Почему атеистической борьбы недостаточно?

В буржуазном обществе в идеологической борьбе друг с другом состязаются разные группы с разными интересами. Наличие огромного ассортимента мировоззрений само по себе говорит о том что, несмотря на существование развитой науки, задачей которой должно быть выяснение объективных законов развития природы и общества, руководящей силой в обществе является стихия персональных мнений, зависимых от экономических интересов их носителей. Рыночное общество, которое прикрывается лицемерием прав человека и формально-юридическим равенством, не способно искоренить господство заблуждений, которые провозглашаются неотъемлемым правом человека. Если пребывать на позициях буржуазного мировоззрения, то выходит, что мнение ученого и мнение богослова равнозначны. Это потворствует заблуждениям. В итоге — социальные проблемы и катастрофы, которые возникают в современном обществе, являются следствием научной некомпетентности политической «элиты» и отсутствия даже теоретической возможности эффективного применения в общественном управлении научных знаний. Проблема в том, что общество фактически управляется не из единого центра, не государством, как это принято считать, а управляется частными собственниками, буржуазией, магнатами, олигархами, которые действуют в своих корыстных интересах, в борьбе друг с другом и в борьбе с классом наёмных работников. Государство же выполняет регулирующие функции, выражает общеклассовые интересы олигархии в поддержании капиталистического порядка.

Наука в буржуазном обществе всецело подчинена интересам производства прибыли и укоренения духовного господства предпринимателей. Общественные цели науки, то есть познание объективной истины в интересах общественного прогресса, реализуются эпизодически, в порядке неизбежного следствия совершенствования производства капитала и инструмента оболванивания масс. Периодические кризисы в экономике свидетельствуют о том, что система капиталистического хозяйствования устроена не рационально, отсутствует понимание объективных законов функционирования общества и капитализма. Сфера управления государством является высшей лигой для монополистов-олигархов. Буржуазные политические партии обслуживают интересы этой игры и служат ширмой для трудящихся масс, прикрывающей сговор магнатов против народа. Само же наличие огромного количества партий и разных оттенков одной и той же идеологии «как реформировать капитализм» наглядно показывает, что нет объективного научного понимания требований социального прогресса как выражения коренных интересов всего общества.

Короче говоря, портрет капитализма таков, что ненаучные идеологии цветут во благо господства имеющихся порядков. И важным столпом духовного порабощения и воспитания невежества служит религия.

Сталин учит:

«Если природа, бытие, материальный мир является первичным, а сознание, мышление — вторичным, производным, если материальный мир представляет объективную реальность, существующую независимо от сознания людей, а сознание является отображением этой объективной реальности, то из этого следует, что материальная жизнь общества, его бытие также является первичным, а его духовная жизнь — вторичным, производным, что материальная жизнь общества есть объективная реальность, существующая независимо от воли людей, а духовная жизнь общества есть отражение этой объективной реальности, отражение бытия.

Значит, источник формирования духовной жизни общества, источник происхождения общественных идей, общественных теорий, политических взглядов, политических учреждений нужно искать не в самих идеях, теориях, взглядах, политических учреждениях, а в условиях материальной жизни общества, в общественном бытии, отражением которого являются эти идеи, теории, взгляды и т. п.

Значит, если в различные периоды истории общества наблюдаются различные общественные идеи, теории, взгляды, политические учреждения, если при рабовладельческом строе встречаем одни общественные идеи, теории, взгляды, политические учреждения, при феодализме — другие, при капитализме — третьи, то это объясняется не „природой“, не „свойством“ самих идей, теорий, взглядов, политических учреждений, а различными условиями материальной жизни общества в различные периоды общественного развития.

Каково бытие общества, каковы условия материальной жизни общества, таковы его идеи, теории, политические взгляды, политические учреждения.

Значит, чтобы не ошибиться в политике и не попасть в положение пустых мечтателей, партия пролетариата должна исходить в своей деятельности не из отвлеченных „принципов человеческого разума“, а из конкретных условий материальной жизни общества как решающей силы общественного развития, не из добрых пожеланий „великих людей“, а из реальных потребностей развития материальной жизни общества».

Религия как система верований и церковь, умма и т.д. как общественный институт не могут быть рассмотрены обособленно, вне общества, вне зависимости от способа производства, который и определяет экономическую структуру общества и опосредованно его духовный облик. Религия существовала при рабовладельческом строе, при феодальном и существует при капиталистическом. Эти три формации объединяет друг с другом, главным образом, разделение общества на эксплуатируемых и эксплуататоров. Поэтому, объективные экономические основы и предпосылки для распространения религиозного мировоззрения у них у всех являются неотъемлемым элементом надстройки. У кого в руках политическая власть, у того и власть над умами. А значит, рыночное общество, в основе которого лежит капиталистический способ производства, приспосабливает религию, возбуждает известную востребованность веры теми объективными законами, которые присущи его способу производства. И это в первую очередь закон воспроизводства политического невежества масс, который является обязательным условием существования капитализма. Производительные силы при капитализме объективно являются общественными и уже способны функционировать как общественные, но субъективная воля класса предпринимателей в виде желания сохранить и приумножить свою частную собственность сохраняет частную форму производственных отношений.

Мощными идеологическими орудиями предпринимателей в «борьбе» за невежество масс являются демократия, национализм и религия.

Буржуазные атеисты, выступая против религии, но при этом не затрагивая основ буржуазного строя, рассматривая атеизм обособленно, оторвано от способа производства, способны только перевести человека из «разряда» религиозного мракобесия» в «разряд» демократического или националистического мракобесия. Хотя, конечно, эти формы невежества часто взаимодополняют друг друга.

В беседе с первой американской рабочей делегацией 9 сентября 1929 года Сталин указал на отношение партии к религии:

«Значит ли это, что партия нейтральна в отношении религии? Нет, не значит. Мы ведем пропаганду и будем вести пропаганду против религиозных предрассудков. Законодательство нашей страны таково, что каждый гражданин имеет право исповедывать любую религию. Это дело совести каждого. Именно поэтому и провели мы отделение церкви от государства. Но, проведя отделение церкви от государства и провозгласив свободу вероисповедания, мы вместе с тем сохранили за каждым гражданином право бороться путем убеждения, путем пропаганды и агитации против той или иной религии, против всякой религии. Партия не может быть нейтральна в отношении религии, и она ведет антирелигиозную пропаганду против всех и всяких религиозных предрассудков, потому что она стоит за науку, а религиозные предрассудки идут против науки, ибо всякая религия есть нечто противоположное науке. Такие случаи, как в Америке, где осудили недавно дарвинистов, у нас невозможны, потому что партия ведет политику всемерного отстаивания науки».

