Выписки из журнала «Прорыв», характеризующие позицию редакции

Предлагаем вашему вниманию цитаты редакционных статей журнала «Прорыв», знакомство с которыми даст общее представление о стратегии и тактике коммунистической борьбы.

***

Если резюмировать многочисленные высказывания Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина относительно содержания и сущности марксизма-ленинизма, то его содержанием является диалектический материализм, примененный к различным моментам бытия: к истории, к экономике, политике и т.д. с целью открытия объективных законов развития общества. Действительно, содержание всего теоретического марксизма, каждого его фрагмента неотделимо от диалектико-материалистической методологии. Без диаматики нет и марксизма вообще…

Время требует от партий, присвоивших звание коммунистических, — не ослабляя ни одного направления работы, освоенного за последние годы, взяться, по-большевистски, за подъем научно-теоретического уровня партийных кадров.

Наука — фундамент грядущих побед


Редакционный актив журнала «Прорыв» неоднократно заявлял, что во главу угла своей программы ставит борьбу за повышение научности, добросовестности и творческого характера публикаций, а не за их количество или частоту выпусков. На этих же принципах журнал строил и строит отношения с читателями и авторами из Москвы, Ленинграда, Калининграда, Перми, Новосибирска, Западной Украины, Запорожья, США, Германии…

Могут спросить, а почему мы берем на себя функцию определять, что научно, а что ненаучно?

Прежде всего, потому, что другие издания левого толка на себя эту функцию не берут. Они или стесняются, или не считают себя достаточно компетентными, или сознательно борются лишь за популярность, за тиражи, за широту авторского коллектива, за полемичность своих выпусков, в угоду вкусам современной массовой аудитории. Нас же интересует лишь уровень научности. Принимать или не принимать такую позицию это, как говорится, проблемы наших дежурных «поучателей».

Причем, актив журнала «Прорыв» не прибегал и не будет прибегать к каким-либо организационным или психологическим ухищрениям для укрепления своих отношений с читателями и писателями. Мы считаем, что единственным надежным средством, способствующим установлению длительных и прочных, истинно товарищеских отношений между людьми является научное мировоззрение, тем более, на современном этапе массового идейного провала партий с коммунистическими названиями.

Практика показала, что все остальные, известные науке, мотивы деятельности людей, как-то: интересы, вера, стимулы, потребности, патриотизм, — играют в коммунистическом движении, в конечном итоге, деструктивную роль. Обыденная мотивация достигает конструктивных целей лишь в том узком спектре случаев, когда содержание обыденных мотивов и их направленность случайно совпадает с научной теорией. Например, патриотизм имеет некоторый положительный смысл, если он освещен борьбой с откровенным фашизмом. За пределами этой борьбы патриотизм сам превращается в разновидность фашизма и, в такой же степени, как сам фашизм, порождает предпосылки для возникновения очередной мировой войны, в которой патриоты-вожди сожгут миллионы «любимых» земляков и единоверцев.

Любое общественное движение, кроме коммунистического, имеет моральное и историческое право на любую обыденную мотивацию своего партийного строительства, вплоть до сексуальной ориентации или манеры бить куриные яйца. Коммунистическая партия может быть партией исключительно наступательного научного мировоззрения. Если этого не наблюдается, эта партия вовсе не коммунистическая, сколько бы красных знамен она не выносила на демонстрации.

Однако поиск научной истины — всегда сложный и не гарантированный процесс. Не каждый человек, объявивший о своих намерениях писать научно, легко справится с этой задачей. Выпуская журнал, мы сознаем, что открыты как для конструктивной критики, так и для бессовестной мистификации. Мы знаем также, что научная критика, в основном, не сладкое, но очень полезное лекарство. Однако порой, и озлобленные, и бессодержательные нападки помогают точнее определить степень урона, нанесенного оппортунистам публикациями журнала. Сожаление вызывает лишь то обстоятельство, что в левом движении, как оказалось, осталось очень мало активистов, от которых можно ожидать научной критики. Тем не менее, журнал будет и впредь открыто излагать свои взгляды на наиболее важные и актуальные проблемы современного коммунистического движения, обнажать гнойники оппортунизма, чтобы быть однозначно понятыми читателями, выбирающим позицию в политической жизни общества.

Можно безо всякой натяжки констатировать, что, несмотря на стремление редакции «Прорыва» к превращению журнала в научно-теоретическое издание с преобладанием «скучных», пространных теоретических статей на философские, экономические, исторические темы, круг наших читателей и авторов, поставивших перед собой цель овладеть методологией марксизма, медленно, но расширяется. При этом редакционный актив ни в коей мере не заинтересован в искусственном ускорении этого процесса. Как говорится, плод должен созреть.

…Возьмите любой труд классиков марксизма-ленинизма, и вы увидите, что каждое исследование начиналось, во-первых, с изучения факта как такового, в том числе, путем личного наблюдения, личного участия, анализа статистических данных, официальных исторических документов, во-вторых, с изучения наиболее представительных трудов по данной проблеме, в том числе, и оппортунистов. Классики самым тщательным образом исследовали труды оппонентов и, в результате, извлекали из них наиболее концентрированную, наиболее типичную и вредоносную глупость, а затем, независимо от того, что об этом было сказано авторитетами, доходчиво разъясняли читателям — в чём же, на самом деле, состоит сущность проблемы и содержание научного ответа на поставленный историей вопрос.

