума. Желания, потерявшие контроль разума, означают потерю справедливости и долгосрочных интересов народа.

VII. Идеи Чучхе и Китай

Философия Чучхе может стать философской основой социализма новой эпохи; эту новую идеологию мы также можем назвать неоклассическим социализмом или системой открытого социализма. «Новый» здесь означает новую эпоху, эпоху пробуждения Востока, революции и окончательного избавления от западного догматизма. Неоклассический социализм относится к новому типу социализма, в котором идеи Чучхе и социализм с китайской спецификой возвращаются к западной классической мысли и отправляются от нее вновь. Он включает коллективистскую модель управления и традиционные политико-экономические модели, обе из которых в основном находятся в Восточной Азии. Как известно, самая великая и влиятельная догма человечества — это религиозные догматы; до сих пор западный мир страдает от различных религиозных и квазирелигиозных суеверий, но на Востоке не существует традиции догматизма. Философия Чучхе, исходя из разума, установленного в великую классическую эпоху, с народом как субъектом (ориентация на человека) и социальной справедливостью как своей целью, требует как решительной борьбы с явными ошибками и злом (отличаясь тем самым от социал-демократии и всевозможных так называемых «третьих путей»), так и, благодаря полному пониманию разумом человеческого «невежества», сохраняет толерантность и плюрализм внутри социалистической системы. Эта осторожность совершенно отлична от нигилистического сознания современных людей; ее смысл таков: мы, возможно, еще не знаем, где в конечном итоге находится справедливость, но мы по крайней мере знаем, где находится несправедливость, и решительно отвергаем ее.

Философия Чучхе всегда проявлялась в китайской социалистической революции и практике, хотя концепция «субъекта» (Чучхе) часто осторожно избегалась из-за ее ассоциации или путаницы с «субъективностью». Но будь то революция, социалистическое строительство или процесс реформ и открытости, все они отражают идею Чучхе о том, что человек определяет все. Прямо говоря, догматизм не имеет подходящей почвы для выживания в китайской культуре; иными словами, если она есть, то обязательно привнесена извне или навязана внешними силами. Что касается теории о народе как субъекте, социализм с китайской спецификой подчеркивает, что правящая партия всегда представляет коренные интересы подавляющего большинства народа. Генеральный секретарь Си Цзиньпин указывал: «Идея развития, ориентированного на интересы народа, не является абстрактной, эзотерической концепцией, она не может оставаться только на словах или останавливаться на этапе мысли; она должна быть воплощена во всех звеньях экономического и социального развития. Необходимо придерживаться доминирующего положения народа, следовать стремлениям народных масс к лучшей жизни, непрерывно реализовывать, защищать и развивать коренные интересы подавляющего большинства народа, чтобы развитие осуществлялось ради народа, опиралось на народ, а его результаты делились народом».

Китай как великая страна обладает способностью сохранять стабильность основ правления социалистической партии; при этой предпосылке развитие традиционной рыночной экономики также представляет волю китайского субъекта. Ранее обсуждалось, что после поглощения классической политической философии в качестве основы философия Чучхе как идейная система укрепляется. С другой стороны, она делает идеи Чучхе более всеобъемлющими и открытыми, то есть воля народного субъекта обладает большей гибкостью и свободой, и, соответственно, требует, чтобы социалистическая идея исходила от классического рационализма. Реформы в Китае давно поставили этот вопрос на практическом уровне. Всесторонний рост рыночной экономики и частного сектора фундаментально ниспроверг такие взгляды классической теории, как классовой анализ и классовая борьба³. Это вопрос, который теоретические круги не могут игнорировать. Переходные объяснения, такие как «начальная стадия социализма», также не подходят, потому что внутри страны они трудно убедят народный субъект, а вовне не смогут эффективно сплотить страны мира. Короче говоря, неясность и неопределенность долгосрочных и конечных целей неизбежно будут все больше ослаблять политическую эффективность, то есть предельное влияние развития Китая на внешний мир отклоняется от нормального закономерного поэтапного возрастания, а вместо этого постоянно снижается или даже становится отрицательным. Кто-то может возразить: почему эта идеологическая «временная мера» не вызвала подозрений у идеологических враждебных стран, но ей трудно завоевать доверие потенциальных друзей и масс? Ответ прост: потому что те враждебные страны просто хотят использовать ее идеологическое всеобъемлющее наступление, чтобы в конечном итоге поглотить противника. Конечно, их терпение тоже ограничено.

