«Карфаген должен быть разрушен». Когорте балаевских демагогов…

№ 12/76.XII.2022


1. ВВЕДЕНИЕ

Любой начинающий марксист, вставший на путь революционного преобразования общества, прежде всего должен озаботить себя настойчивым и добросовестным изучением всего того богатства, что было накоплено человечеством за все эпохи писаной истории. Важной и неотъемлемой частью в становлении марксиста является его готовность вести непримиримую классовую борьбу с противником, его способность отстаивать, защищать и развивать всё то богатое наследие и завоевания, которые в своё время оставили нам классики марксизма и коммунисты прошлого.

При этом стоит понимать, что одной из наиболее важных форм классовой борьбы является теоретическая борьба. Теория — это категория, принятая для обозначения предельно высокого уровня отражения в понятиях окружающей действительности. Высокий уровень качества отражения действительности в марксизме гарантируется, прежде всего, его методом, т.е. диалектикой. Мы живём в объективной реальности и отражать её должны объективно, в соответствии с законами развития природы и общества, материалистически. Философия марксизма как единое целое материализма и диалектики соответственно и получила своё название — диалектический материализм, сокращенно — диамат или диаматика.

Сама философия марксизма до сих пор ещё остается непонятой и недооценённой в среде пролетарских и интеллигентских масс. Недооценённой она является ввиду своего революционного характера, потому что фальсифицируется в интересах господствующего класса, искажается и замалчивается силами капиталистической реакции.

Именно поэтому не стоит забывать, что у философии марксизма есть враги и в стане людей, которые сами называют себя марксистами и коммунистами, и они это, как правило, делают под видом защиты марксизма. Одним из таких «защитников» от «научно-централистского ревизионизма» на сей раз выступил некий «сторонний автор» на интернет-ресурсе «Коммунистического движения имени «Антипартийной группы» 1957 года», лидером которого является П.Г. Балаев. Автор выпустил целую серию «разгромных статей» в адрес «научных централистов обоих видов», а именно журнала «Прорыв» и троцкистской газетёнки Lenin Crew, которая никакого отношения к научному централизму не имеет, а лишь использует в своих интересах этот термин. Останавливаться на разборе претензий относительно LC поэтому смысла нет.

Если предельно внимательно проанализировать «разгромные» претензии и аргументы автора, то вполне легко разглядеть весь скелет, весь фундамент, на котором, собственно, и построена вся эта критика. Красной нитью через все статьи тянется аргумент, что прорывцы, а именно главный редактор журнала «Прорыв» В.А. Подгузов и главный редактор газеты «Прорывист» Редин, «изобрели новую науку», т.е. диаматику. Этот аргумент снабжён упрёками в «грамматических и философских очепятках» авторов «Прорыва» в своих статьях. И все дальнейшие хитросплетения потоков сознания нашего автора, опирающиеся на костыль «диаматика — новая наука», призваны служить ему шпорами, которыми он и погоняет дохлую кобылу своей позиции в надежде, как выразился автор, разрушить «Карфаген». А так как автор «разгромной критики» спрятал своё лицо за категорией «сторонние авторы» на сайте балаевского движения, то для удобства называть я его буду Сципионом — «разрушителем Карфагена».

Разбирая сципионовские «три статьи», признаюсь, было трудно пробираться через заросли всей этой демагогической крапивы в надежде найти хоть одну единственную здравую мысль. Однако я заметил одну очень забавную вещь — никто так не переживает о создании партии научного централизма, как наш демагог Сципион. Но, как показало дальнейшее, более детальное изучение, всё это чистой воды провокации и не более. Унавожены все доводы Сципиона откровенными обзывательствами, передергиваниями и спекуляциями как в исторических аналогиях, так и в вопросах философии.

Диаматика — это не «новая наука», это сокращение от словосочетания «диалектический материализм». Данный термин был введён для того, чтобы подчеркнуть неразрывность материализма и диалектики, и никто из прорывцев не настаивает на обязательности его использования. Кроме того, думаю, читатель согласится с тем, что сказать «исследовать данный вопрос диаматически» гораздо проще и куда более по-русски, чем сказать «исследовать данный вопрос диалектико-материалистически». Сокращения «диамат» или «диаматика» позволяют нам придавать словосочетанию «диалектический материализм» более удобные падежные формы, с помощью которых можно конкретизировать поставленные перед нами вопросы, не отрывая понятие материализма от диалектики.