Вдумчивый читатель легко заметит, что в трудах классиков цитаты их оппонентов используются без искажения, без обрезания «неудобных» мест, и что цитаты составляют ничтожную часть в текстах классиков марксизма. Классики марксизма частенько сетовали на то, что времени их жизни катастрофически не хватает, чтобы доказательно изложить все свои открытия. Оппортунистам времени на написание их пасквилей всегда хватает, поскольку и трудов немного, и труды эти в решающей мере избавлены от авторской мысли.

…В отличие от классических рабов, наемные рабы оказались способными на самоорганизацию, правда, лишь в форме профсоюзов. Пролетарии сами, без коммунистов, инициировали многочисленные забастовки, не раз самоотверженно сражались с полицией и армией. Они сыграли значительную роль в европейской буржуазной революции 1848 года, в Парижской Коммуне 1871 года, в буржуазной революции 1905 года в России, но, в силу недостаточной образованности и организованности, каждый раз оказывались в худшем положении, чем накануне восстания. Назавтра, т.е. после очередной «победы», они опять за копейки спускались в шахты, к пароходным топкам, понуро плелись на заводы, или на бойню первой мировой войны. Более того, мировой пролетариат очень прохладно встретил победу российского пролетариата в 1917 г., по большому счету не поддержал его, за что был наказан второй мировой войной, и составил наибольшее количество убитых в ней.

31 августа 2010 года в Польше праздновали тридцатилетие со дня учреждения профсоюза «Солидарность». Лех Валенса откровенно сообщил российским корреспондентам, что, организуя рабочих судоверфи на борьбу за их интересы, он и не думал, что это приведет к крушению коммунизма в Европе, хотя ненавидел коммунистов всегда. Сегодня польские судоверфи вместе со своими рабочими влачат настолько жалкое существование, что оказались купленными, традиционно желанными в Польше, украинскими олигархами. Иначе говоря, польские рабочие, с одной стороны, доказали, что они сила, а с другой стороны, доказали, куда могут привести пролетариев профсоюзы без коммунистов. Сегодня польские пролетарии и не думают проявлять солидарность в борьбе против украинских олигархов. «Бачилы очи, щё куповалы, ишты, хучь повылазте».

Именно на эту двойственность пролетариата и обратили особое внимание классики марксизма, т.е. на, позорящую человека, бездумную покорность наемных работников и, одновременно, на их способность к периодическим взрывам, сметающим любую власть, разгоняющим любую полицию и армию, как это было, например, в Киргизии в 2010 году. Т.е. покорный раб и пламенный борец «в одном флаконе», таков психологический портрет пролетарского класса. Или, если угодно, слизеподобный нитроглицерин, не взрывающийся без хорошего подзатыльника в виде экономического кризиса или мировой войны.

Может возникнуть мысль, что нелестные эпитеты обидят пролетариев. Но сегодня нас волнует не это. Без диаматического понимания проблемы, т.е. без понимания двойственной природы пролетариата, как наемного раба и революционера в одном лице, коммунистам вообще невозможно осуществить стратегию организации рабочего класса, тем более, что миллиарды пролетариев всей своей жизнью и «борьбой» доказали, что своё наемное рабство они воспринимают как вполне естественное, а временами, и справедливое к себе отношение. Такому самовосприятию в немалой степени способствуют и статьи профессора М.В. Попова в газете «Трудовая Россия». О пролетариях, как о безупречных врожденных революционерах, могут говорить только те, кто никогда не общался с большими их массами, в том числе и в период забастовок, и после победы в них. В том, что пролетариат до сих пор остается лишь пролетарием, созидающим все необходимое для процветания буржуазии, виноваты, прежде всего, члены партии, стыдливо обходящую эту проблему и кричащие в пустоту о стихийной революционности пролетариата. Склонность некоторых членов партии к бланкизму и хвостизму доказывает, что они не умеют находить пути к сознанию пролетариев, боятся общаться с пролетариями, а потому собираются делать пролетарскую революцию… парламентским методом, через Думу.

Трудности в организации пролетарских масс возникают ещё и потому, что в пролетарской среде существует острая конкуренция, делящая класс на «рабочую аристократию» и пролетарскую голытьбу, «лимитчиков», «гастарбайтеров». Один пролетарий дерёт нос перед другим пролетарием, если его «зарплата» чуть выше, если его чуть позже выкинули с работы во время кризиса или чуть раньше взяли на работу после депрессии. Пролетарии легко соглашаются на должность надсмотрщиков, контролеров, десятников, мастеров, бригадиров и, как показала практика, превращаются в тиранов, которые за небольшую прибавку к зарплате готовы драть семь шкур со своего брата, пролетария. Пролетарий очень часто устраивает себе небольшой праздник, если из всей голодной толпы, понуро стоящей у ворот предприятия, на работу взяли именно его. Ему, как правило, наплевать на тех, кто остался без работы, т.е. без средств существования, и… повесился. Бастующий за «болотную копейку» пролетарий способен смертным боем бить своего более голодного собрата, «штрейкбрехера».