Сегодня существует множество видов атеистической пропаганды, как либеральной, так и внепартийной, и даже якобы прокоммунистической. Если с либеральной пропагандой всё ясно, то на пропаганде внепартийной, которая хочет представить себя как объективную, следует остановиться подробнее. Несмотря на симпатии к советскому строю и классикам марксизма, правда, только по причине их атеизма, она зацикливается на том, что просвещение и атеистическая пропаганда способны исцелить буржуазное общество и направить его на путь социалистического строительства. Наиболее авторитетным атеистическим центром Украины и возможно всего бывшего СССР является Украинский Атеистический Сайт (УАС), при котором существует группа его активистов — общество «Разум». Данное общество ставит своей задачей отстаивание основ светского государства и в частности отстаивание интересов атеистов. Как указано в статье «Обществу „Разум“ три года»:

«Атеистическое Общество „Разум“ было основано 24 марта 2013 года на собрании его активистов в Киеве. Главным инициатором создания атеистической организации, которая бы пропагандировала научно-атеистические знания, защищала права неверующих, боролась с антинаучными, в частности религиозными, влияниями в обществе, был Евграф Каленьевич Дулуман. К сожалению, через три месяца после собрания атеистов, великого атеиста, философа и преподавателя не стало. Свои идеи, мысли и желания он завещал новому поколению свободомыслящих, на которых возлагал большие надежды.

Параллельно с Е. К. Дулуманом, свои попытки создания атеистической организации делал и атеист из Днепропетровска — кандидат физико-математических наук, профессор Вениамин Евгеньевич Давидсон, который, являясь почетным участником Общества „Разум“, прислал нам свои поздравления. В свою очередь, участники Общества поздравляют и его с этой, пока что, небольшой датой образования атеистической организации».

На УАС в сентябре 2014 года была размещена статья «Наши атеистические принципы», в которой редакция решила ответить своим критикам по вопросу о тех принципах, которыми она руководствуется:

«Нападки на Украинский атеистический сайт, который объединяет атеистов не только Украины, но и других стран, было немало и в былые времена. Особенно от верующих. Но в нынешних, непростых обстоятельствах, сложившихся в нашей стране, усилились претензии и от некоторых атеистов, не разделяющих позицию ряда публикаций на сайте, пытающихся блокировать работу украинских атеистов в сети Интернет. Если это делается неосознанно, то хотелось бы объяснить им, в чём заключается концепция сайта, чтобы в дальнейшем не возникало подобных вопросов. То есть расставить все точки над «i»».

После чего редакция сайта приступила к объяснению своей позиции:

«Действительно, трудно было бы представить атеизм и его носителей — атеистов, никак не связанными с такими категориями, как политика, экономика, философия, наука, образование или культура. Рассматривать атеизм в отдельности от этих категорий, в принципе, невозможно, или, во всяком случае, ненаучно и неэффективно.

Известно, что научный атеизм, как система взглядов, сформировался во времена выдающихся философов-материалистов: Карла Маркса и Фридриха Энгельса, которые в отличии от своих предшественников вскрыли социальные корни религии, определив её основные цели и задачи. Показали религию служанкой эксплуататорской власти, надстройкой в классовом обществе, защитницей интересов правящего класса. В.И. Ленин развил это учение и реализовал идею массового атеизма в первом в истории социалистическом государстве, где право отстаивать свои атеистические взгляды было закреплено Конституцией.

Сегодня, когда мы вернулись к досоветским общественным отношениям, религия, как и тогда, защищает интересы правящего класса, но уже в лице олигархов; оправдывает и смягчает все беды, принесенные ими простому трудовому народу. Как видим, со сменой политического строя, меняется и роль религии в обществе.

Поэтому, вынося религиозный вопрос за рамки классового понимания, мы теряем значение настоящих корней религии, направляя свою борьбу не на причины, а на следствия. Это всё равно, что люди пытались бы свалить ядовитое дерево религии, не видя под ногами его крепких корней. Не легче ли полить их химией, уничтожив таким способом всё дерево. Ведь сложно отрицать, в том числе в современных условиях, клерикальную связь эксплуататорского государства с таким институтом, как церковь. Об этом неоднократно говорил и российский либеральный атеист Александр Невзоров, имеющий немалый авторитет в кругах здравомыслящих».

Видно, что атеисты из «Разума» хотят стоять на коммунистических позициях. У них действительно, здравые замечания. Указано и на то, что атеизм не может быть взят вне экономических, политических, философских, а самое главное — классовых категорий. Указано на то, что религия является инструментом классового господства. Правильно сказано и про то, что действительно, с реставрацией капитализма постсоветские республики вернулись к досоветским отношениям, в результате чего изменилась и увеличилась роль и влияние религии на общество. Не ясно только, зачем нужна ссылка на Невзорова? Какое он имеет отношение ко всему только что сказанному? Ссылка коммунистов на либерала как на авторитет должна стать известным звоночком.

После представленного выше вступления редакция сайта стала разъяснять свою позицию тем своим критикам, которые выражают недовольство критикой властей со стороны редакции и неодобрение войны на юго-востоке страны. И здесь нашлось кое-что интересное.

Редакция пишет:

«Еще одним обвинением в наш адрес явилось то, что мы не выступаем на стороне украинских националистических формирований, которые прорвались к власти на Украине, а поддерживаем „антиукраинскую политику России“ и являемся „предателями Родины“.

Подобные обвинения в сторону всех несогласных с политикой власти на Украине сегодня не редкость, поэтому для начала стоило бы не путать понятия Родины и власти. Деятельность сайта никоим образом не направлена против украинского государства и интересов народа. Но мы всегда будем выступать против той власти, которая при активной поддержке церкви порабощает своих граждан, действует в угоду заокеанских завоевателей, при этом прикрываясь высокими идеями патриотизма и любви к своему народу».

Тут мы видим совершенно иной тон. Утверждается, что деятельность сайта направлена не против украинского государства, а против украинской власти. Тут следует разобраться.