Почему бы просто не сказать «материалистически», не добавляя впереди «диалектически», как, например, было указано в эпиграфе второй статьи с «разгромной критикой» Сципиона, спросит читатель? Всё потому, что материализм бывает разный (механистический, вульгарный, метафизический и т.д.) и все эти материализмы, кроме диалектического, к марксизму не имеют никакого отношения. О чём, собственно, Сципион по «своему тупоумию», как выражался Ленин и чем пытался «уколоть» прорывцев наш разрушитель, не знает или же сознательно умалчивает (что не лишено смысла). А в чём конкретно выражается это «тупоумие», читателю станет понятно при дальнейшем разборе основных претензий разрушителя «Прорыва». Заодно и посмотрим, что же скрывается под маской «марксизма» Сципиона и его коллег по цеху…

2. АБСОЛЮТНЫЕ И ОТНОСИТЕЛЬНЫЕ ИСТИНЫ

С самого начала «разгромной» критики «новой науки» Сципион (на первый взгляд простого читателя, весьма «обоснованно») выдвинул претензию, что «диаматика поставила точку в вопросах относительно пространства» (к сведению Сципиона, времени тоже), тогда как Ф. Энгельс в своей работе «Анти-Дюринг» обозначил, что «всеобъемлющая, раз навсегда законченная система познания природы и истории противоречит основным законам диалектического мышления».

Но при этом Сципион почему-то забыл упомянуть о существовании таких категорий, как абсолютная и относительная истина. И если, по мнению Сципиона, никогда не может быть достигнуто абсолютной истины, то и говорить о его причастности к марксизму не имеет никакого смысла. Ведь без абсолютных истин развитие системы научного познания невозможно ВООБЩЕ. Чистой воды позитивизм и эмпирика. Но если прочесть цитату Энгельса, не вырывая из контекста, то мы получаем следующее:

«Гегелевская система как таковая была колоссальным недоноском, но зато и последним в своем роде. А именно, она еще страдала неизлечимым внутренним противоречием: с одной стороны, ее существенной предпосылкой было воззрение на человеческую историю как на процесс развития, который по самой своей природе не может найти умственного завершения в открытии так называемой абсолютной истины; но с другой стороны, его система претендует быть именно завершением этой абсолютной истины. Всеобъемлющая, раз навсегда законченная система познания природы и истории противоречит основным законам диалектического мышления, но это, однако, отнюдь не исключает, а, напротив, предполагает, что систематическое познание всего внешнего мира может делать гигантские успехи с каждым поколением» (ПСС МЭ, т. 20, стр. 24).

А как можно делать гигантские успехи, не находя абсолютных истин?

С другой стороны, автор, в свойственной ему спекулятивной манере, обставляет вопрос таким образом, что какая-либо отдельно взятая категория (в нашем случае пространство) уже является системой. Стоит только нарисовать сетку на этой «системе» и «прогнуть» её в направлении «низа» вселенной, и мы тут же окажемся в одних рядах с релятивистами. Но пока что прогибается только спина дохлой кобылы позиции Сципиона, пытаясь внушить читателю мысль, что в вопросах пространства диамат никаких «точек» не ставил, ибо это сам Энгельс подтвердил. Приведенная в качестве укора цитата Энгельса не к месту от слова совсем, потому что Энгельс говорил о завершённой системе познания, такой, которую предложил Гегель, а вовсе не об отдельных категориях и истинах.

И здесь я абсолютно солидарен с Энгельсом. Даже сам диамат описывает основные законы мышления (отражения), законы развития общества, его истории и объективной реальности в целом. Наша же задача и задача будущих поколений состоит в том, чтобы углубить эту систему познания до более детального структурного вида путем открытия новых законов. А чтобы углубить такую систему познания, как диамат, ее в первую очередь необходимо понять. И только так возможно «делать гигантские успехи с каждым поколением».

Свести же диамат к завершенному, абсолютному виду невозможно, ибо диамат подразумевает собой познаваемость объективной реальности в её бесконечном движении (существовании), бесконечности самой материи — её бесконечной корпускулярности.

Пространство и время есть нематериальные, бесконечные, объективные реальности, которые существуют вне нашего сознания. И с этим наш Сципион спорить явно не будет, ибо в ином случае он просто рискует расписаться в антимарксизме.

Диалектическое мышление призвано вырабатывать абсолютные истины. В вопросах пространства и времени диаматика как раз-таки и поставила точку, определив что пространство — это философская категория (а не система познания), принятая для обозначения объективной реальности в виде абсолютного покоя, совершенно не зависящего от нашего сознания, не имеющего иных свойств, кроме абсолютно непрерывной протяженности от «-» до «+» бесконечности. А поскольку пространство целостно и бесконечно, то ему совершенно некуда перемещаться. Оно единственно во всем мироздании неподвижная объективная реальность.

И время, собственно, есть философская категория (а не система познания), принятая для обозначения объективной реальности в виде абсолютно чистого движения. Оно выступает в виде всеобщей необратимой поступательности, которая характеризуется своей непрерывностью и протяженностью от минус бесконечности до текущего момента. При этом сам «текущий момент» всегда относителен в нашем восприятии той или иной форме материи от начала её образования, которое необратимо становится «прошлым», до своего исчезновения, которое необратимо становится «будущим». Но не для материи, ибо она неуничтожима и бесконечна, а лишь для её конкретных форм.