Но всё это цветочки по сравнению с тем, что именно на местных коммунистах лежит ответственность за то, что в 1941 году десятки миллионов чистокровных пролетариев Австрии, Болгарии, Бельгии, Венгрии, Германии, Голландии, Дании, Испании, Италии, Латвии, Литвы, Польши, Румынии, Франции, Финляндии, Чехословакии, Югославии, Норвегии, Эстонии взяли в руки оружие, чтобы уничтожить, в первую очередь, евреев, поляков, цыган и разгромить Советский Союз. Другая часть пролетариев этих стран встала к станкам и всю вторую мировую войну надрывно, с огоньком трудилась, вооружая гитлеровские полчища качественным оружием, особенно для борьбы с «русскими большевиками». Пролетарии Англии, Австралии и Канады с воодушевлением взялись за оружие, а на предприятиях прекратили борьбу за свои права и трудились с 1939 по 1949 г.г. за «карточки», чтобы отстоять «свою»… колониальную империю, чтобы не немецкие, а именно английские аристократы продолжали грабить богатства Африки и Азии.

Пролетарии — фашисты. Пролетарии — колониалисты. Пролетарии — проститутки. Можно, конечно, спрятать голову в песок и молчать по поводу этой проблемы. А можно сказать со всей определенностью: там, где коммунисты соответствовали своему названию, где они превзошли буржуазию и оппортунистов в теоретической форме классовой борьбы, завоевали авторитет у рабочих, там пролетарии доросли до уровня революционного рабочего класса. Там, где члены компартий оказались не умнее пролетариев, и только жаловались в ЦК, там пролетарии вступили в партию фашистов.

Подобно тому, как каждый человек способен на поступок как высокого, так и низкого звучания, класс живых малограмотных пролетариев, в зависимости от объективных предпосылок, способен и на альтруизм, и на преступление. Коммунистические преобразования, в силу своей специфики, исключают автоматическое превращение пролетарского эксплуатируемого класса в революционный класс. Здесь необходим абсолютный уровень компетентности, чтобы пролетарии пошли за коммунистами.

Еще раз о позиции журнала «Прорыв»


Уже в первом номере «Прорыва» мы попытались убедить читателей, что в трудах классиков марксизма нет работ, недостойных изучения и нет работ, которые могли бы быть поняты без максимального напряжения со стороны читателя, тем более с первого раза. Освоение марксизма-ленинизма есть труднейшая интеллектуальная задача, по сравнению с которой, по нашему мнению, например, университетский курс математического анализа — романтическая прогулка при Луне. Нет ничего ошибочнее, чем выискивать в марксизме «посильные произведения», с которых можно начинать изучение марксизма, т.е. трудов гениев, не испытав сложностей. Поэтому, во-первых, мы советуем нашему дорогому Д., читателю из Нового Уренгоя, просто читать все, что доступно, даже Троцкого, но читать не ради того, чтобы прочесть все, а ради того, чтобы научиться находить в прочитанном ответы на актуальные проблемы современности. На наш взгляд, с чего бы не начинать чтение, главное, иметь целью: однажды совершить интеллектуальный подвиг, прочитать и понять то, что поняли Маркс и Ленин в диалектике Гегеля. По мнению Ленина, не поняв Гегеля, особенно его работы «Наука логики», невозможно правильно понять «Капитал» Маркса. А о каком коммунисте можно вести речь, если тот не понял «Капитал»?

Ну, так как? Будем следовать совету Ленина? Или изобретём, в этом вопросе, облегченный «велосипед», на котором КПСС, после Сталина, уже попыталась въехать в коммунизм к 80-му году? Составим облегченный список, т.е. повторим то, на чем и «ковала» КПСС своих горбачевых, ельциных, яковлевых, гайдаров и чубайсов?

Тем же, кто верит в наличие относительно необременительного пути в марксизме, во-первых, напомним слова самого Маркса, что в «науке нет широкой столбовой дороги и только тот, кто не страшась усталости, карабкается по её каменистым склонам…», и, во-вторых, один из читателей прислал нам в редакцию свои предложения, по-товарищески, облегчив нам работу.

Кто составлял списки литературы для Маркса и Ленина?


Каждый марксист знает, что «Капитал» являлся самым страшным «снарядом», пущенным в голову буржуазии» в девятнадцатом веке. Несомненно, что работы Ленина конца XIX и начала ХХ века, например, «Развитие капитализма в России», «По поводу так называемого вопроса о рынках» и «Империализм как высшая стадия капитализма» явились очередными «снарядами» главного калибра, пущенными в голову буржуазии и ее адвокатов. Недооцененным и, пока, неиспользованным в должной мере «снарядом», осталась работа Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР». Дело за теоретиками двадцать первого века, последнего, по всем признакам, века в истории капитализма на планете Земля.

