О счастье пролетариата

№ 10/38, X.2019


Отпускника часто провожают словами: «счастливый, в отпуск идешь…», а по возвращении из отпуска: «сочувствуем…». Получается, в отпуске человека считают счастливым, а по его окончании — несчастным.

Конечно, в отпуске мы стараемся отбросить суету и проблемы будней, стараемся использовать это время для здоровья, для общения с семьей, для отдыха. Но ведь многие не отдыхают во время отпуска, а, например, работают на постройке своей дачи, делают ремонт в квартире, трудятся на огородах, но все равно отпуск для них — счастливое время. Кто-то не имеет семьи или по каким-то причинам не общается с ней, но отпуск и для него — практически счастье. Кто-то в отпуске уходит в запой, с азартом разрушая остатки здоровья, но и для него отпуск — за счастье. Выходит, не в этом заключено то общее, что делает отпуск счастливым временем жизни, а в освобождении от подневольного труда.

Нерабочее время при капитализме называется и считается «свободным» главным образом потому, что работая на предпринимателей или их государство, человек считает себя несвободным. Таким образом, и отпуск считается растянутым свободным временем, временем освобождения человека от наёмного труда. Отсутствие этого принуждения к труду, перерыв в несчастливом труде и воспринимается как счастливое время. Причём большинство видит отпуск отдыхом именно в форме безделья и праздности.

Но можно ли считать безделье счастливым временем для человека? Разве не в труде человек по-настоящему обретает себя, совершенствуется, реализует свои лучшие качества, служит обществу? Разве мы не знаем, что отдых — это смена деятельности?

Марксизм, решая вопрос счастья, руководствуется объективными законами развития общества и человеческих отношений, поэтому рассматривает счастье не как самочувствие человека или его состояние, а как феномен общественный. Счастье, возможное для всех, есть достаточное условие счастья для каждого — это наименее распространённая сегодня истина. Марксизм открыл объективные законы человеческого счастья и законы построения общества всеобщего счастья — системы абсолютно рациональных общественных отношений на базе высших достижений науки и производства. С научной точки зрения счастье состоит не в прекращении несчастий, не в освобождении от них и не в ощущениях удовольствия, а в таких формах общественного бытия, которые будут порождать адекватное мышление, разумные отношения между людьми и, следовательно, положительные эмоции. Счастье и есть наиболее краткое определение коммунизма.

Научное понятие коммунизма реализовывалось на практике в нашей стране в период СССР. Даже начальная ступень коммунизма дала замечательный пример качественного движения общества к счастью. Несмотря на то, что коммунистический опыт СССР уже 30 лет подвергается остервенелой травле, лжи и ругани, в народной памяти и в понимании наиболее прогрессивных слоёв общества к нему сохраняется положительное отношение. Основные условия для счастья, обеспечением которых и заслужил народное признание СССР, состоят в следующем. Чтобы быть счастливым, необходимо прежде всего биологически существовать, т. е. иметь в личном потреблении еду, одежду, жильё; находиться в обществе и соответствовать уровню его развития или опережать этот уровень; жить максимально долго; жить мирной жизнью; быть свободным и, наконец, трудиться. К 1950-м годам СССР уверенно обеспечивал устойчивый рост всех необходимых материальных факторов, касающихся этих условий. Да и после Сталина уровень социального развития СССР значительно превосходил и западные страны и нынешнюю РФ.

Разрешение вопроса счастья невозможно изолировать от остальных вопросов — экономических, политических, вопроса власти и классового деления. Отсюда вытекает и определение счастья как борьбы человека за общественное благо, отсюда необходимость коммунистической революции, необходимость установления диктатуры рабочего класса как единственной возможности научного решения вопроса построения счастливого общества.

Есть выражение «человек — сам творец своей судьбы. Оно не совсем верное: отрицать роль общественных отношений в судьбе человека — это самообман, верным будет выражение «человек — творец своей судьбы, когда творит для общества». Это можно понять на примерах, сравнив счастье творивших для общества и «счастливцев», ищущих свое счастье за счёт общества, т. е. за счёт несчастья других.

Показательным примером счастливого человека, творца счастья, не личного, а общественного, является Н. Островский, который вложил в уста своему герою знаменитые слова:

«Самое дорогое у человека — это жизнь. Она дается ему один раз, и прожить ее надо так, чтобы не было мучительно стыдно за бесцельно прожитые годы, чтобы не жег позор за подленькое и мелочное прошлое и чтобы, умирая, мог сказать: вся жизнь и все силы отданы самому главному в мире: борьбе за освобождение человечества. И надо спешить жить. Ведь нелепая болезнь или какая-либо трагическая случайность могут прервать ее».

Или другой пример, из фильма «Счастливчики» (фр. Les veinards) — французская кинокомедия, состоящая из пяти новелл, главными героями которых являются счастливчики, выигравшие главные призы различных лотерей. Нет нужды разъяснять, чем счастье в понимании Н. Островского отлично от «счастья» обывателя, выигравшего в лотерею.

К безусловно счастливым людям относятся все, кто прожили жизнь в борьбе за счастье человечества.