Авторам данного текста известно, что государство вообще является результатом разделения общества на классы и что появилось оно именно тогда, когда отношения между людьми стали складываться на основе частной собственности. Буржуазное же государство является инструментом подавления эксплуатируемого класса — пролетариата. Экономически господствующий класс является также и господствующим политически. А значит, когда редакция сайта заявляет о том, что его деятельность не направлена против украинского государства, этим утверждением она перечеркивает всё написанное выше. Выступать против украинской власти, не затрагивая украинского государства, означает выступать за смену лиц у власти, но не революцию. Таким образом, при обращении к первому же конкретному политическому вопросу видно, что редакция сайта не стоит на классовых позициях пролетариата.

Авторы данного текста, не могут не знать о том, что учение о государстве является одним из центральных в марксизме. Они не могли не читать «Государство и революция», написанную Лениным. А посему, должны понимать, что обязанностью каждого сознательного коммуниста является способствование росту политической сознательности пролетариата в первую очередь в вопросе о сущности государства. Революция неминуемо приведёт к уничтожению буржуазного государства. То есть того украинского государства, которое было создано в 1991 году после разрушения СССР.

Слова о «народе» также должны быть прокомментированы. Порошенко и прочие «слуги народа» ведь тоже о благе народа пекутся. Если верить им, конечно. Но в классово антагонистическом государстве не может быть никакого такого единого «народа». Такие речи свойственны скорее именно националисту. Но ни в коем случае не коммунисту. Ведь и буржуазия, представляющая малую часть всего населения страны, и наемные работники как умственного, так и физического труда, которые составляют большую часть населения, — это для националиста один народ. Поэтому, если авторы стоят на позиции, как они говорят, «трудового народа», то стоило бы конкретно в своей статье указывать на классовый характер государства. И прекратить эти сюсюканья о том, что деятельность сайта не опасна для украинского государства. Потому что раз так, то редакция сайта, только провозглашавшая необходимость классового подхода, сразу же через пару абзацев переходит на защиту класса эксплуататоров. Марксист всегда должен выражаться максимально точно. Абстрактная, расплывчатая речь, включающая такие определения, как «народ», «национальные интересы» и т.д. — это всегда язык эксплуататоров, язык словесной эквилибристики.

Поэтому, раз заговорили о Марксе, Энгельсе, Ленине, классовом подходе, то будьте добры, не жалея живота своего, бороться за коммунизм. А дело любого коммуниста — это Коммунистическая Революция и установление диктатуры рабочего класса.

Если бы редакция данного сайта действительно стояла на марксистских позициях, то их сайт занимался бы не отстаиванием атеизма, а был бы коммунистическим, как и должно быть. Потому что если бы редакция сайта состояла из реальных коммунистов, то следовало бы написать следующее: да мы, коммунисты, в гробу видели вашу буржуазную украинскую «державу». Но не только её. А любое буржуазное государство — украинское, российское, польское, американское, немецкое, французское, британское и т.д. И когда настанут объективные обстоятельства, то мы и отправим в могилу одно за другим все буржуазные государства. Но редакция пишет совершенно иное.

Чтобы показать, что подобное использование коммунистической фразеологии можно встретить не только в данном тексте, обратимся к другой статье. Возьмём передовую статью нынешнего лидера общества — Максима Светляченко «На пути к научному атеизму». Читаем:

«Мировоззрение атеистов намного шире, чем стараются нам представить апологеты религии. Оно включает в себя не только отрицание всего антинаучного: различные религиозные верования, мифологию, предрассудки, оккультизм и другие псевдонаучные явления. Атеисты не только борются с подобными явлениями, но и указывают путь, по которому человечество могло бы пойти намного быстрее, решать трудные для себя задачи намного проще и безболезненно. Предлагают научный путь развития общества, путь научного прогресса.

Но в то же время, атеисты понимают, что невозможно осуществить полноценный научный прорыв, как и невозможно сделать так, чтобы наука служила всему народу, в первую очередь, без изменений общественных отношений между людьми. Чтобы наука перестала служить лишь отдельной прослойке обеспеченных и богатых людей, поставивших остальную часть населения в зависимость от своих интересов и желаний.

…Поэтому крайне важно, чтобы каждый атеист, каждый прогрессивный человек понимал важную роль общественных преобразований, которые выражаются в политической, социальной и духовной борьбе между светлыми силами, которые устремлены в будущее, и тёмными силами, которые тянут общество в прошлое, заинтересованы в его консервации».

С точки зрения науки, единственным способом преобразования общественных отношений является Коммунистическая Революция. Светляченко всё правильно рассуждает с точки зрения узкого вопроса, но только не проводит последовательную линию в самом общем вопросе — то есть в том, как преобразовать общественные отношения и какие отношения должны вытеснить общественные отношения капитализма? Знакомство с политической физиономией Светляченко позволяет считать, что он всего лишь реформист, который готов рассуждать о научности только в качестве последовательной критики религии и некоторой критики общественных отношений капитализма. В сущности «Разум» воспитывает относительно крепких атеистов, но при этом спутывая вопросы революции. Получается так: движение — всё, результат — ничто.

Либеральная демократия, одним из преимуществ которой подается так называемая «свобода мнений», создает наилучшие условия для того, чтобы идеализм плодился и размножался в невиданных доселе разновидностях. Для буржуазии это весьма кстати, поскольку позволяет держать массы в состоянии распада, и делать всё для того, чтобы они боролись за то, что внушает буржуазная пропагандистская машина, а вовсе не за общие интересы, которые являются объективными, и имеют основание в общих для всех членов общества условиях материальной жизни. Религия в этом смысле является объединяющим фактором, противоположностью «свободы мнений», но проблема в том, что объединение людей по религиозному признаку, как и по национальному, противоречит объективному делению общества на классы и, следовательно, исключает перспективу научного преобразования общественных отношений. И получается довольно циничная картина буржуазного общества: или «свобода мнений», то есть война всех против всех, как духовный компас человека, или сплочение вокруг религиозных или националистических догматов, то есть «социальное партнёрство» рабовладельцев и рабов.

Атеисты, прикрывающиеся Марксом, но при этом фактически ограничивающиеся реформизмом, являются союзниками буржуазии.