Для полной победы сил прогресса необходим очередной научно-теоретический «снаряд», выточенный современными марксистами, калибр которого соответствовал бы актуальным объективным и субъективным предпосылкам и потребностям пролетарского движения. Разумеется, современные «леваки», как и большинство предпринимательских меньшинств, в силу ничтожности их мировоззрения, поймут слова о «снаряде» по-своему. Мы же должны помнить, что без научной теории не может быть коммунистической практики. Вообще. Поэтому, в области коммунистической теории, всему активу журнала необходимо работать так, чтобы читающему молодому человеку все яснее становилась суть и атавистические корни капитализма, его, лишенное смысла содержание, чтобы люди яснее видели, что издержки постиндустриального капитализма с лихвой перекрывают всё то относительно прогрессивное, чем мог гордиться капитализм, заменивший откровенное крепостничество афроамериканским и наемным видами рабства основанного на страхе перед насильственной смертью и перманентным голодом.

Нужно, чтобы все сторонники истинного прогресса, преобразования общества на научной основе не повторили ошибок защитников «Белого Дома» октября 1993 года. Нужно научиться доказывать, что не только гастарбайтеры, но даже преуспевающие, по рыночным меркам, клерки и менеджеры, на самом деле влачат полуживотное, полурабское, холопское унизительное существование, совершенно недостойное звания Человека. Мы должны научиться доказывать, что, если кто-то из наших современников испытывает муки неудач, непреодолимые трудности, если их близкие гибнут в террористических актах, в транспортных катастрофах, если их знакомые кончают жизнь самоубийством, то вина за все это лежит, прежде всего, на самой товарно-денежной форме общественных отношений. Несомненно, задача подобного самообразования и просвещения трудящихся сложна, но есть ли такие крепости… ?

Актив журнала должен работать так, чтобы молодые, вдумчивые, интеллектуально трудолюбивые люди в нашем журнале увидели тот центр, вокруг которого они могут осуществлять первичные формы организации и научно-теоретического роста. Мы должны, и у журнала есть возможность, функционировать не как клуб для безответственных любителей бесплодной полемики, а как издательство, способное сплотить единомышленников, вырабатывать совместными усилиями не только основу стратегии общественного прогресса, не только сделать её содержание достоянием широкого круга лиц наемного труда, но ответить и на общие, и на «частные» вопросы строительства коммунизма, на которые, в силу объективных обстоятельств, не успели детально ответить классики, и недооценка которых в КПСС привела к крушению СССР.

Изучение печального опыта КПСС, РКРП, КПРФ активом «Прорыва» позволило в публикациях 2013 года отчетливо выделить и описать главную причину перерождения и неизбежного крушения этих партий.

Начиная с 1953 года, КПСС как всемирный научный центр в СССР, фактически, прекратила своё существование, и все попытки восстановить авторитет коммунистической науки через формальные решения Съездов и резолюций Совещаний коммунистических и рабочих партий оказались безрезультатными, поскольку тогдашнее руководство не понимало, что, прежде чем совещаться и объединяться, необходимо довести компетенцию совещающихся до бескомпромиссно научного уровня.

Что касается РКРП и КПРФ, то руководство этих партий никогда и не ставило перед собой задачу превратить партию в центр интеллектуального притяжения. Некомпетентность всех, прикрытая мнением большинства, естественна при рыночной демократии и, в равной мере, при рабовладении, как показала колониальная практика США, Великобритании, Франции, Испании, Португалии, Бельгии, но абсолютно чужеродна в коммунистической организации. По мере того, как РСДРП освобождалась от социал-демократизма, она все больше превращалась в партию реальной диктатуры рабочего класса, в которой научность принимаемых решений делала излишним голосование. Ленин требовал от партийцев, прежде всего, умения убеждать массы, после чего голосование лишь отразит картину убежденности. Самые грандиозные военные и созидательные победы ВКП(б) одерживала ровно в той мере, в какой партия переходила от формализма демократических процедур к соблюдению принципов диктатуры рабочего класса, т.е. привнесения научного мировоззрения и во внутрипартийную жизнь, и во всю политику.

Показательно, что по мере того, как Хрущев восстанавливал практику очередных и внеочередных съездов КПСС, построил специальный дворец для съездов, вместо усиления конкретной работы с молодежью по вооружению их мировоззрения научными знаниями, проводил огульные молодежные фестивали, темпы строительства коммунизма, т.е. уровень научности планирования во всех сферах общественной жизни реально снижался.

Современные партии с коммунистическими названиями свою внутрипартийную деятельность осуществляют так, как будто их руководители никогда не читали работу Ленина «Что делать?».

Научного авторитета Ленина и Сталина долгое время хватало для того, чтобы вся полемика в партии и все демократические процедуры вращались и складывались вокруг их генеральных и гениальных выводов и рекомендаций. Жалкие теоретические потуги децистов, центристов, отзовистов, ликвидаторов, правых и левых уклонистов неизменно терпели поражение.

В условиях наличия в партии объективно компетентных лидеров и массового их признания, демократические процедуры не способны обеспечить преимуществ оппортунистам. В условиях отсутствия компетентного и авторитетного центра в партии, оппортунистическое её перерождение за счет демократического централизма — гарантировано.