Почему категории называются философскими? Потому что они носят всеобщий, философский характер. Пространство, время и материя — это объективные реальности, всеохватные коренные элементы бытия, а философия — наука о всеобщем, в задачи которой входит установление сущности по поводу мироздания в целом. Ни физика, ни химия, ни одна другая частная наука не могут дать исчерпывающих определений материи, пространства, времени, движения, развития и т. д. «Философские» категории не значит умозрительные, как выразился критик, как раз наоборот, это и есть сущностные категории.

Категории пространства и времени в марксизме есть истины абсолютные, и установлены они были не «прорывской» диаматикой, о чем сокрушается наш Сципион, а диаматикой Маркса и Энгельса (что есть одно и то же).

Ленин:

«Быть материалистом — значит признавать объективную истину, открываемую нам органами чувств. Признавать объективную, т.е. не зависящую от человека и от человечества истину, значит, так или иначе, признавать абсолютную истину» (ПСС, т. 18, с. 134-135).

С первого же захода на «форпогост» философии Карфагена Сципион продемонстрировал:

а) своё невежество;

б) спекулятивный подход к критике.

Смехотворными выглядят попытки Сципиона выдать «содрогающееся пространство» за постулат «новой науки — диаматики», выдергивая одну за другой цитаты из прорывского «минимума» и «максимума», работ А. Редина, пытаясь продемонстрировать своей аудитории «эволюцию» взглядов на пространство.

Добросовестному человеку, изучавшему статьи Редина «О диаматическом понимании материи, пространства и времени» и «Объективны ли пространство и время?», очевиден смысл сказанного им:

«Ни пространство, ни время не способны где-либо двигаться, как-либо изменяться. Они абсолютны: пространство — покой, время — чистое движение. С некоторым допущением можно сказать, что пространство движется во времени, в смысле существует вместе с настоящим моментом. Вчерашнего пространства, разумеется, уже быть не может. Пространство и время не способны к изменению, потому что лишены внутренних противоположностей. И у пространства, и у времени форма полностью совпадает с содержанием».

Некоторое допущение, данное для понимания того, что «пространства прошлого» и «пространства будущего» не бывает, автор критики спекулятивно превратил в якобы позицию Редина.

Пространство есть нематериальная, монолитная, бесконечная, неподвижная, объективная реальность, которая «стареет, не старея» во времени. Сципиону же, для которого фраза «стареет, не старея» стала очередным демагогическим костылём, хочется подкинуть головоломку: человек рождается младенцем и до некоторого момента он растет и развивается, становится сильнее и умнее. В то же время от начала своего рождения человек стареет относительно момента своего рождения и до момента своей смерти. Как человек может «стареть, не старея» до определенного момента своей жизни?

В том то и дело, что, в отличие от человека, т.е. высокоорганизованной формы материи, пространство не имеет того «определенного момента», с которого оно начинает «стареть», ибо пространство есть бесконечная, нематериальная, объективная реальность, не имеющая ни начала, ни конца.

Теперь о «корпускулярности» материи и почему, собственно, материя, по выражению Сципиона, «умозрительная, философская категория» в наших определениях, не является отрицанием физического понятия материи.

Относительно вопросов материи наш разрушитель, в свойственной ему манере, решил прикрыться цитатами Ленина, надеясь «обличить» прорывцев в антидиалектическом материализме.

Сципион:

«Так вот, дело совершенно в другом. Оно в том, что согласно Подгузову с Рединым, материя — философская, т.е. умозрительная, спекулятивная категория, которая (материя) в философском представлении обладает массой и поэтому все дальнейшие открытия человека, не увязывающиеся с наличием массы у вновь открытых природных объектов, опять-таки, по мнению прорывцев, — бред шизофреника.

Во время написания В.И. Лениным работы „Материализм и эмпириокритицизм“ существование электрона считалось доказанным, как и отсутствие у электрона массы, кроме электромагнитной. И вновь, дело не в том, что позднее масса у электрона была обнаружена. Дело в том, что В.И. Ленин не написал: „раз нет у электрона массы, то он не материален“, и не обвинил Владимир Ильич современных ему физиков в шизофрении за их утверждения об отсутствии массы у электрона. Он помогал им преодолеть кризис в дальнейшем познании. Но не тем, чтоб написать: „Согласно диалектическому материализму, масса у электрона должна быть. Поройтесь хорошенько и Вы ее обязательно найдете“. Нет. Он написал:

[напрягите ушки – А.В.]

Исчезает тот предел, до которого мы знали материю до сих пор, наше знание идет глубже; исчезают такие свойства материи, которые казались раньше абсолютными, неизменными, первоначальными (непроницаемость, инерция, масса и т. п.) и которые теперь обнаруживаются, как относительные, присущие только некоторым состояниям материи. Ибо единственное „свойство“ материи, с признанием которого связан философский материализм, есть свойство быть объективной реальностью, существовать вне нашего сознания“.

