Централизм и демократизм

№ 8/48, VIII.2020


Ключевая проблема всех наших оппонентов в вопросах теории — невладение диаматикой. Они руководствуются скептицизмом, прагматизмом, рационализмом, позитивизмом и прочими антимарксистскими философскими направлениями, поэтому оказываются неспособными усвоить позицию «Прорыва». Рабочий или служащий, не читавший ни одной философской книжки и не листавший философские статьи БСЭ, оказывается в сто раз мудрее наших записных критиков-оппортунистов.

Левое информационное пространство сильно захламлено «общепринятыми» оппортунистическими догмами, разработанными в недрах троцкиствующей «советской интеллигенции». Наглядным примером чему служат устойчивые заблуждения о демократическом централизме. Нет прорывца, который бы не встречался с такой «критикой»:

«Демократический централизм был задуман Лениным, блестящим диалектиком-материалистом, как неразрывное целое двух понятий — демократии и централизма, как единство их противоположностей, без которых одно не может себя воспроизвести без другого. Соотношение того и другого может определяться только задачей сегодняшнего дня, то есть практикой, а не заранее данным предпочтением».

Формулировка может быть разной, корявой, как здесь, или более точной, как, например, у «Политштурма», но суть ясна: левые «диалектики» узрели в децизме «борьбу и единство противоположностей». Разумеется, у классиков марксизма ничего подобного в работах не имеется. Наши оппортунисты, видимо, не понимают, ни что такое централизм, ни что такое демократия. Тем более не понимают, что «демократический централизм» — это лишь историческое название определённого метода централизма, к которому приклеили слово «демократический» исходя из требования момента. Наши оппоненты повторяют путь Троцкого и других агентов буржуазии в коммунистическом движении, которые на протяжении всей истории большевизма атаковали ленинский централизм с позиции культивации партийной демократии.

Но предположим, что демократический централизм — это диалектическое соединение демократии и централизма.

Если централизм и демократизм представляют собой диалектическую пару, то они должны быть тождественны, как однопорядковые явления. В чём же состоит их тождество? Для этого постараемся рассмотреть для начала эти два явления обособленно.

Централизм — это порядок организации деятельности людей, при котором: а) она имеет один для всех вектор направленности, то есть слаженна и подчинена общей цели, б) все её недостатки компенсируются прежде всего руководством центра, то есть лица или группы лиц, наделённых полномочиями указывать, что, как и кому делать. Централизм в чистом виде может существовать только в виде управления. Управление — это процесс воздействия одних людей на других с целью компенсации недостатков и некомпетентности в их деятельности.

Демократия переводится на русский язык как власть народа. И уже в этом значении проявляется неоднозначность данного понятия, возникшего в сфере внеклассового подхода. Классики марксизма оперировали термином «демократия» прежде всего потому, что действовали в условиях господства обыденного уровня сознания, даже в среде членов партии. Они разъясняли глубоко научные вопросы о сущности власти, оперируя знакомыми большинству понятиями.

Демократия с точки зрения организации — это принцип реализации участия всех или большинства управляемых в управлении, как правило, посредством голосования, будь то принятие решения или выбор управленцев. Но управляемое большинство в принципе не способно самостоятельно компетентно действовать, поэтому цель демократии — полноценное участие всех или большинства в управлении — на практике нереализуема. Власти народа в прямом значении выражения не бывает. Поэтому демократия всегда существует лишь в виде той или иной процедуры, как правило, голосовательной. Демократия становится процедурным обманом управляемых, когда им под видом их волеизъявления подсовывают заранее выработанные решения или заранее подготовленных людей. И даже когда манипуляторы-демократы проигрывают большинству, не сумев навязать свои решения или выгодных им руководителей, волеизъявление большинства не способно привести к необходимому результату. Сколько ни голосуй вопреки, научно выработанное решение от этого не сформируется, а победы на фронтах классовой борьбы сами собой не придут.

Если сказать проще, то демократия — это объективно существующая в головах людей система субъективных заблуждений о порядке организации деятельности, сущности управления и власти, используемая теми или иными группами, слоями, классами. Причём демократическая процедура возникает только тогда, когда налицо противоречие интересов или позиций.

Бывают случаи, когда демократические иллюзии никто не использует, тогда организация или сообщество демократов впадают в хаос случайных решений и случайных руководителей.

Понятие «демократия» и реальная власть народа соотносятся, как ложь и правда, и они, разумеется, тождественны, как два факта информации, независимо от их содержания, но не более. Бесспорно, что все реальные явления обладают тождеством. Но централизм и демократизм не обладают достаточной степенью тождественности, чтобы образовывать такое единство, которое можно было бы рассматривать как диалектическую пару. Это явления разнопорядковые: централизм есть явление в сфере организации деятельности, а демократия — это система заблуждений об организации деятельности. Централизм и демократия обладают примерно такой же тождественностью, как правила строительства гидротехнических сооружений и детские стихи про бобров.

Стало быть, централизм и демократия — это явления из различных сфер общественной жизни, они не могут обладать достаточной степенью тождества, чтобы составить диалектическую пару.