Строго говоря, Сталин был последним руководителем КПСС, который был способен не только научно-теоретически решать коренные проблемы строительства коммунизма в СССР, но и объяснять, какие логические построения приводили его к реализуемым выводам. Но, решая задачи индустриализации и коллективизации, организации победы над мировым фашизмом, Сталин не успел окончательно очистить партию от невежества сознательных оппортунистов, оценить возможные масштабы потерь от деятельности многочисленных вознесенских, хрущевых, косыгиных, андроповых и создать систему гарантированной научной подготовки и воспитания пропагандистского актива. Система партийного образования оказалась самым узким, практически, провальным местом в кадровой политике КПСС. Чистка партии от состоявшихся оппортунистов — необходима, воспитание компетентных кадров — достаточно, чтобы партия выполняла свои функции до полной победы.

За годы напряженной исследовательской работы актива «Прорыва», по нашему мнению, мы подошли достаточно близко к практическому разрешению этой проблемы. Можно утверждать, что, если члены современных политических партий с коммунистическими названиями искренне хотят избавить человечество полностью и окончательно от идиотизма рыночного капитализма, от тирании олигархов, то нет другого средства, кроме как напрячь все свои творческие силы и завершить создание и массовое освоение полноценной теории построения коммунизма на основе объективных предпосылок, рожденных развитием современных производительных сил.

К сожалению, в современном левом движение, как и в КПСС, совершенно игнорируется предупреждение Ленина о смертельной опасности, исходящей от «комчванства». К сожалению, Ленин не оставил подробного определения термину «чванство». Однако, в принципе, в наиболее общих моментах ясно, что он имел в виду. «Прорыв» уже обращался к анализу этой проблемы.

Из контекста последних ленинских работ следует, что под словом чванство он понимал, прежде всего, высокомерную претензию многих «партийных сволочей» на власть, на тираническое её осуществление без должной требовательности к уровню своей собственной компетентности и нравственности. И, судя по тому, что в РКРП исключают из партии за одно лишь сотрудничество с «Прорывом», это направление теоретической формы классовой борьбы против безграмотности и недобросовестности в коммунистическом движении выбрано нами правильно. Оно тем актуальнее, чем выше неудовлетворенность молодых людей капитализмом, рыночной дикостью и, одновременно, плачевным состоянием дел в коммунистическом движении на планете, чем выше степень осознания молодежью необходимости возрождения партии, коммунистической по сути, а не по названию.

Как говорил Сталин, самый опасный враг тот, с которым не борются. Комчванство как форма интеллектуальной незрелости, «детской левизны» и политического «аксакальства», шапкозакидательства, опасно тем, что, пораженный этим недугом не только не замечает отклонений в своей психике, её асоциальности, но он, как правило, агрессивен по отношению к тем, кто пытается помочь ему избавиться от этой формы духовной гнилости.

Вредоносность комчванства прямо пропорциональна невежеству члена партии, умноженному на широту и полноту его властных полномочий. В период, т.н., «красногвардейской атаки на капитал» понятие диктатура рабочего класса воспринималась многими руководящими членами партии, прежде всего, троцкистами разных оттенков, как безответственная тирания от имени пролетариата, совершенно не обремененная необходимостью безукоризненной научной подготовкой. Ленину пришлось много повозиться с кадрами ЦК, чтобы направить «красногвардейскую атаку на капитал» в нужное русло и в необходимых пределах.

Но победоносная эпоха, отмеченная руководством Ленина и Сталина, породила в сознании многих партийцев представление об автоматически высокой компетентности демократически избранных верхов вообще и, следовательно, ощущение естественности их властных полномочий, осуществляемых, исключительно, в стратегических интересах рабочего класса. Это представление соответствовало истинному положению вещей, пока партией руководили Ленин и Сталин. Вырабатываемые ими решения всегда были глубоко научными. В их деятельности невозможно найти иных личных мотивов поведения, кроме научно обоснованных, кроме искреннего служения угнетенным в их борьбе за свободу от эксплуатации паразитами.

К сожалению, уровня научно-теоретической подготовки последующего поколения партийных управленцев было совершенно недостаточно для грамотного и совестливого осуществления своих полномочий, хотя население СССР представляло собой наиболее управляемый социум в мире, убежденный в том, что практически «все идет по плану». Именно большая административная власть делала значительную часть партийных руководителей крайне нетребовательными к своей образованности. Бег по карьерной лестнице не сопровождался погоней за знаниями. Как бесстыдно говаривал в период «перестройки» известный словоблуд, Травкин, оценивая своё пребывание в Высшей партийной школе при ЦК КПСС: «Спасибо партии родной за трехлетний выходной».

Свое пребывание на формальном олимпе подобные чваны воспринимали как продукт личной одаренности, а не как следствие простофильства голосующего большинства хрущевского или ельцинско-горбачевского периода. А если к необразованности прибавить дефекты морали, порожденные невежеством, природные недостатки характера и необузданный темперамент, то становится ясно, что численный рост КПСС, при неуклонном снижении научной подготовки её верхов, не мог не сопровождаться падением качества управления и, следовательно, замедлением темпов строительства коммунизма.

Дело в том, что, начиная с Хрущева, никто в руководстве КПСС не знал, что значит строить коммунизм, а власть позволяла партийным руководителям все больше и безответственно погружаться в мещанские удовольствия, помпезность процедур, юбилейных торжеств и т.п. мишуры.