А для прорывцев, утверждающих через сто лет о том, что новые открытия человека не могут противоречить ранее открытым человеком „законам“ механики, которая „ухватила основное в вещном характере материи“, В.И. Ленин на следующей странице написал: “Признание каких-либо неизменных элементов, „неизменной сущности вещей“ и т. п. не есть материализм, а есть метафизический, т. е. антидиалектический материализм“».

А теперь тот же Ленин, в той же работе, не вырывая из контекста… осмысляет идеи Пелла:

«Вместо десятков элементов удается, следовательно, свести физический мир к двум или трем (поскольку положительный и отрицательный электроны составляют „две материи существенно различные“, как говорит физик Пелла, — Rey, l. с., р. 294—295). Естествознание ведет, следовательно, к „единству материи“ (там же)*** — вот действительное содержание той фразы об исчезновении материи, о замене материи электричеством и т. д., которая сбивает с толку столь многих. „Материя исчезает“ — это значит исчезает тот предел, до которого мы знали материю до сих пор, наше знание идет глубже; исчезают такие свойства материи, которые казались раньше абсолютными, неизменными, первоначальными (непроницаемость, инерция, масса и т. п.) и которые теперь обнаруживаются, как относительные, присущие только некоторым состояниям материи. Ибо единственное „свойство“ материи, с признанием которого связан философский материализм, есть свойство быть объективной реальностью, существовать вне нашего сознания».

Вроде бы, у критика получается складно, Ленин говорит: не важно, что там считают физики о конкретных физических явлениях, главное, чтобы они признавали материальный мир объективной реальностью, а не формами наших ощущений. Так в принципе и есть, Ленин именно так и написал, более того, оговорил это в цитируемом фрагменте чуть раньше:

«Упрощая свою диаграмму, К. Пирсон вовсе выкинул вопрос о соотношении эфира и электричества или положительных и отрицательных электронов. Но это не важно. Важно то, что идеалистическая точка зрения Пирсона принимает „тела“ за чувственные восприятия, а затем уже составление этих тел из частиц, частиц из молекул и т. д. касается изменений в модели физического мира, а никоим образом не вопроса о том, суть ли тела символы ощущений или ощущения образы тел. Материализм и идеализм различаются тем или иным решением вопроса об источнике нашего познания, об отношении познания (и „психического“ вообще) к физическому миру, а вопрос о строении материи, об атомах и электронах есть вопрос, касающийся только этого „физического мира“».

Но дело в том, что Ленину (как и указано в цитате выше) это было не важно тогда, потому что целью его работы было разгромить именно эмпирическое, как тогда казалось, поветрие в физике, которое стало причиной для уже философской ревизии марксизма всякими богдановцами. Но это же не означает, что марксистам, как материалистам, не важно вообще, куда и как движется физика. Более того, если в начале XX века эмпиризм и позитивизм казались мелким недоразумением, почти забавным заигрыванием физиков с философией, то к середине XX века стало ясно, что теоретическая физика как наука всецело свернула в лагерь идеализма и стала серьёзным фактором в теоретической форме классовой борьбы в целом.

Релятивизм и концепции квантовой механики за последние почти сто лет нанесли чудовищный вред распространению теории марксизма не только в среде собственно физиков и инженеров, но и образованных масс, которым пудрят мозги этой белибердой в школе, вузах, научпопе, литературе и даже кинематографе. Марксизм-ленинизм — это не просто политическая доктрина, а целостное научное мировоззрение, и когда буржуазные пропагандисты и учёные сеют сомнения в отношении его методологии и философии, ревизируя на «фактах» теории относительности и квантовой механики материализм, это сказывается и на убедительности экономической и политической составляющих марксизма. Точно так, как сотни буржуазных экономических школ предлагают свою теоретическую кашу, чтобы запутать пролетария и убедить, что Маркс безнадёжно устарел, теоретические физики и «популяризаторы науки» подсовывают вместо диалектико-материалистической методологии и философии марксизма мистицизм релятивизма и квантовой механики. Если «друзьям народа» из движения «антипартийщиков» это не очевидно, можно только посочувствовать их недальновидности и непрозорливости.

Кроме того, сегодня проблема эмпиризма выглядит совершенно иначе, чем она была в работах Маха и Авенариуса. Сегодня физики пошли куда дальше простого утверждения, что все наши знания о физическом мире суть элементы ощущений. Они теперь покушаются на бесконечность мироздания, причинность, единство мира, то есть вышли далеко за пределы вопросов гносеологии. То, что сегодня буржуазная наука предлагает в качестве картины мира, мало чем отличается от библейских писаний. Там есть и сотворение из ничего, и чудеса, и «тёмная материя», и превращение движения в материю.

Поэтому фразу Ленина, что материя может не обладать массой, не стоит воспринимать буквально. Она сказана в контексте критики фальсификации позитивистами источника познания. Разумеется, любой материальный объект непременно обладает массой, то есть количественной определённостью. И количество материи измеряется не объёмом, а массой.