Истинная трудность в вышеупомянутых проблемах по-прежнему исходит от догматизма, который мешает людям проводить рациональный анализ и размышления, исходя из объективных реалий. Теоретически анализ и вывод нетрудно сделать. Во-первых, здесь мы не учитываем теорию конкуренции национальных государств, обсужденную ранее; мы считаем, что изоляционистская тенденция национализма определяет его результат: либо провал, либо зависимость. Тогда, пока эта восточная великая страна не намерена принимать либеральный глобальный порядок, остается только одно объяснение. Новая теория может быть только универсалистской, а не партикуляристской. Учитывая абсолютное господство монополистического капитала в западном мире, она неизбежно должна считать, что главное противоречие современного мира превратилось в противоречие между странами и народами всего мира и группой международного монополистического капитала, а обычная буржуазия и малая буржуазия в собственных странах и мире больше не рассматриваются как враги нового социализма. Далее, если международная монополистическая группа завершит глобальное завоевание, обычная буржуазия и элиты мелкой буржуазии обязательно станут последними объектами, которые будут раздавлены и уничтожены. Классическая теория не проанализировала политическую сущность либерального порядка, а именно: либерализм — это не цель монополистической группы, а лишь самый удобный и практичный инструмент в ее ящике инструментов для завоевания мира и поддержания господства любыми средствами. Это и есть взгляд неоклассического социализма; в отличие от классической теории, он не считает, что либеральный порядок коллективно определяется «собранием акционеров» под названием буржуазия. Он верит, что в конечном счете этот порядок полностью манипулируется и контролируется монополистической группой. Как только либерализм будет полностью разбит, обычная буржуазия может стать членом гармоничного общества. История и современная практика Китая показывают, что класс торговцев и обычная буржуазия могут эффективно сдерживаться политическим контролем. Это обеспечивает отличный пример, доказывающий осуществимость и разумность теории неоклассического социализма, а именно: поддержание социальной справедливости с помощью независимой, сильной и эффективной политики. Прошлая эмпирическая и абстрактная аналитическая теория имеет грубость в исследовании и логические ошибки; ее классовая бинарная классификация слишком обобщена и упрощена, настолько, что отклоняется или даже искажает реальное состояние мира. Она просто сводит «факты» капитализма на практике к классовым атрибутам, избегая при этом исторических и культурных причин, вызывающих эти факты.

Китайские лидеры, очевидно, заметили неизбежные и фундаментальные дефекты переходных учений или теорий «временных мер» и начали фокусировать внимание на сфере ценностей. Особенно в международной сфере, которая находится под большим влиянием национальной философии, Китай должен представить себя миру: «Кто я?», «Каковы мои вера и ценности?», иначе Китай не сможет играть роль великой державы и выполнять международную миссию. Поэтому Китай выдвигает инициативу по продвижению общечеловеческих ценностей и построению сообщества единой судьбы человечества. Это мудрый шаг и важный сигнал о смене вектора китайской мысли и теории. Если мы не сможем сплотить страны мира вокруг универсалистских ценностей в стремлении к справедливости, то гегемонистские страны и группы монополистического капитала будут принуждать страны мира использовать их фальшивый, лицемерный универсализм для атаки и уничтожения справедливости. Это не только «правило врага и друга», которому следует холодный политический мир, но и глубокий закон добра и зла в сознании человеческой души.