Светляченко вынужден анализировать опыт коммунизма, в связи с чем вскрывается его политическая позиция:

«В истории человечества уже была попытка на практике доказать это. Это — Союз Советских Социалистических Республик, страна, в которой научно-атеистическое мировоззрение было воплощено в жизнь. Где, практически из грязи, бедности, забитости и необразованности, простой рабочий и крестьянин стал высокообразованным, научно подкованным и вполне обеспеченным человеком. По сути, от плуга он перешёл к строительству гидро- и атомных электростанций, созданию авиа-, и космических аппаратов, сделал множество открытий в медицине, чем повысил среднюю продолжительность жизни, значительно улучшил свои бытовые условия и, самое главное, получил возможность творить то, о чём при капитализме ему оставалось только мечтать».

На протяжении всего текста автор так и не предложил внятной позиции, за что же конкретно нужно бороться. Автор не предлагает бороться за коммунизм, не призывает к тщательному изучению марксизма, но ратует за абстрактный «научный атеизм». Причём он приписывает успехи коммунистического строительства атеизму. Тогда как мировоззрение коммунистической партии и путеводная звезда рабочего класса — это марксизм. Рабочий класс — это господствующий в СССР класс, командующий класс СССР, вокруг которого были сплочены трудящиеся массы и остальной народ. Коммунизм — это революционный процесс превращения классового общества в бесклассовое общество, скачок из полуживотного состояния в истинную историю человечества. А Светляченко возвёл атеизм в ранг научности вообще, чтобы замолчать марксизм. Из чего следует, что редакция УАС, несмотря на марксистскую фразеологию и иллюстрации с Лениным, занимается подменой понятий. А Ленин и Маркс нужны только в качестве декораций.

То, что Светляченко противопоставляет науку религии — хорошо, но этого явно недостаточно. Борьба за коммунизм, за диктатуру рабочего класса невозможна без освоения, развития и применения диаматики. А Светляченко спутывает всё в кучу: и коммунизм, и атеизм, и критику капитализма. Он заигрывает с публикой, занимается вместе с популяризацией атеизма ещё и политическим популизмом.

Ленин по этому вопросу указывал:

«Учение Маркса вызывает к себе во всем цивилизованном мире величайшую вражду и ненависть всей буржуазной (и казенной, и либеральной) науки, — которая видит в марксизме нечто вроде „вредной секты“. Иного отношения нельзя и ждать, ибо „беспристрастной” социальной науки не может быть в обществе, построенном на классовой борьбе. Так или иначе, но вся казенная и либеральная наука защищает наемное рабство, а марксизм объявил беспощадную войну этому рабству. Ожидать беспристрастной науки в обществе наемного рабства — такая же глупенькая наивность, как ожидать беспристрастия фабрикантов в вопросе о том, не следует ли увеличить плату рабочим, уменьшив прибыль капитала».

А что пишет автор? К чему призывает? Не к диктатуре рабочего класса, а к возврату СССР, потому что там не верили в бога! Из слов автора выходит, что нужно возродить СССР путём копирования. Он прямо призывает повторить этот «прекрасный эксперимент». Но это значит, что к коммунизму это скорее всего не имеет отношения, потому что ни один настоящий коммунист не собирается копировать СССР. Так дела не делаются.

Именно такой уровень понимания коммунизма имеется у сторонников данного сайта и ему сочувствующих. Поэтому с таким подходом, который дан в статье, идеалы этих атеистов никогда не воплотятся в жизнь. Впрочем, их манифест гласит, что, замахнувшись на рассуждения об опыте СССР, активисты сайта всего лишь борются за права атеистов.

Безусловно, атеизм может быть своеобразной ступенькой к марксизму. Но при этом нужно понимать, что нельзя делать уступок идеализму и что атеизм не может быть внеклассовым. Переход от мелкобуржуазного атеизма к диалектическому материализму может быть сделан только на основе раскрытия объективных законов капитализма и коммунизма, что позволит понять не только духовные, но прежде всего материальные основы религии.

О «религиозной свободе»

Когда мы говорим о «религиозной свободе», то под этим зачастую принято понимать право для каждого гражданина исповедовать ту религию, которую он сочтет нужной, или не исповедовать никакой. Но это лишь одна сторона дела. Это любят выпячивать те, кто любит рассказывать о благах буржуазной демократии. Но есть и обратная сторона. Вместе со «свободой совести» и «свободой вероисповедания» имеется и свобода религиозной пропаганды. Это позволяет взглянуть на идею «религиозной свободы» с другой стороны.

Чтобы лучше понять саму идею «религиозной свободы» или «свободы вероисповедания», нужно обратиться к понятию «религиозного рынка». Ведь в либерализме под «свободой» понимается, в первую очередь, свобода потребления товаров и услуг. К тому же, понятия «свободы» в либерализме и в марксизме коренным образом отличаются друг от друга. Если для либерала свободой является право на собственное «мнение», то для марксиста — установленная объективная истина. Потому что если истина достигнута, если установлена природа того или иного явления, то и для ошибочных мнений нет никакого места. Энгельс писал по этому поводу в «Анти-Дюринге»:

«Гегель первый правильно представил соотношение свободы и необходимости. Для него свобода есть познание необходимости. „Слепа необходимость, лишь поскольку она не понята“. Не в воображаемой независимости от законов природы заключается свобода, а в познании этих законов и в основанной на этом знании возможности планомерно заставлять законы природы действовать для определённых целей. Это относится как к законам внешней природы, так и к законам, управляющим телесным и духовным бытием самого человека, — два класса законов, которые мы можем отделять один от другого самое большее в нашем представлении, отнюдь не в действительности. Свобода воли означает, следовательно, не что иное, как способность принимать решения со знанием дела. Таким образом, чем свободнее суждение человека по отношению к определённому вопросу, с тем большей необходимостью будет определяться содержание этого суждения; тогда как неуверенность, имеющая в своей основе незнание и выбирающая как будто произвольно между многими различными и противоречащими друг другу возможными решениями, тем самым доказывает свою несвободу, свою подчинённость тому предмету, который она как раз и должна была бы подчинить себе. Свобода, следовательно, состоит в основанном на познании необходимостей природы господстве над нами самими и над внешней природой; она поэтому является необходимым продуктом исторического развития».