Следует обратить внимание, что в начале раздела «Кризис современной физики» Ленин описывает представления Пуанкаре о механической и электромагнитной массе электрона, из которых следует, что электрон якобы не обладает реальной, то есть механической массой = материя исчезает. Не углубляясь в суть позиции Пуанкаре, Ленин показывает, что вывод об «исчезновении материи» несостоятелен. Фраза же про отсутствие массы, на которую ссылается наш Сципион, касается именно той пуанкарешной механической массы. О чём, кстати, в ПСС есть примечание. А позиция, что существует материя без массы и есть не что иное, как идея об исчезновении материи. А если материя «исчезает», значит, она имеет свой конец, а всё, что имеет конец, соответственно, имеет и начало. Подобное можно встретить не только в учебниках по теоретической физике, но и в библии. Поэтому Ленин саркастично и заключил:

«Материя исчезла, — говорят нам, — желая делать отсюда гносеологические выводы. А мысль осталась? — спросим мы».

Так как материя, наряду с пространством и временем, является бесконечной объективной реальностью, то в философском понимании материя (в чистом виде) является не умозрительной, спекулятивной категорией, а ключевым пунктом познания объективной реальности.

Что же насаждает Сципион, прикрываясь маской марксизма? Ответ — позитивизм! «…Мир дан нам в ощущениях учёных-физиков! Ничего не может быть раз и навсегда доказанного! Всё относительно! Эксперименты показали!». При этом наглым образом оперирует вырванными из контекста цитатами из работ классиков, подгоняя их под свои позитивистские пассажи. Как в данном случае с работой Ленина «Материализм и эмпириокритицизм», Сципион вкрапляет своё альтернативное понимание, которое перерастает в антимарксизм, прекрасно зная, что читатель-левак не станет штудировать 18-й том Ленина, а просто поверит на слово, что, кстати, свойственно всем недальновидным и доверчивым левым, которых я заслуженно и называю «чебурашками».

Что же касается вопросов позволительности «углублять» Ленина и критиковать советских философов в подрисовывании «хвостиков», читателю без всяких Сципионов ясно, что это есть защита марксистской философии от ревизионизма.

Редин:

«Нужно относиться с большим пиететом к Эйнштейну и другим махистам, чтобы в ленинской формуле видеть не три элемента: пространство, время и движущуюся материю, а один — материю, формами существования которой являются пространство и время. А в философии хрущёвско-брежневского периода эту формулу „доработали“ напильником до „пространство и время — атрибуты материи“, иными словами, свойства. Вышло полное соответствие с идеалистическими физическими теориями».

Со второго захода на «форпогост» философии Карфагена, Сципион продемонстрировал:

а) гнилую сущность своего псевдомарксизма, оперируя цитатами Энгельса о «системе познания», приписывание Ленину высказываний о сущности материи, подгоняя их под свою философию позитивизма.

б) своё истинное лицо.

На этом можно было бы спокойно закрывать вопрос философии, ибо уже очевиден весь замысел Сципиона относительно критики «Прорыва». Но на помощь Сципиону в деле разрушения Карфагена на поле брани философии пришел его оруженосец — филосьеф Антоний Голубков (с позволения читателя, далее — Маркс Антоний). Вооружившись мечом с орлом на эфесе, Маркс Антоний нанес Ганнибалу «смертельный удар», обнажив нутро не «Прорыва», а самого себя.

3. ТОЖДЕСТВО ОБЪЕКТИВНОГО И СУБЪЕКТИВНОГО ФАКТОРОВ В ОБЩЕСТВЕ

В момент написания данной статьи на некоторых наших интернет-ресурсах была опубликована старая заметка, которая, как оказалось, сыграла роль «крючка и наживки». В ней была тезисно описана суть балаевского движения. «Спиннинг» был закинут очень удачно, в результате чего мы смогли лицезреть зубастые морды этих щук и подтвердить свои доводы относительно этой «коммунистической» партии.

Лицо Маркса Антония на поверку оказалось не менее омерзительным, чем лицо Сципиона. Сципион проводил тонкую подмену марксизма позитивизмом, сдобренную отменной демагогией и спекуляциями, а Маркс Антоний взял на вооружение тяжелый арбалет, позаимствовав его у доктора Геббельса. Ссылаясь на наше утверждение, что «Прорыв» углубил и разработал теорию субъективного в обществе, он пришёл к заключению, что мы поклонники философии Шеллинга. О философии Шеллинга, судя по ссылке, автор наводил справки в базе студенческих рефератов.

Маркс Антоний использовал тот же самый приём, что и Сципион (как мне грешному думается, с подачи самого Сципиона), когда последний пытался выдать пространство за систему познания, в то время как пространство есть объективная нематериальная реальность, которую мы берем как категорию при рассмотрении тех или иных вопросов. Если Сципион пытался подменить понятия не так очевидно (для простого читателя), то Маркс Антоний сделал это крайне неуклюже, по-геббельсовски.