Можно четко сказать, что философия Чучхе и социалистическая идеология с китайской спецификой новой эпохи прекрасно дополняют друг друга, осуществляя критику догматизма и инновации в социалистической теории и практике с разных сторон и в различных областях. Эти критические и практические достижения образуют два мощных крыла современного мирового социализма. В сочетании с великими древними моральными учениями и рационализмом человечества они позволят социализму пустить корни в глубочайшем культурном наследии и наиболее фундаментальных и надежных идейных основах, обретя совершенно новый блеск. Сегодня мировое социалистическое движение сталкивается с беспрецедентными переменами за последние сто лет, что настоятельно требует от нас мужества в поиске истины для проведения идейных преобразований и ответа на беспрецедентные кризисы и вызовы.

Чу Ипин,
доцент кафедры марксизма Нанкинского университета почтовой связи и телекоммуникаций.
Источник: https://www.wyzxwk.com/Article/sichao/2024/02/487214.html

1. В статье 1992 года «Социализм — жизнь нашего народа» Ким Чен Ир имел в виду несколько иное, доцент Чу здесь приписал лишнего:
   
   «Марксизм-ленинизм – это такие революционные идеи, которые появились как отражение требований революционной практики рабочего класса в периоды домонополистического капитализма и империализма. С той поры история далеко шагнула вперед, время изменилось. Наше время – это новая эпоха, эпоха самостоятельности, когда народные массы как хозяева истории, хозяева своей судьбы самостоятельно и творчески прокладывают путь исторического прогресса, путь к решению своей судьбы. Основоположникам марксизма не довелось самим вести социалистическое строительство, и о Ленине можно сказать то же. В силу ограниченных конкретно-исторических условий и практического опыта социалистическая теория основоположников марксизма-ленинизма в большинстве случаев не смогла выйти за рамки прогнозов и гипотез.
   Однако, указывая на ограниченность теории марксизма-ленинизма, нельзя нигилистически относиться к нему или возводить напраслину на его основоположников. Мы должны признать заслуги Маркса, Энгельса, Ленина перед человечеством, относиться к ним уважительно. С созданием марксизма-ленинизма социалистическое учение превратилось из утопии в науку, рабочий класс впервые в истории получил свою руководящую идеологию и начал развертывать энергичную борьбу против капитала, за классовое и национальное освобождение, за построение социализма. Уважать основоположников марксизма-ленинизма – это, естественно, моральный долг и с точки зрения уважения последующего поколения к предшествующему в революции.
   При написании статей об ограниченности теории марксизма- ленинизма надо освещать и заслуги его основоположников. Это даст людям точное понимание марксизма-ленинизма, нанесет удар по империалистам и буржуазным реставраторам, забрасывающим его грязью. Чтобы аргументировано написать такие статьи, надо хорошо представлять самобытность и преимущества революционных идей нашей партии, идей чучхе. Идеи чучхе – это самобытные идеи, разработанные товарищем Ким Ир Сеном и отражающие требования новой эпохи истории – эпохи самостоятельности, это совершенная коммунистическая революционная теория. Убедительное изложение их самобытности и преимуществ естественно сопровождается рассмотрением ограниченности теории марксизма-ленинизма. Работникам теоретической пропаганды следует активно изучать идеи чучхе и глубже осваивать их самобытность и преимущества. Вместе с тем надо изучать «Капитал» и другие работы классиков, чтобы хорошо знать теорию марксизма-ленинизма».
   ↩︎
2. К сожалению, умозрительная оппортунистическая концепция «Ленин — за мировую революцию, а Сталин — за сильное государство» проникла всюду.
   ↩︎
3. Автор имеет в виду провозглашённый Дэн Сяопином в конце 1970-х годов принцип, что классовая борьба больше не главное в революции, противоречия между классами — больше не главное звено общественного развития Китая. ↩︎