Но это вовсе не значит, что наука как таковая, как совокупность научных учреждений, занимающихся добычей научного знания, не может зависеть от воли господствующего класса. Именно отсюда и происходит тот «когнитивный диссонанс» у ученых, которые недовольны тем, что им, к примеру, приходится считаться с мнением противников эволюции, коих развелось огромное множество. Один из популяризаторов науки Александр Марков в своей книге «Рождение сложности», посвященной теме эволюции, даже пишет, что популяризация науки является средством выживания человечества. Но не нужно быть слишком проницательным, чтобы увидеть в словах Маркова ошибку — проблема не в пропаганде, а в том социальном строе, который генерирует невежество. Не популяризация науки должна служить средством выживания, а уничтожение капитализма. Потому что уничтожение капитализма гарантирует и уничтожение вышеперечисленных недостатков и снятие противоречий. Когда наука гарантирует капитализму прибыли, то естественно, капиталист всегда поддержит науку. Когда же та или иная технология прибылей не сулит и даже более того, расходится с интересами капиталистов, то она, конечно, не найдет поддержки. Итого получаем, что демократия — это не свобода мнений как таковых. Она таковой является лишь для либеральствующего плебса, который считает, что сумма неверных мнений может дать в своей сумме верное решение. Демократия — это власть собственников, наиболее преуспевших в грабеже и обмане конкурентов и установивших в качестве ценностей для плебса свободу мнений, которая является самым эффективным способом управления массами при господстве капитала. И чем больше массы копошатся в своём болоте частных мнений, тем меньше они заняты решением самой главной проблемы — уничтожения господства капитала.

Вот что пишет в своей статье «Модели рынков религиозного товара» (8) Александр Розов:

«Обращаясь к истории, мы видим, что любая политика, основанная на жестком приоритете какой-то одной религии, приводила к войнам, стагнации, нищете и прочим бедствиям. Напротив, религиозный плюрализм и индифферентность приводили к росту благополучия общества. Исходя из этого наблюдения, в международное право включены нормы о свободе совести и полностью равноправном диалоге религий».

Можно ли представить более натянутую мысль? А ведь именно этому учат нынче в университетах. В данной статье Розов полемизирует с Кураевым, который считает, что должна существовать лишь одна религиозная инстанция, которая должна вещать народу истину — это РПЦ. Розов же, утверждает, что у РПЦ нет абсолютно никаких претензий на то, чтобы являться единственным поставщиком религиозных услуг, поскольку услуги РПЦ и любой новой нетрадиционной религии абсолютно равнозначны, поскольку никак не проверяются на практике. Но дальше этого Розов не идет. Он за права абстрактного, безликого и бесполого «потребителя», потребности которого должны быть удовлетворены. Но если идти дальше логически, то получается, что капитализм является системой, которая порождает и поощряет ложные мировоззрения путём создания ложных потребностей. Экономическая система, которая существует как взаимная борьба всех субъектов, как производителей, так и потребителей, не может привести к господству одного взгляда. Она может привести только к огромному разнообразию мировоззрений и мнений. И сколько бы не было религий, все они имеют в своей основе идеализм. А значит, объективно ложны.

Войны и конфликты порождаются не жестким доминированием какой-либо одной религии или идеологии, как это проповедует Розов, а несовместимостью экономических интересов господствующих классов. В одном месте Розов говорит, что появление всё новых религий является следствием новых потребностей, и при этом утверждает, что войны и конфликты являются следствием доминирования какой-то одной религии.

Также у Розова можно прочитать следующее:

«В отношении религиозного рынка этой форме монополии соответствует понятие „закрытая культура“. Так называется культура, ограничивающая проникновение ценностей других культур и стремящаяся удовлетворить духовные потребности своих представителей исключительно за счет ограниченного спектра собственных ресурсов.

Закрытость культуры считается признаком интеллектуальной деградации (поскольку качество жизни определяется, в частности, и как разнообразие духовных потребностей, которые способен удовлетворить человек в условиях данного общества)».

Хитрая спекуляция. Следствием деградации является отнюдь не закрытость общества от проникновения ценностей других культур сама по себе. Ключевой вопрос состоит в том, какие культуры проникают, поскольку любая культура любого общества всегда носит классовых характер. Духовные ценности, в конечном счёте, являются отражением экономического базиса. А потому, дело не в культуре как таковой, а в классах и классовых интересах. Американская культура, которая насаждается на ниве американского господства по всему «свободному» миру, является чисто империалистической по своему содержанию. Насаждается не в порядке культурного обмена, а силком, для утверждения выгодных правящему классу США ценностей.

Противники марксизма всегда уходят от вопроса о классовом содержании и пытаются свести проблему то к внеклассовой, абстрактной «культуре», то к некой «нации». Неважно, какая религия доминирует в том или ином обществе. Важно то, интересы какого класса выражает эта культура.

Свобода вероисповедания светского буржуазного государства не предполагает ограничений религиозной пропаганды. Отсюда следует как будто главная проблема атеизма, к которой приходят как буржуазные, так и беспартийные атеисты, симпатизирующие СССР и стоящие на стихийно антикапиталистических позициях, что церковь имеет возможности для влияния на общество. Однако, не религия сама по себе оказывает влияние на общество в определённом русле, а религия используется господствующим классом как форма массового невежества. Это значит, что как зарубежные, так и отечественные религиозные организации могут при содействии органов государственной власти влиять нужным для властей образом на внутреннюю политику, на образование и вообще формировать мировоззрение и ценности населения, в том числе на вполне «демократических» условиях.

После распада Советского Союза бывшие советские республики захлестнул поток религиозной пропаганды, которая, конечно же, действовала абсолютно легально. Среди политического истеблишмента у религиозных организаций появились свои люди, которые помогали им решать проблемы. В условиях государственно-монополистической стадии капитализма, для более наукообразного обоснования необходимости экономического завоевания целых регионов возникла лженаука — геополитика, которая после распада СССР и господства в постсоветских республиках всевозможных идеалистических мировоззрений, была взята на вооружение буржуазными группировками, находящимися у власти в ведущих империалистических державах. Эти группировки сразу же занялись налаживанием отношений с крупнейшими религиозными организациями с целью контроля «общественного мнения» через своих агентов влияния в этих организациях. Это и есть так называемая религиозная свобода.

