Интеллигентский дух и партийность

В ленинско-сталинский период было опасно вступать в ВКП(б) ради карьеры, так как некомпетентность, ущерб хозяйству и политике рабочего класса или даже неискренность при выполнении партийного долга могли стать основанием для привлечения не только к партийной, но и к уголовной ответственности.

Одной из причин грандиозных побед коммунистической партии после взятия власти под руководством Ленина и Сталина было то, что обывателю в рядах партии было находиться как минимум некомфортно.

В свою очередь, одной из причин стремительной деградации КПСС к концу XX века стало то, что многие пробравшиеся в руководство «коммунисты» были обыкновенными мещанами и вступали в партию ради карьеры, денег, власти и потому впоследствии легко перешли в ряды либералов. Девятнадцатимиллионный актив партии был пронизан буржуазными элементами и сгнил изнутри. В настоящее время вершины российского списка «Форбс» занимают красные директора — члены КПСС.

Изучение личностей твёрдых большевиков по биографиям и творчеству показывает, что существует марксистский крой личности, беззаветно преданного человечеству альтруиста, мышление которого свободно от веры, материального интереса и низменных страстей; воля которого подчиняет делу страхи, симпатии и антипатии.

Если же вывести характер обывателя, пробравшегося в партийное руководство, то мы увидим нечто прямо противоположное — высокомерие, самовлюблённость, зазнайство, глупость и обязательное хамство по отношению к ближним, то бишь чванство. Такими были все оппозиционеры ленинско-сталинскому курсу, большинство которых, в конечном счёте, встало на путь служения фашизму.

Только очень простодушные товарищи не понимают, что такие деятели, как Зюганов, Пригарин, Анпилов, Былевский, Баранов, Губкин, Ферберов, Удальцов, Развозжаев, Митина, Шапинов, Клычков, Сурайкин, Батов и подобные в условиях 1930-х организовали бы пару —тройку параллельных антисоветских троцкистских центров. Это люди, ведомые в основном мелкой склокой и туманными представлениями о марксизме. Люди, которые постоянно находятся на рубеже между болезненным самолюбованием и ренегатством, которые умеют только важничать и калякать.

Причём чванство проявляется не только как непосредственное стремление индивида к незаслуженному лидерству, например, в партии, но и как стремление чванов погреться в чужих лучах славы. В сталинские времена партийные подлизы и шустрованы, упражнявшиеся в словарном угодничестве, составляли значительную долю в партии. А сегодня молодые левые страстно ищут себе партию или группу, во главе которой стоит широко известное в узких кругах лицо, чтобы автоматически попасть в лучи «славы» своего главаря, чтобы автоматически с ним подняться над «толпой».

Как возникает этот психический комплекс чванства, основанный на неадекватно завышенной самооценке, эгоцентричности и проявляющийся в безосновательном тираническом отношении к людям?

Во-первых, очевидно, что чванство существует в сознании индивида как беспочвенное ощущение личной исключительности, а значит источником чванства является всепроникающая конкуренция, т.е. атрибут людоедства. Буржуазный моральный недуг в виде мещански мотивированной конкуренции насаждается повсеместно, давно и основательно. Все молодые люди, воспитанные капитализмом, им поражены. Заражены и многие воспитанники постсталинского социализма.

Во-вторых, очевидно, что «возвышение» над массой, унижение и хамство доставляют чванам неподдельное удовольствие.

С точки зрения партийного строительства высочайшей предпосылкой для чванства является принадлежность к интеллигенции. Дело в том, что, например, промышленный рабочий, как изолированный индивид, ничего из себя не представляет и большинство рабочих по сути так о себе и думают. Следовательно, они черпают надежду, силу и уверенность в организации. В идеале — в организации партийной, конечно. Тогда как интеллигент, как изолированный индивид, — фигура. Он обладает знаниями, у него имеются личные способности и он уверен, что проявление его личных качеств является основным условием успешности его работы. Разумеется, первый полюс рождает известный коллективизм, дисциплину, подчинение товарищей целому в качестве его служебных частей; второй полюс рождает как раз спесь и чванство. Поэтому Ленин, когда напирал на дисциплину, называл её пролетарской, имея в виду именно этот первый полюс.

Сегодня эти крайности в значительной степени сблизились, но не путём осмысленной позиции, научного понимания отношения одного лица и организации, а из-за общего повышения уровня культуры в сторону интеллигентщины.

Сегодня в России не наблюдается организации, которая бы активно действовала, обладала хоть какой-то дисциплиной и при этом состояла преимущественно из рабочих от станка. Большинство профсоюзов представляют собой совершенно аморфные образования, вне зависимости от того, входят ли они в ФНПР. Большинство партий с коммунистическими вывесками состоят из интеллигентов и тех, кто занимается канцелярским, псевдоумственным трудом. Следственно, сложно сказать, как бы выглядело чисто пролетарское организационное мышление.