Наиболее кратко и доступно диаматика объективного и субъективного в обществе изложена здесь . У Шеллинга тождественность объективного и субъективного заключается в отрицании объективного, в сведении объективного к духу. В марксизме тождественность объективного и субъективного заключается в познании, в адекватном отражении внешнего мира в сознании человека и следующей из этого продуктивной преобразовательной деятельности. Другими словами, диаматика ставит первичность объективного мира впереди субъективного восприятия, тем самым предполагая адекватность отражения объективной реальности. Обвинять нас в шеллингианстве — просто не уважать собственного читателя, облапошивать его.

Маркс Антоний:

«Как известно из курса материализма, сознание — это зеркало, упрощенно и схематично отражающее материю, существующую вне его, то есть отражающее объективное, а наблюдатель этого отражения — „я“, субъект. Объективное отражается в субъективном — основа материализма. А у Прорыва не отражается, у Прорыва наоборот, проецируется из фантазий наружу „и обретает цвет и звук“».

Согласимся с тем, что объективное отражается в субъективном — основа материализма. И это верно, по крайней мере, так и должно быть. Но то, что у нас субъективное проецируется из фантазий наружу и «обретает цвет и звук» — явная ложь. Используется эта ложь, как и в случае с определением тождества субъективного и объективного факторов в природе по Шеллингу, для того чтобы в очередной раз обвинить нас в идеализме. Если читатель внимательно рассмотрит «разбиваемую» Антонием цитату, которую мы приводили в качестве его аргумента, что именно «Прорыву» принадлежит заслуга в разработке вопроса о тождественности субъективного и объективного в обществе, то может увидеть, что мы говорили об обществе, а не о природе.

Далее Маркс Антоний решил зарядить катапульту еще одним горшочком аргументов, но, как и всякий эталонный критик «Прорыва», в своём желании нагадить забыл снять штаны. Он решил придраться к тому, как прорывцы определили понятие «материального интереса» с марксистской точки зрения:

«Материальный интерес — это природный инстинкт непосредственного потребления, возведённый в безнравственную, неразумную абстракцию материального предмета, которая, следовательно, рабски подчиняет сознание».

Но вместо того чтобы проникнуться смыслом понятия «интерес», как-нибудь диалектически осмыслить это понятие, Антоний просто решил разбить это понятие по-своему, не забывая, конечно, при этом приписать нам «средневековый ископаемый идеализм». И помог ему в этом не Гегель, а Гугль:

«Интерес — положительно окрашенный эмоциональный процесс, связанный с потребностью узнать что-то новое об объекте интереса, повышенным вниманием к нему».

В отличие от подхода наших критиков, определение прорывцев основано на рассуждениях молодого Маркса в замечательной статье «Дебаты по поводу закона о краже леса», в которой он много и подробно исследует вопрос о том, что такое частный интерес:

«Само собой разумеется, что частный интерес не знает ни отечества, ни провинции, ни общего духа, ни даже местного патриотизма. Вопреки утверждению тех писателей-фантазёров, которые хотят видеть в представительстве частных интересов идеальную романтику, неизмеримую глубину чувства и богатейший источник индивидуальных и своеобразных форм нравственности, такое представительство, напротив, уничтожает все естественные и духовные различия, ставя вместо них на пьедестал безнравственную, неразумную и бездушную абстракцию определённого материального предмета и определенного, рабски подчиненного ему сознания».

И дабы закрыть вопрос философии, приведу слова Антония, в которых он раскрыл всю сущность «балаевской движухи»:

«Материалисты всегда апеллируют к опыту. Это тоже одна из основ материализма. Эмпириокритицизм — критика с позиций эмпирики, с позиций опыта. Прорыв брезгует апеллировать к опыту. Единственная апелляция — статьи Подгузова и ближайших подгузников. Ну а мы не только опыт видим, но и его связь с теорией отслеживаем».

Во-первых, прорывцы апеллируют к опыту чаще, чем авторы этого «движения». «Практика доказывает», «как показал опыт» — частые выражения в статьях журнала и газеты. Как раз за творческое развитие теории марксизма, основанное на практике побед и поражений коммунизма, оппортунисты нас и критикуют. Во-вторых, нужно уметь различать и правильно понимать категории «деятельность», «практика», «опыт». В-третьих, Голубков или опечатался, или действительно не понимает, что эмпириокритицизм — это название философии Авенариуса, которую и подверг критике Ленин. Чтобы провозгласить эмпиризм равным материализму, нужно открывать Ленина только для поиска удобных цитат и не более.

4. СУЩНОСТЬ СУБЪЕКТИВНОГО ФАКТОРА АНТИПАРТИЙЦЕВ

Подведем некоторые итоги.