Как уже отмечалось в публикациях «Прорыва», питательной средой, в которой возникает и размножается комчванство, является демократический централизм. Достаточно присмотреться, например, к структуре высших руководящих органов, ЦК КПРФ или ЦК РКРП, чтобы порадоваться за этот «монблан» комиссий, отделов, секций, формируемых не ленинским методом подбора и расстановки кадров, а механизмом голосования, и не удивляться абсолютно мышиному результату «работы» этой «горы». Зато чувство полного морального удовлетворения, как у Щукаря, возникало и возникает у подавляющего большинства из тех, кто занял ту или иную клеточку в этой структуре, приобрел соответствующий портфель. А там, хоть трава не расти. И не растет.

Многие члены названных и не названных здесь партий, глядя на эти квадратики, умудряются полностью забыть то, ради чего создавалась коммунистическая партия, и на долгие годы погружаются в борьбу за партийную карьеру, мечтая, чтобы это самоудовлетворение продолжалось вечно, особенно, если удается пробиться к самому верхнему квадратику. Партийные карьеристы самым решительным образом борются со всеми, кто мешает их игре в партийные «классики». Самое омерзительное то, как показала практика последних лет, что большинство из любителей прыгать по «классикам» формальной партийной лестницы не только не умеют работать, но и не намерены ни учиться работать, ни работать, ни, тем более, головой. Главное для них удовлетворить свою примитивную потребность «порулить», а тем более, посидеть в президиуме, абсолютно не заботясь о результатах, как это было с Горбачевым, Ельциным, как это происходит сегодня, практически, со всеми современными партийными лидерами. Десятилетия безрезультатной парламентской будто бы деятельности, например, руководства КПРФ, КПУ, ПКРМ — убедительное тому доказательство.

Подобных партийцев увлекает не конкретная скрупулезная работа с пролетариями умственного и физического труда, не обличение буржуазии и её рыночной экономики, а участие в прениях на своих съездах, голосование за бессодержательные пункты резолюции и, с особым рвением, участие в тайном голосовании по выдвижению членов в квадратики оргструктуры по принципу: «Ты меня выдвигаешь, а я тебя».

В сталинские годы, после определенных событий, стал модным лозунг самокритики. И многие руководители стали критиковать себя на съездах и конференциях, порой, даже соревнуясь в самобичевании. Однако, как показала практика, такие руководители тщательно готовились к самокритике и каялись в грешках столь же безобидных, сколь и легко устранимых, особенно в том, что не смогли своевременно выявить и расстрелять врагов, но теперь, прозрев, готовы их покарать. Многие руководящие троцкисты делали вид, что не понимали, что самокритика есть, прежде всего, глубоко индивидуальный процесс применения диалектики к исследованию мотивов собственных поступков, моральных принципов, которыми руководствуется данный индивид при принятии решения на действие, к оценке содержания и последствий самого действия.

Многие руководители современных партий с коммунистическими названиями ни наедине с собой, ни на собрании не хотят признавать, что, часто ими движет примитивный набор мотивов, в котором господствует и тщеславие, и карьеризм, и властолюбие, и интеллектуальная лень, и зависть, т.е. все то, что и порождает широкую когорту партийных чванов, ведущих левые партии к загниванию и поражению.

«Прорыв», ставя перед собой задачу изжития чванов из партийного руководства, призывает актив партий с коммунистическими названиями перевести формальную самокритику в реальную и подвергнуть свое мировоззрение самому предметному, беспощадному научному исследованию. В принципе, человеку не трудно дать себе отчет об истинных мотивах каждого из своих поступков, образующих, в своей совокупности, деятельность партийного активиста. Но, естественно, расстаться со своими собственными пороками, недостатками и слабостями индивиду так же трудно, как и бросить курить или пить спиртное. Живя в обществе, пронизанном сребро- и гастрофилией, алкоголизмом и наркоманией, сексопатологиями, карьеризмом, цинизмом, ксенофобией, клерикализмом, очень сложно приобрести и сохранить черты «человека разумного» в полном смысле этого слова. Но, если удары рыночной судьбы толкают человека влево, тем более, в число активистов, то делать этот шаг следует решительно, искренне освобождаясь от познавательного и морального мусора, интеллектуального иждивенства, заложенного в сознании индивида всей предыдущей практикой личного бытия в рыночном окружении. Между тем, неискренность, недостаточная самокритичность актива большинства руководства современных партий с коммунистическими названиями, с закономерной неизбежностью превращает руководящие органы в кланы чванов с круговой порукой.

Без искренней и, что очень важно, компетентной самокритики, сопровождаемой беспощадным моральным «самобичеванием», становление полноценного партийного активиста — невозможно.

Или весь актив, в том числе и «Прорыва», безоговорочно примет это условие, или перерождение любой организации в болото типа КПСС, КПРФ — неизбежно.

Но и большинству т. н. «рядовых членов» партий с коммунистическими названиями не чуждо комчванство. Многие с искренней гордостью носят в кармане членский билет, исправно платят членские взносы, посещают собрания и митинги, на выборах голосуют только за своих лидеров и, в душе, твердо убеждены, что в экстремальной ситуации отдадут жизнь за идеалы коммунизма, но… ничего не могут сделать, и не делают для того, чтобы, безусловно, соответствовать требованиям «Манифеста коммунистической партии», чтобы действовать не как обычный пролетарий, а как организатор борьбы пролетариев умственного и физического труда за полную победу коммунизма во всем мире.