В свою очередь демократия и централизм непосредственно в децизме соотносятся, как одна из дорог к цели (демократия) и сама цель (централизм), как методика подбора решений и управленческих кадров (демократия) и реальный процесс управления (централизм). То есть термин «демократический», применительно к централизму, указывает лишь на голосовательную процедуру избрания руководства. Ленин так и писал:

«Демократический централизм значит только то, что представители с мест собираются и выбирают ответственный орган, который и должен управлять».

Если рассматривать демократизм и централизм в децизме как противоположности, то следует уяснить, что одна из сторон такого единства в силу объективного содержания всегда ведущая. Ради чего исторически возник демократизм? Ради удовлетворения барства интеллигентов, которые без выборной процедуры отказывались соблюдать партийную дисциплину. Все демократические процедуры совершались ради выбора центра и относительно добровольного подчинения демократов этому центру. В силу этого централизм всегда довлел над демократизмом так же, как он довлел над болтунами и демагогами.

Если смотреть на демократизм как на власть большинства, то, как это ни парадоксально, большей противоположностью, чем централизм, для демократии является либерализм, поскольку в идеале он идентичен анархии. Хотя и все случаи анархистского движения всё равно были связаны если не с руководящей ролью Бакунина и Крапоткина, то с вождизмом батьки Махно или «пан-атамана Грициана Таврического».

Историей зафиксированы три формы централизма: 1) случайный, анархо-либеральный централизм, 2) ненаучный, в том числе демократический централизм, и 3) научный централизм как историческая вершина метода формирования управленческого, координационного аппарата.

Демократический централизм с руководящей ролью Ленина, Сталина, Ким Ир Сена, Хо Ши Мина и других вождей-марксистов есть научный централизм. Демократический централизм без руководящей роли вождей есть ненаучный централизм и «самая подходящая форма кадровой политики, в основе которой лежит не забота о построении коммунизма, а решения своих персональных текущих материальных и карьерных амбиций» (В.А. Подгузов).

Мы не против голосований и выборов, когда в партии есть лидер уровня и авторитета Ленина, но смысла в них ровно столько же, сколько в единогласных голосованиях сталинской ВКП(б).

Сегодня, после разгрома и самоуничтожения КПСС, в условиях капитализма при построении партии с нуля, голосования и выборы становятся прибежищем оппортунистов и карьеристов. Процесс строительства организаций на демократической процедуре обслуживает и маскирует нищету реальной научно-теоретической, организационной и пропагандистской работы.

Оппоненты никак не могут понять, что реальные процессы формирования коммунистических вождей, выковывания компетентных в марксизме партийных кадров, выработки научно-обоснованных решений, завоевания научного и организационного авторитета в пролетарской среде невозможно обеспечить никакими процедурами и уставными нормами. Это содержательная деятельность, основанная на качестве мировоззрения и волевых началах левого актива. Вместе с тем, все эти процессы могут продуктивно протекать и эффективно формировать революционную практику только в рамках централистской организации.

Но научный централизм принципиально отличен от типичного для классового общества централизма. Такой ненаучный централизм широко представлен и в производстве, и в армии, и в других институтах эксплуататорского государства. Он всегда подкреплён властью, то есть насилием, страхом или обманом; всегда сопряжён с принуждением. Он есть тиранический способ управления.

Научный централизм, в отличие от ненаучного централизма, не является в собственном смысле управлением деятельностью. Научный централизм — управление лишь становлением научного мировоззрения людей, которые таким образом постепенно дорастают до самоуправления. Единство воли, общность цели, компетентность действий в научном централизме обеспечиваются диктатурой научности, диктатурой абсолютных истин, диктатурой объективной необходимости, то есть на основе развитой совести каждого коммуниста. Научный централизм и коммунистическое самоуправление — это одна и та же реализация в практике научной теории общественного развития, научного подхода к организации деятельности. В далёком коммунистическом будущем научный централизм уступит место более совершенной системе воспитания и образования членов общества, лишенного классовых различий.

А. Редин
12/08/2020

Централизм и демократизм: 5 комментариев

  1. Один из признаков диалектических противоположностей (моментов) является то что они «переливаются» друг в друга при внимательном изолированном рассмотрении одной из сторон. Собственно говоря тут это и наблюдается.

    • Если уж на то пошло, то централизм «переливается» в децентрализацию и местничество, а демократия «переливается» либо стихийно в анархию, либо преодолевается научным познанием законов организации деятельности.

      • В демократии мы находим «централизм» решения принятого большинством голосов. В централизме есть необходимость принятия (и понимания) большинством решения ЦК.

        • В научном централизме есть необходимость понимания принятого решения всеми членами ЦК. Если оно есть, какой смысл голосовать? Если его нет, то: а). в случае необходимости принятия экстренных мер, все действую по указанию наиболее компетентного товарища, т.е. вождя, б). в случае когда экстренные меры не нужны, тот кто не понял правомерность решения, выполняет его и попутно глубже разбирается в вопросе.

Комментировать

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s