Одной из основных причин хронического несчастья пролетариата ошибочно считают его финансовое положение, необходимость весь год работать и экономить, чтобы накопить на короткий период их траты в отпуске. Подобная зависимость от денег выражается, между прочим, в неосознанном отказе от счастья как смысла жизни, заменяется потребностью обладания деньгами, типа «нам не нужны деньги как таковые, нам нужны товары и услуги, удовлетворение потребностей». Но деньги — не средство удовлетворения потребностей, а способ отчуждения от него. Деньги являются средством эксплуатации, т.е. деньги обретают смысл лишь тогда, когда меньшинство бездельников барствует за счёт трудящегося большинства. Если рабовладельцы и феодалы банально отбирали произведённую рабами и крепостными продукцию, то предприниматель оплачивает «добровольный труд» работника в объёме, необходимом для поддержания штанов. Ни один предприниматель не будет платить зарплату, величина которой строго соответствует количеству и качеству затраченного работниками труда, т. к. в таком случае отсутствует основной источник его роскошной жизни — прибавочная стоимость. Ни один предприниматель не будет намеренно ограничивать свои денежные аппетиты, чтобы заработная плата его работников стала «справедливой», «достойной», «высокой» и т. п. Порядочные и совестливые люди предпринимателями не становятся. Таким образом, стремление к увеличению количества денег обманчиво, т. к. в целом лишь усиливает зависимость пролетариата от класса предпринимателей, его подчинённое и угнетённое положение.

Решающим фактором несчастья является собственно отчуждение трудящихся от результатов их труда. Причём это выражается как в постоянной бедности, недопотреблении, страхе оказаться безработным, бесперспективности, так и в самом отношении к труду и жизни. Одно дело, когда крутишь гайку, потому что «начальник сказал крутить» и платят тебе лишь за это, поэтому тебе глубоко плевать на результаты производства в целом, что там получится или не получится — это головная боль менеджеров и акционеров. Это отношение вытекает из объективного положения наемного работника и не является следствием непрофессионализма или аморальности, как иногда пытаются представить. Однако поскольку потребителями значительной доли произведённой продукции оказываются сами же пролетарии, им приходится на себе ощущать низкое качество товаров и услуг во всех областях. Тут как в подводной лодке, выйти не получится. Выходит своего рода заколдованный круг, который обогащает жалкую кучку паразитов.

Другое дело, когда закрученная тобой гайка превращает набор железяк в механизм, созданный для общества, в том числе и для облегчения жизни конкретно твоей, твоей семьи, друзей, знакомых, соседей. Только тогда работник становится творцом лучшей жизни всех и своей лично, а не является придатком к производству, теперь он знает, что производит не прибыль хозяину за плату, а работает на улучшение жизни всего общества и в том числе на улучшение своей жизни, для счастья общего как условие счастья индивидуального. Тогда не размер поощрения (стимул) управляет отношением к труду, а разум.

Разумеется, и при капитализме есть примеры коммунистического отношения к труду, например, при ликвидации катастроф или лучшие образцы учительства, врачевания, научной работы, когда работники не считают зарплату единственной причиной труда, но эти примеры, во-первых, единичны и, во-вторых, не всегда помогают осознать разницу между стимулом и осознанной необходимостью.

Вопрос для нас всех стоит так: или довольствоваться случайными подачками предпринимателей, отпусками, стремлением к мещанскому благополучию, или взять судьбу в свои руки и реорганизовать общественные отношения так, чтобы жизнь каждого становилась всё счастливее. Т.е. нужно не «освобождаться» от наёмного труда, уходя в отпуск пару раз в год, а скинуть иго наёмного труда раз и навсегда.

В. Волков при участии А. Редина
13/10/2019

О счастье пролетариата: 2 комментария

  1. Александр 14/10/2019 — 13:36

    «Порядочные и совестливые люди предпринимателями не становятся». Да, это так, но при капитализме этот вариант более подходящий. Либо, какое-нибудь свое дело имеешь, либо безработный или батрачить, на какого-нибудь буржуя или на буржуазное государство. Да, социализм/коммунизм лучше, намного лучше. Но при капитализме уж лучше на себя работать (если есть такая возможность), чем на буржуя или буржуйское государство, давая им высасывать все соки из тебя.

  2. Статья подняла чрезвычайно важную фундаментальную проблему. Объективно, если проследить личную историю миллиардов пролетариев физического и умственного труда за последние 200 лет, то ни о каком счастье вообще для лиц наёмного труда говорить не приходится. Трудно найти в художественной литературе запада, в киноискусстве тему счастливой жизни для людей наёмного труда. Иной вопрос, что мгновенья эйфории возможны и в пролетарской жизни, но не сама жизнь. Невозможно одновременно находиться со всеми в отношениях конкуренции и контракта и, в то же время, быть счастливым человеком. Это взаимоисключающие обстоятельства. Это многим не понять, но, находясь в пролетарском состоянии, в зависимости от хозяина, человек может ощущать счастье только в ходе последовательной победоносной борьбы за своё освобождение. Только избавившись от фигуры хозяина над человеком, общество способно выработать новые формы общественного бытия, при которых счастье будет доступно всем людям, как и новые формы счастья.

Комментировать

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

search previous next tag category expand menu location phone mail time cart zoom edit close