То, что организованная религия в некоторых странах бывшего СССР становится всё более и более влиятельной, является не противоречием капитализму, а наоборот, его закономерностью. Любая буржуазная власть, как бы она не клялась и не божилась в преданности «интересам народа» или «общества», будет поддерживать активные отношения с церковью и «демократично» насаждать выгодный религиозный культ в качестве формально или неформально государственного. Главная задача религии для буржуазии — примирение классов, создание видимости общности целей и ценностей эксплуататоров и эксплуатируемых. Господствующий класс, держащий в своих руках СМИ и средства производства (несмотря на то, что состоит из различных враждующих друг с другом группировок), сознательно формирует и ценности подчиненного класса, прикрываясь риторикой так называемого «единства», внушая ему в качестве «народных» ценностей свои экономические интересы. И в данном случае, светское это внушение или религиозное — всего лишь незначительная деталь.

Максим Светляченко в интервью «Гражданскому радио» («Громадське радіо») выражает недоумение по поводу публичной демонстрации религиозности первых лиц украинского государства. Но чего он хотел? Порошенко в одном из храмов, построенных на его деньги, заявляет о необходимости гей-парадов в Киеве, а затем идёт и молится — лучший пример «свободы религии». Да и само присутствие на Евромайдане униатов, священников УПЦ Киевского патриархата, евангельских христиан и их активное участие показывает мобилизацию религиозных сил буржуазными группировками в момент кризиса. От некоторых из них, особенно из лагеря евангельских христиан, можно услышать самые различные предложения о том, как именно церковь должна принимать участие в политической жизни страны и занимать в ней чуть ли не центральное место. Христиане Евромайдана, критикуя Европу за отказ от традиционных ценностей, всё равно призывали войти в состав Евросоюза. Причём, чтобы вернуть Европе её христианское величие. И это действительно смешно, что политическая конъюнктура крутит церквями как хочет. Как тут не вспомнить слова Порошенко о том, что война на юго-востоке страны ведется именно за «европейские ценности». В том числе и за гей-парады. Получается, что христиане, выступившие за вхождение в состав Евросоюза, поддерживают гей-парады. Но, насколько можно судить, они этого не понимают.

По сути дела, когда очередной оратор из евангельских христиан заявляет о том, что церковь должна играть гораздо более весомую роль в жизни общества, чем та, которая ей отведена законом, он тем самым этот самый закон ставит под сомнение.

Естественно, Светляченко этим не доволен. Но любой отряд буржуазии, добравшись до власти, всегда устанавливает такую систему ценностей и пропагандирует такое мировоззрение, которое позволило бы утихомирить массы, сковать классовую борьбу. К тому же ясно, что если полностью изъять советское духовное наследие, то ни на Украине, ни в России почти ничего разумного не останется. Если убрать советское наследие, то сразу же на первый план выйдет религия. А в случае с Украиной — вообще ничего, кроме дикой архаики и сельско-хуторской романтики.

Буржуазное светское государство нужно рассматривать во всей его целокупности. Не отстаивать интересы и «права неверующих» против «прав верующих», а все остальные проблемы оставлять в стороне, но смотреть в корень и вскрывать его экономическую подоплеку и задавать вопрос о том, кому то или иное общественное явление выгодно. Вскрывать классовый характер власти.

Светское государство — это вид буржуазного государства, в котором церковь лишена привилегий, которые полагались ей при монархии. Церковь была отделена от государства буржуазией исключительно потому, что в конкретно-исторический момент буржуазных революций церковники выступали на стороне феодалов. Почему во многих буржуазных странах церковь всё ещё отделена от государства? Потому что религия в принципе не способна полностью удовлетворить требований буржуазии о духовном порабощении более менее культурного пролетариата. Поэтому капитализм в форме теократии существует только на Ближнем Востоке, где пока низка культура пролетариата.

Тем не менее, отделение церкви от государства не мешает активному распространению религии, поскольку сами условия капитализма, плодящие идеалистическое мышление, не дают ей отмереть. Светское буржуазное государство отстраняется от научной оценки религии, предоставляя это самому гражданину. Таким образом, отказ от научной оценки религии следует рассматривать как прямую поддержку религии. В этом и заключается разница между пролетарским государством и буржуазным. Буржуазное государство предоставляет человеку «свободу совести» и право действовать согласно ей, но при этом, отстраняясь от научной оценки религии, узаконивает ненаучное мировоззрение. Узаконивая различные виды мнений как равные, утверждая вместе с этим (по умолчанию) их равноценность, мы получаем косвенное отражение экономической конкуренции, поскольку любое, как религиозное, так и иное учреждение, прежде всего, есть участник экономических отношений. А для государства, как регулирующего органа, неважно, какое вероучение проповедует та или иная религиозная организация. Потому что буржуазный религиовед смотрит на церковь как на услугу, которая предоставляется потребителю с целью удовлетворения его потребностей.

Ненаучное, нерациональное с точки зрения интересов всего общества ведение хозяйства только способствует господству ненаучного мировоззрения в массах. Единственно верный вывод — ликвидируйте частную собственность и вы разрешите проблемы буржуазного общества, с которыми непрестанно борются, но которые так и не удаётся победить. А вместе с этим и уничтожите материальные предпосылки для распространения не только религии, но и прочих ненаучных мировоззрений в обществе.

УАС пишет с ссылкой на «Комсомольскую правду», что руководитель управления культуры Львовского горсовета Ирина Магдыш была вынуждена подать в отставку после своей критики в адрес церкви, приобретающей всё большее влияние на общество. Как говорит сама Магдыш:

«Есть районы (во Львове — Авт.), где вообще ничего нет — ни одного культурного центра, ни одной библиотеки, театра или кинотеатра. Это мертвые районы в культурном смысле. Единственное развлечение для людей в таком районе — церковь. И церковь начинает на этом „жировать“ и злоупотреблять страшным образом. В одном из таких районов в каждой школе в вестибюле стоит фигура божьей матери, обложенная цветами, такой алтарь маленький. Иногда я там заставала моменты, когда во время уроков дети стояли как на линейке перед этим алтарем, а пастор правил службу. На мой вопрос, почему дети здесь, а не на уроках, никто не нашел, что ответить», — заявила в интервью Ирина Магдыш. Чиновница также отметила, что не против церкви, но религия должна быть «личным делом человека».

Другая новость, о которой сообщает УАС с ссылкой на NEWSua:

«Британский министр образования Ники Морган заявила, что школы обязаны объяснять учащимся, что Великобритания является христианской страной, и должны отдавать приоритет изучению различных религий, а не атеизму, пишет газета The Telegraph.