Однако нет сомнений, что все действительные и потенциальные сторонники коммунизма, потенциальные члены коммунистической партии из промышленных рабочих вследствие изменившихся условий в среднем куда более отдалены от цехового коллективизма, который господствовал в среде промышленного пролетариата в ленинские времена. Былой солидарности, к сожалению, уже нет. Она была во многом спровоцирована суровыми условиями феодально-капиталистической эксплуатации, боевыми формами экономического сопротивления и общим сволочизмом жизни.

Более того, сегодня партийная вербовка представляется более перспективной в среде высококвалифицированных рабочих, работников сферы услуг и пролетариата преимущественно умственного труда. Впрочем, мы говорим о подходе к дисциплине, к организационному мышлению и духу, поэтому важно отменить таким образом следующее. Общее повышение культуры, улучшение условий быта, а на современном этапе в России и отсутствие открытых форм экономического сопротивления приводят к обинтеллигенщиванию мышления пролетариата в организационных вопросах.

Некоторые горячо влюблённые в пролетариат хвостисты («Рабочий путь», РПР, РКРП и т.д.) упорно взывают к духу цеховой солидарности и планируют строить коммунистическую партию par excellence из лиц с мозолистыми руками и в промасленных куртках, как раз в некотором смысле стихийно реагируя на отсутствие в своём сообществе пролетарской дисциплины, образцы которой им знакомы по большевистской литературе. Но толку от такого принципа немного: и потому, что пролетариат (в том числе его промышленный отряд) сильно изменился, и потому, что главное в большевизме — это не дисциплина, но научно-марксистское руководство. А с этим у хвостистов хорошо быть не может, ибо они вислоухие приспособленцы к стихии, а не авангардисты по Ленину.

Так или иначе, но сегодня практически каждый более менее сознательный пролетарий воспринимает себя в меньшей степени частичкой «анонимной массы», частью «общего организма» и т.д. Полагаю, что из этого не следует делать вывод, что уровень организационной подготовки рабочего класса стал объективно ниже, но следует то, что стал ниже уровень, который достигается стихийным порядком. Теперь вопросы партийной дисциплины, прививания партийного мышления, требования к характеру и личностным качествам, к крою личности сделались особенно значимыми. Напирать на пролетарскую солидарность, цеховое мышление нет больше смысла.

Противоположностью интеллигентного духа в организации была пролетарская дисциплина, основы которой вносились из дисциплины фабрично-заводской. Теперь этот источник по большей части утрачен. Партийцы должны быть воспитаны на основе научной сознательности, дисциплины не песчинки, винтика, частички, а дисциплины личности, сделавшей осознанный, твёрдый выбор в пользу партийности, в пользу принесения в жертву личных интересов и капризов. Использовать прежние лекала не выйдет. Нужен новый лад.

Этим новым ладом партийного мышления становится принцип научного централизма.

Как видим, понятие интеллигентского духа в организации близко соприкасается с чванством, вернее, собственно, интеллигентский дух и есть одно из проявлений организационного мышления чванов и получванов.

Однако бороться с интеллигенцией в партии означало бы ограничивать её интеллектуальный потенциал, а в современных условиях, когда массы пролетариев уже во многом равняются на высокую образованность, означает строить партию позади развитой части пролетарских масс.

Стало быть, бороться нужно с интеллигентским духом, с расхлябанностью и чванством. И действенное средство можно найти только в теории научного централизма, которая требует строить партию из проверенных на практике марксистов, как орден меченосцев, т. е. отсекая весь левацкий шлак.

Не можешь перевоспитать себя из самовлюблённого чвана в твёрдого партийца, записывайся в любую партию с коммунистическим названием.

А для сторонников ПНЦ первый пункт на пути выправления — доказать себе и товарищам состоятельность претензии на звание компетентного марксиста-пропагандиста.

П. Губельман
07/06/2018

Интеллигентский дух и партийность: Один комментарий

  1. Практически не с чем спорить. Теперь важно напряженно поработать над комплексом методических вопросов, чтобы преодолеть тот стиль подготовки кадров, который господствовал в КПСС и, который, даже, тех, кто хотел бы овладеть марксизмом-ленинизмом, образовывал по методике, дававшей, как и ЕГЭ, справку об усвоении вопросов ЕГЭ, но не превращала человека в творческого умелого борца за коммунизм. Научить учиться и научиться учить практическому коммунизму — важная задача актива ПНЦ.

Комментировать

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s