Как показала история КПСС, её партийные школы, военно-политические академии, аудиторные формы занятий по марксизму, тем более дискуссионные клубы, оказались неспособными перелицевать подавляющее большинство членов партии в коммунистов. Иными словами, объективно, в КПСС и во всех современных партиях с коммунистическими названиями действует меньшевистский устав: числиться в партии, поддерживать материально и ни черта не делать на пределе своих природных задатков.

Между тем, коммунистом можно назвать только такого индивида, который предельно ответственно подходит к самообразованию, к творческому овладению марксизмом, к проверке своих теоретических знаний в практике организаторской работы, чтобы между теоретическими знаниями и результатами практической деятельности не оставалось ни малейшего «зазора» или, иными словами, разрыва между мыслью и делом. Необходимо, чтобы каждое дело было освещено творческой, т.е. научной мыслью, а каждая мысль подтверждалась практикой, а не голосованием. Такова диаматика партийности.

Как показала десятилетняя практика «Прорыва», избавить организацию от оппортунистов, в том числе и комчванов, можно. О какой партийности можно говорить, если человек не может, а тем более ленится изложить свои мысли по важному вопросу самостоятельно, убедительно, на бумаге. Мы не принимаем в состав актива, не сближаемся ни в какой форме с теми, прежде всего, кто сознательно не хочет научиться работать на научно-пропагандистском поприще. Здесь мы твердо придерживаемся указаний Ленина, что лучше, когда тысячи работающих не называют себя коммунистами, чем, когда один болтающий называет себя коммунистом. Только убедившись в искренности политической позиции индивида, в его готовности, «засучив рукава», не страшась усталости, терпеливо работать на длительную перспективу без малейшего расчета на вознаграждение, мы переходим к организационным отношениям. У каждого, несогласного с позицией «Прорыва», есть замечательная возможности доказать свою правоту и дисциплину в деле, а не только на страницах ЖЖ.

Ничто человеческое, как учили классики, не чуждо коммунисту. Коммунизму абсолютно чужд аскетизм. Коммунизм уже сегодня имеет на своем вооружении теорию, которая гарантирует всему человечеству нормы потребления духовных и материальных благ, обеспечивающие всестороннее и полное развитие каждой личности, что, почти соответствует понятию счастья. Но, историческая инерция, судя по материалам обильной светской хроники, пока сохраняет в сознании многих людей стандарты «счастья» лишь в виде безграничного злоупотребления материальными, властными, алкогольными и сексуальными благами, причем в масштабах формулы: «у меня даже процент сахара в моче больше, чем у соседа». Только в этом случае психика многих людей эпохи рыночной демократии испытывает некоторую кратковременную удовлетворенность.

В условиях господства преимущественно рыночных, не очеловеченных, т.е. полуживотных отношений и пристрастий, когда проблема простого выживания, избавления от голодной смерти, съедает львиную долю времени жизни у современных людей, актив журнала, большинство его читателей тоже вынуждены решать задачу выживания, но они находят в себе душевные силы, оптимизм для выполнения просветительского и организаторского долга.

Человеку разумному, в современных разлагающих условиях, необходимо точное понимание меры соотношения между рутинными житейскими проблемами и стратегическими целями жизни индивида, между путями достижения этих противоположных целей; между борьбой за биологическое выживание и реализации себя как личности. Практически всем активистам нашего журнала эти проблемы удается решать в той или иной мере, преодолевая мерзости рыночного быта.

Аскетизм, левое «францисканство», истерическая героика, революционное позерство, все это абсолютно неприемлемый для нас путь, все это элементы показной левизны, комчванства. Биография Энгельса убедительно доказывает, что гармоническое сочетание научной, литературной работы с деятельностью по обеспечению себя достаточными материальными средствами возможны и при капитализме. Пролетарии столетиями остаются пролетариями потому, что приняли за норму формы и объемы потребления, продиктованные им предпринимателями.

Коммунисты же, разработав теорию норм, необходимых для обеспечения всестороннего и полного развития каждой личности, сами в своей практике руководствуются объективными законами и потому отдают приоритет интеллектуальному потреблению, как наиболее эффективному средству развития личности и её творческих потенциалов. И нет никакой нужды нам, на данном этапе, специально повторять опыт известного «теленка, бодавшегося с дубом», спекулировать синяками, полученными от безмозглых полицейских, что много глупее боев с ветряными мельницами, когда еще не созрели субъективные предпосылки скачка в социальном развитии общества.

Строго говоря, все найденные формы работы, по привнесению научного сознания в среду рабочего класса СССР, пока не оправдали себя. До 1953 года можно было лишь утверждать о наличии благоприятной тенденции в развитии политического сознания рабочего класса, о постепенном развитии системы политического образования населения. Но и эта работа была еще далека от своего оптимума. После 1953 года начался рост волюнтаризма, групповщины, формализма. В деле пропаганды и агитации, и в пропагандистском аппарате КПСС и высшей школы укоренилось комчванство, о чем и предупреждал, и чего опасался Ленин.