Об этом Морган пишет в своих рекомендациях светским школам, которые были опубликованы в понедельник, 28 декабря. В них она ясно дает понять, что в учебной программе религиозные и атеистические взгляды не должны быть представлены в равной степени. По мнению министра, школьное обучение должно отражать христианские традиции.

Отмечается, что рекомендации были выпущены после того, как Верховный суд вынес постановление, что Морган незаконно исключила атеизм из школьной программы. В ответ на это министр заявляет, что при помощи судебных разбирательств гуманисты пытаются вынудить начальные школы преподавать детям атеизм».

Из самой новости не ясно, что именно Морган имеет в виду под пропагандой атеизма. Хотя не сложно догадаться, что скорее всего она говорит о научных теориях, которые вступают в острый конфликт с христианским вероучением. Морган открыто предлагает преподавать не науку, а религиозные побасенки.

Буржуазный класс использует религиозный дурман в своих интересах по мере его реальной пользы. А идеология светского государства, правовая норма отделения церкви от государства — всего лишь формальность, которая как традиция буржуазного права наследуется в ряде государств. В том числе и в странах бывшего СССР. Не секрет, что буржуазные властители РФ и Украины переписывали конституции под кальку у «западных партнёров».

Так стоит ли атеистам бороться за некое «светское государство»? Да и к тому же, атеисты не являются какой-то цельной группой единомышленников с единством взглядов. Действительно ли распространение атеистических идей поможет изменить общество к лучшему, как это предлагает Светляченко? Нет. Поскольку предлагается произвести косметические изменения в надстройке, а вовсе не в экономическом базисе, который и порождает те проблемы, которые буржуазные и беспартийные атеисты пытаются выдать за проблемы, порождаемые религией.

Без учета вопроса о классовой борьбе, без учета классовой расстановки сил, пресловутое требование «прав неверующих» в РФ и Украине остается не более чем пустым требованием, которое в принципе никак не угрожает существующему положению вещей. Отсюда вывод, что беспартийные атеисты, такие как Светляченко, играющие в марксизм, являются не более чем реформистами, которые спекулируют на советском прошлом. Несмотря на, возможно, свои честные намерения.

В буржуазном обществе атеизм используется всего лишь как маркер для определения категории граждан, которые отрицают существование бога или богов, вера в которых теологически оформлена в ряде религий. И есть другая категория граждан — «верующих», разделенных между собой на некоторое множество религий и верований. Следует также заметить, что под вывеской атеизма орудуют всевозможные либералы и либертарианцы, выступающие за абстрактный гуманизм. Они подают «свободу совести» как атрибут «свободного человека», затушевывая саму суть буржуазной «свободы» и «демократии». А ведь даже римские рабовладельцы не могли подумать о том, что рабы сами с удовольствием будут выбирать для себя оковы по вкусу, считая, что именно в этом выборе и заключается их «свобода».

В отличие от коммунизма, который базируется на диалектическом материализме, буржуазный атеизм в основном исходит из субъективного идеализма или в лучшем случае из стихийного материализма. Атеизм же коммуниста — это следствие диаматики, а не простой убеждённости в отсутствии бога. Религия как общественный институт обслуживает эксплуатацию человека человеком. Как говорил Сталин, отвечая на один из вопросов на встрече с первой американской делегацией:

«Подавили ли мы реакционное духовенство? Да, подавили. Беда только в том, что оно не вполне еще ликвидировано. Антирелигиозная пропаганда является тем средством, которое должно довести до конца дело ликвидации реакционного духовенства. Бывают случаи, что кое-кто из членов партии иногда мешает всемерному развертыванию антирелигиозной пропаганды. Если таких членов партии исключают, так это очень хорошо, ибо таким “коммунистам” не место в рядах нашей партии».

Буржуазный атеист, он же буржуазный гуманист, видит вопиющие недостатки буржуазного общества, но обходится полумерами. Он ищет проблему где угодно, но только не в самом устройстве капитализма. Для него марксизм — «это чересчур». Он для этого слишком чистенький. Он уважает так называемые «права человека». Для него само слово коммунизм означает «диктатуру». А он против любой «диктатуры». Он верит в то, что «демократия» возможна без «диктатуры». И что демократия и диктатура несовместимы. В итоге это выражается в истерике буржуазного интеллигентика, как это было у журналиста Кристофера Хитченса, автора книжки «Бог не любовь. Как религия всё отравляет». Хитченс, критикуя принцип вождя в коммунизме, увидел в этом некий секулярный вариант игры в бога, после чего заявил, что он против того, чтобы ему какой-то там вождь заявлял, что такое истина в последней инстанции.

Буржуазный атеист критикует те изъяны либерального общества, которые ему не нравятся, но он не идет дальше и не думает о том, чтобы коренным образом изменить это общество революционным путем. Максимум, что можно услышать от него — капитализм является порочной экономической системой. Нет, революция для него — это слишком. Такие, как Хитченс или Докинз, верят в то, что преобразовать общество можно путём искоренения религии как мировоззрения, не трогая строя, не изменяя его. Но нужно не обходиться полумерами, не строить воздушные замки, а работать именно с основой. Чтобы изменить ценности общества, нужно изменить строй, который всегда и везде имеет в своей основе экономику.

Буржуазные атеисты жалуются, что, мол, «мы же пытаемся людям показать, что религия — это ложь и сказки, но почему-то на нас мало кто обращает внимания». Конечно, мало кто обращает. И не будет обращать. Потому что, как говорил Ленин, вы не идёте дальше азбуки. Нужно понимание социальных предпосылок религии, которые напрямую зависят от классовой сущности общества. Нельзя рассматривать никакой общественный институт или общественное явление вне общественных отношений в целом.

Избавление от религии происходит исключительно путём прививания научного мировоззрения. Но при капитализме научное мировоззрение, то есть диаматическое мировоззрение коммуниста, прокладывает себе путь частным порядком. Система общественного устройства такова, что научные истины не могут конкурировать с тотальным насаждением невежества. В этом и проявляется классовая борьба в идеологии.