Критикуя журнал «Прорыв» и газету «Прорывист» и обвиняя их в оппортунизме и идеализме, балаевцы поставили своей целью борьбу не с оппортунизмом, а с «Прорывом». Иными словами, они жаждут не защищать и развивать теорию марксизма, а очернить нашу деятельность.

Антон Голубков, будучи членом ЦК «движения», продемонстрировал мещанский подход к критике. Кроме того, у него за плечами нет ни одной глубокой работы в вопросах развития или защиты марксистской теории. Все его статьи ввиду непонимания марксизма — дешевый популизм и попугайничество в духе клипового мышления, а потому в его арсенале всегда имеется коллекция из мемасиков, картиночек и прочего непотребства. Что в очередной раз подтверждает выводы прорывцев о том, что такие ребята, как балаевцы, выступают своеобразной селекцией в левом движении — дурачки налево, умные в «Прорыв».

Голубков вычеркнул из марксизма главный двигатель революции — субъективный фактор, т.е. самого человека, оторвав его от объективных условий, не говоря уже о других расхождениях с программой собственной партии. При этом лидер «антипартийцев» Балаев сам же клеветнически сокрушался в отношении «Прорыва»:

«Считая себя марксистами-материалистами, эти психи-недоумки не поняли основного в марксизме: объективные законы развития общества не исключают субъективного человеческого фактора».

Т.е. они взаимосвязаны, да? А ваш филосьеф Голубков взял и объявил тождество объективного и субъективного «шеллинговскими загонами». Балаеву стоит поразмыслить над этим казусом.

При этом Голубков, заявляя, что чем больше какой-то левак поминает логику и диалектику, тем меньше он во всем этом разбирается, обличил самого себя в том, что эмпириокритицизм — критика с позиций эмпирики, с позиции опыта, выдав это за «основу материализма». К этому опыту вся балаевская контора апеллирует, задвинув тем самым В.И. Ленина и его работу «Материализм и эмпириокритицизм» в Тмутаракань философии. Хотя в программе партии указано, что балаевцы строго следуют положениям марксизма-ленинизма-сталинизма. Над этим Балаеву тоже стоит задуматься.

Сципион — «бывший подгузовец» (как выразился Голубков в комментариях к статье Сципиона), видимо, примеряющий одежды ЦК «движения» Балаева, а «три статьи» выступают в роли аусвайса в эту партию (вероятно, таковым было условие, зная, что он «бывший подгузовец»), — в отличие от Голубкова, кадр куда более интересный для изучения. Главным оружием в борьбе с «нарывом» он выбрал демагогию, передергивание, ложь и фальсификацию.

Я специально не стал рассматривать претензии Сципиона относительно, как он выразился, организации Soros crew, т.к. во-первых, в большинстве случаев я с ним согласен, а во-вторых, Сципион не просто так задействовал в своих статьях «коллективного ленина». Сделано это было для того, чтобы «аргументам» против «Прорыва» придать весомости за счет критики образчика лютого троцкизма, т.е. того самого «коллективного ленина».

Он хорошо показал на примере вопроса «Сталин или Троцкий» всю мерзость такого явления, как объективизм, который LC насаждает своей аудитории. Но при этом Сципион сам насаждает своим читателям такой же объективизм — «Прорыв или Lenin Crew». А так как в борьбе «все средства хороши», то почему бы не попытаться смешать с дерьмом обе организации? Сципион так и сделал. Именно поэтому все доводы против LC в голове читателя автоматически накладываются на доводы против «Прорыва» и, наоборот, смешиваясь друг с другом в единое целое, «обретают цвет и звук».

Сам приём объективизма как средства пропаганды антикоммунизма используется современными массмедиа на ура. Яркий пример тому — примиренчество красных и белых: «там не было правых и неправых», «каждый стоял на своем», «Троцкий — такой же большевик/марксист, как и Сталин», «они просто делили власть между собой» и прочие антисоветские байки. Зачем всё это делается? Чтобы смешать в одну кучу, вылепить гомункул и подвергнуть отрицанию.

Какой вывод из личности Сципиона должен сделать читатель? Сципион гораздо хитрее всех авторов «антипартийной группы» вместе взятых. Благодаря своим знаниям, как уже было описано выше, он и проводит свою политику антикоммунизма. И пришел он, по-видимому, к балаевцам не откуда-то, а из «Прорыва», в котором, очевидно, и было выявлено все его антикоммунистическое нутро и с которым «Прорыву» пришлось распрощаться.

Я же, в свою очередь, уже завершая данную статью, наткнулся на сайте балаевцев еще на одну «каляку-маляку» под авторством Сципиона. Читатель может сам, в том месте, где Сципион в очередной раз совершает идеологическую диверсию уже в вопросе «абсолютной истины», проверить его доводы в контексте того классика марксизма, которым он пытается прикрыть своё мурло. Самостоятельно, сами! Учитесь работать с текстом. В своей четвертой статье он скачет на том же пушистом пони — очепятки авторов, и что самое смешное — в сборнике прорывского «минимума», состоящего из 1000 страниц, Сципион «с карандашом в руках» выискал аж 250 опечаток и составил список. Совершенно нездоровая практика обвинять нас в «оппортунизме» таким образом.