Забывается, что готовые знатоки диаматики с неба не падают. В стране, в которой веками господствовали богословы, сформировать слой философов, материалистов-диалектиков — весьма сложно. Требуется время и оригинальная методика, которую ещё только следует разработать.

Молодой человек, психика которого сформировалась в рыночных условиях, не может иметь сознание, вооруженное диаматическим мышлением. Во-первых, потому, что весь личный опыт каждого человека, рожденного в рыночных условиях, построен на практике господствующего буржуазного бытия, полного алогизмов, а во-вторых, для усвоения, даже примитивных по своей сути, буржуазных знаний, необходимых для выживания, при нормальных условиях и способностях, молодому человеку приходится напряженно учиться не менее 15 лет.

Необходимость гигантского объема научной работы продиктована тем объективным обстоятельством, что рыночные и коммунистические отношения не формально противоположны, а качественно, принципиально противоположны, и эта качественная определенность коммунистических отношений между людьми остается наименее изученной и наименее описанной проблемой. Несовместимость буржуазного и коммунистического сознания предполагает работу гигантской сложности и филигранности по замене диктатуры рефлексов и инстинктов в мотивации людей на научно обоснованное поведение, т.е. на собственно человеческое, коммунистическое поведение.

Обращение к читателям по случаю выхода в свет журнала «Прорыв» №40


Сложность и своеобразие современных условий, в которых действуют партии с коммунистическими названиями во всем мире, состоит в том, что капитализм во многих странах и, даже, в России, научился приспосабливаться к ситуации и теперь неустранимые человеческие трагедии несколько компенсируются засылкой провокаторов и оппортунистов в левые движения, развитой пенитенциарной системой, дешевыми ночлежками, легализацией наркотиков, проституции, гей-движения и игорного бизнеса, культивацией рок и поп «искусства», профессионального спорта, национализма, мистики, системы PR, либеральной демагогии и развращение населения социальными пособиями, особенно по безработице.

В этих условиях важнейшей задачей коммунистов является активизация работы по дальнейшему развитию коммунистической теории и, прежде всего, вопросов непосредственного строительства коммунизма.

С этой целью редакция «Прорыва» предлагает читателям журнала присоединиться к разработке перечня проблем строительства коммунизма, требующих незамедлительного научно-теоретического изучения. Что касается актива самого журнала, то мы предлагаем список проблем, над которыми мы сами собираемся в работать в ближайшее время.

  1. Методологические основы исследования проблем построения и функционирования коммунистического общества.
  2. Объективные законы коммунистической формации.
  3. Коммунизм как форма окончательного выделения человечества из животного мира.
  4. Коммунизм как начало подлинно человеческого периода истории человечества.
  5. Объективные причины и предпосылки отрицания стоимостных и товарно-денежных форм производственных отношений при коммунизме.
  6. Исторический опыт отрицания стоимостных и товарно-денежных форм отношений между людьми в коммунистическом обществе.
  7. Научно-теоретические проблемы постижения и решения вопросов счастья и смысла жизни.
  8. Научно-теоретическое понимание категории необходимости, как высшей формы свободы.
  9. Объективные, исторически сформировавшиеся, предпосылки успешного построения коммунизма.
  10. Формы производственных отношений при коммунизме.
  11. Сущность общественной собственности.
  12. Пропорциональное централизованное плановое расширенное воспроизводство общества при коммунизме.
  13. Общество как главный и единственный продукт производства материальных и духовных благ при коммунизме.
  14. Наука как непосредственно производительная сила при коммунизме.
  15. Производство средств производства при коммунизме.
  16. Производство предметов потребления при коммунизме.
  17. Система потребления материальных и духовных благ при коммунизме.
  18. Диаматика личного и общественного потребления при коммунизме.
  19. Общественные формы личного потребления при коммунизме.
  20. Отношения обмена при коммунизме.
  21. Преодоление рудиментов и атавизмов конкуренции при коммунизме.
  22. Объективное неравенство личности и их проявления при коммунизме.
  23. Коммунистические распределительные отношения.
  24. Система общественного питания при коммунизме.
  25. Научно-теоретическое содержание категории богатство при коммунизме.
  26. Формы реализации богатства при коммунизме.
  27. Содержание и основные направления НТП при коммунизме.
  28. Мотивация трудовой деятельности при коммунизме.
  29. Производительность труда при коммунизме.
  30. Соотношение умственного и физического, творческого и рутинного труда при коммунизме.
  31. Субъективные факторы и предпосылки построения коммунистического общества.
  32. Демография коммунистического общества.
  33. Коммунистическое общество и гендерные отношения.
  34. Материнство в условиях коммунизма.
  35. Детство и отрочество при коммунизме.
  36. Этапы и формы отмирания государства в ходе построения коммунистического общества.
  37. Система воспитания и образования при коммунизме.
  38. Коммунизм как форма оптимизации решения экологических проблем.
  39. Художественное творчество и досуг при коммунизме.
  40. Коммунизм и проблемы геронтологии.

Над чем работать тем, кто называет себя коммунистами?

Выписки из журнала «Прорыв», характеризующие позицию редакции: 2 комментария

Комментарии

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s