Важнейшей классовой функцией религии является мобилизация верующих вокруг государства, в первую очередь, на войну за экономические интересы эксплуататорского класса. Буржуазная родина, которую должен защищать наемный раб, — это частная олигархическая собственность. Причём сами религиозные догматы отходят на задний план, и происходит мифологизация родины. На Украине, например, пропагандируется гимн «Молитва за Украину» композитора Николая Лысенко, написанный в 1885 году. Как указывает Википедия, данный гимн исполняется после богослужения у украинских греко-католиков и Украинской православной церкви Киевского патриархата. А у украинских националистов из ОУН-УПА есть собственная «Молитва украинского националиста», написанная Иосифом Мащаком в начале 1930-х годов. Данный текст в краткой форме излагает идеализированный украинский национальный миф, а обращение в нём идет не к богу, а напрямую к самой Украине-матери. Но что говорить про Украину, если американцы клянутся в вере в бога на долларах — «In God we trust», не уточняя, что это за бог.

Вот для примера слова Наполеона:

«Религия — отличное средство чтобы утихомиривать чернь».

Вот слова Гитлера:

«Светские школы недопустимы, так как в таких школах нет религиозного обучения, а общее нравственное обучение без религиозного основания зиждется на пустоте; следовательно, воспитание личности и религия должны основываться на Вере. Нам нужные верующие люди».

А вот слова Муссолини:

«В фашистском государстве религия рассматривается как одно из наиболее глубоких проявлений духа, поэтому она не только почитается, но пользуется защитой и покровительством».

Ну и одно из самых точных формулировок сущности религии принадлежит учителю Нерона, римскому философу Сенеке:

«Чернь считает религию истиной, мудрец — ложью, правитель — полезным изобретением».

Поскольку в разные времена человеческой истории люди обладали разным багажом знаний об окружающем мире, то, безусловно, сам акт отрицания религиозного мировоззрения проявлялся совершенно по-разному. В целом, к примеру, говорить об атеизме в Древней Греции неверно, поскольку он тогда был в принципе невозможен. Отрицание существования богов-олимпийцев среди греческих философов, вовсе не говорило о том, что тот, кто это делал, не верил в нечто аналогичное. Непонимание и незнание законов материального мира вынуждало древнегреческих ученых с помощью фантазии в самом буквальном слове придумывать то, о чем не могли знать наверняка или додуматься чисто логически. Поэтому, к примеру, Эпикур, отрицавший существование олимпийских богов, заявлял, что они являются не более чем очеловеченными силами природы, тогда как настоящие боги, по его мнению, существуют, но при этом они не имеют ничего общего с тем миром, в котором живем мы. Они о нас даже не догадываются и находятся в вечном блаженстве. Как видим, отрицание существования богов, причем отрицание их на основе правильных предпосылок, вовсе не привело Эпикура к отрицанию веры в божественных существ вообще. Французские буржуазные революционеры в попытке заменить католицизм, обожествляли Разум и старались придать этому культу религиозные черты. Несмотря на то, что французские просветители критиковали религию, эта критика была тесно связана с критикой французского же абсолютизма и не шла дальше критики буржуазных ценностей. И к тому же, известные просветители вовсе не были атеистами в сегодняшнем смысле слова. Они были деистами.

Энгельс в своей работе «Развитие социализма от утопии к науке», которая легла в основу первых трех глав его «Анти-Дюринга» дал характеристику «царства разума» французских просветителей:

«Мы видели, каким образом подготовлявшие революцию французские философы XVIII века апеллировали к разуму как к единственному судье над всем существующим. Они требовали установления разумного государства, разумного общества, требовали безжалостного устранения всего того, что противоречит вечному разуму. Мы видели также, что этот вечный разум был в действительности лишь идеализированным рассудком среднего бюргера, как раз в то время развивавшегося в буржуа».

Сам акт неверия в религиозные догмы и отрицания существования бога не является полноценным самостоятельным продуктом полноценной теоретической мысли. Под такими актами всегда кроется теоретическая база. Буржуазный атеизм является лишь реакцией на существование религий. Последовательный материалист не столько отрицает существование бога, но прямо говорит, что религия есть фантастическое отражение в общественном сознании слепо господствующих над массами сил капитала. И не останавливается на этом. Он идёт дальше и призывает к ликвидации частной собственности как источника капитала.

Отношение к марксизму является той калькой, на которой всегда отпечатывается политическая физиономия того, кто называет себя атеистом. Потому что как атеизм, так и вера в бога всегда являются реакцией на материальную среду, порождаемую капиталистическими отношениями.

К. Киевский
08/08/2017

Почему атеистической борьбы недостаточно?: 3 комментария

  1. Практически все вопросы, затронутые автором, о соотношении атеизма и марксизма решены абсолютно верно. Всем, кто согласен с такой постановкой вопроса необходимо немедленно и самым напряженным образом приступить к работе сомообразования так, чтобы через некоторое время все, у кого возникают вопросы мировоззренческого характера о смысле жизни, о счастье, о человеке, об обществе, об истории, политике, экономике, войне, мире, искусстве, любви, за разъяснениями обращались бы только к марксистам и только от них получали, действительно, содержательные, научные, доходчиво поданные ОТВЕТЫ на все вопросы, порожденные движением мироздания и общества. Без подобной научной конкретики, при любой степени доказанности факта отсутствия бога, народ пойдет и к попу и к рабби, и к мулле, и к шаману, если марксисты не докажут, что марксизм и есть высшая форма атеизма, а марксисты — носители самых глубоких познаний объективных законов бытия. Одна из причин крушения КПСС была абсолютная слабость всех выборных партийных секретарей и идеологов в области диаматики, всех назначенных начальников политотделов и членов Военных Советов ВС СССР. Все они оказались ремесленниками, ОТНОСИТЕЛЬНО послушными, чвавнливыми исполнителями, неспособными убедить живого пролетария, инженера, солдата, офицера в марксистских истинах. Возьмите, например, книгу Д.Волкогонова «Поратийность советского офицера». Эту книгу можно использовать лишь как снотворное. Любую книгу Абалкина, Бунича, Громыко, Е. Гайдара, тем более, Андропова, Горбачева, Ельцина можно без ущерба для своего сознания, подкладывать под дверь сарая на даче, если дверь перекосилась.

  2. Р.Докинз вообще договорился до того, что из-за кровожадных советских коммунистов сегодня все кинулись в религию, дескать это был атеизм под дулом пистолета.

  3. Опечатки:

    прав челозаквека
    умма и т.д.

    Яркий пример буржуазного атеизма — Александр Никонов. С его патологической ненавистью к коммунизму.

    Безусловно, атеизм может быть своеобразной ступенькой к марксизму.

    Так и было в моей жизни. От «светского атеизма», я перешел к коммунистическим, марксистским взглядам.

Комментарии

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s