Сципион:

«Наверное, пришло время проанализировать облепленных подгузятскими ярлыками „троцкист“, „позитивист“, „шизофреник“ на предмет действительной их реакционности или прогрессивности, после чего, извинившись перед оклеветанными, попроситься совместно попрактиковаться в многократно рекомендованной В.И. Лениным тактике „врозь идти, вместе бить“?»

Проверили и обновили список, добавив туда еще пару фамилий. В отличие от всяких левацких организаций, мы, прорывцы, развешиванием ярлыков не занимаемся. Мы констатируем факты! А г-ну Балаеву рекомендуем проверить «врозь идти, вместе бить» на предмет соответствия этого лозунга программе партии.

Также хочется указать но то, как члены «движения» пытаются завоевать свой авторитет в глазах сторонников своей партии, критикуя «антимарксистов»! По буржуазному — цинично и лживо. И если г-н Балаев этого не видит, то вывод напрашивается сам собой: он либо дурак, либо это его цель — собрать вокруг себя таких проходимцев, как Сципион и Антоний, блокировать вокруг себя сторонников, т.е. отсеять умных от дураков, по принципу Платошкина или Зюганова. При этом дураки налево (обратно в своё болото), а умные в «Прорыв» — тогда их хочется только поблагодарить.

Относительно самого гражданина Балаева (как уже говорилось в заметке) хочется сказать следующее. Балаев — типичный чван, писатель, который «зазвездился». Пусть он и делает полезное дело в историографии, но в теории — ни в зуб ногой. Единственная заслуга Балаева в деле коммунизма заключается в его работах по развенчанию мифа о «большооом терроре». Хорошая работа. Но г-н Балаев полез в политику, совершенно не понимая теории. Потому и не увидел, не смог разглядеть в своих рядах такого откровенного прихвостня, как Голубков, и такую мерзкую личность, как Сципион, но самое главное — не смог увидеть ту лестницу, по которой они проникли и продолжают проникать в его организацию.

5. НАУЧНЫЙ ЦЕНТРАЛИЗМ

Как говорилось выше, «Прорыв» не брезгует апеллировать к практике и опыту. Диаматика учит рассматривать всякий вопрос в движении, т.е. диалектически, а не эмпирически, как это призывают делать балаевцы.

Апелляцией к практике выступает одна из главных работ газеты — «Причины реставрации капитализма в СССР». На основе анализа практики побед и поражений коммунизма и была выдвинута концепция научного централизма — чтобы выявлять и гнать поганой метлой таких кумунистов, как балаевцы.

Как уже говорилось:

«Научный централизм не объявлялся гарантией от развалов партии или гарантией строительства коммунизма, как это воображает Балаев. Гарантией утверждения и развития коммунизма, и это установлено далеко не „Прорывом“, является преобладание в руководстве партии большевиков ленинско-сталинского кроя. А научный централизм является гарантией от оппортунистического перерождения большевистской партии. Балаевцам этого, собственно, и не светит, так как их движение никогда не создаст большевистскую партию».

От себя лишь хочется добавить, что балаевская организация не построит большевистскую партию ввиду того, что она заражена бациллой оппортунизма, имя которой демократизм — это во-первых, а во-вторых, она имеет неизлечимую раковую опухоль, имя которой — комчванство.

Двадцатипятилетнее строительство ПНЦ, о которой так переживает наш провокатор Сципион, есть не строительство ПНЦ, а закладка фундамента для будущей ПНЦ, в который наш «кирпичик» Сципион не вписался. И чем крепче будет фундамент, тем крепче будет партия и тем сильнее всяким дятлам придется долбить своим клювом этот фундамент в надежде его разрушить. Но рано или поздно дятлы свои мозги стрясут в кисель и «копья» будут поломаны, а Карфаген как стоял, так и будет стоять, всем буржуям назло!

А. Вертер
23/12/2022

«Карфаген должен быть разрушен». Когорте балаевских демагогов…: Один комментарий

  1. Мне статья очень понравилась. Не затрачивая времени и сил на разборы отдельных актов вранья и передергивания, автор вскрыл саму сущность балаевской шайки, их философскую нищету и методологическую несостоятельность. Что называется, бьёт не в бровь, а в глаз! Особенно приятно, что тов. Вертер изложил материал хорошим, я бы даже сказал, высокохудожественным языком и в острой, по-ленински язвительной манере! Отличная работа! И пусть эти надутые вонючие жабы, по-хорошему, не заслуживали такой реакции, но читатели могут видеть, что у прорывистов появился молодой талантливый автор, которому я желаю дальнейших успехов!

Комментировать

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s