Причины реставрации капитализма в СССР по-китайски

№ 10/38, X.2019


Часть I

Китайская академия общественных наук в 2012 году выпустила тематический сборник «Над этим размышляет история: заметки к 20-летию с момента распада СССР» под редакцией заместителя директора Ли Шэньминя, в котором предлагаются рассуждения различных авторов в русле «китаизированного марксизма» о причине краха коммунизма в СССР.

Г. Глоба из манчуковского журнала «Лiва» сделал обзор материалов, задавшись целью «составить впечатление о развитии современной марксистской мысли в одном из ведущих государств современного мира».

В первой части нашей статьи предлагаются комментарии к тезисам, которые выделил из материалов китайских авторов рецензент Глоба, а во второй будет дана общая оценка наиболее ценных и интересных статьей самого сборника.

Итак, Глоба выделил несколько тезисов, раскрывающих по его мнению причины реставрации капитализма в СССР с точки зрения авторов сборника и, следовательно, КПК. Нельзя сказать, что эти тезисы оптимально отражают позицию всех авторов, да и вряд ли такие тезисы можно вообще адекватно составить, учитывая, что в сборнике 36 статей, многие из которых выполнены в полемическом и публицистическом жанрах. Однако представляется важным прокомментировать выделенные Глобой тезисы как раз потому, что они в некотором смысле обсуждаются в нашем левом информационном пространстве.

Уничтожить такую мощную партию, как КПСС, могла только сама эта партия

«Внешнее влияние и подрывная работа империалистических держав сами по себе не делали падение СССР неизбежным. Главные причины распада государства и партии были внутренними, и ключевой среди них является перерождение партийной верхушки. „Уничтожить такую мощную партию, как КПСС, могла только сама эта партия“».

Действительно, борьба мирового империализма против коммунизма в СССР была постоянно действующим, равновеликим на всех исторических отрезках фактором.

Внешнее влияние следует рассматривать в двух условных формах — торгово-экономической и военно-политической. К первой относятся: санкции, торговые пошлины и другие экономические меры. Ко второй относятся: угроза вторжения, гонка вооружений и, собственно, война. 70-летняя история СССР содержит все виды внешнего воздействия империализма от эмбарго и интервенции до всеевропейского военного похода против большевизма. СССР с честью выдержал все и всякие поползновения, доказав в каждом конкретном случае высочайшую устойчивость своего экономического и политического строя, чрезвычайную живучесть общества первой фазы коммунизма, неисчерпаемую силу сплочения народа под руководством коммунистической партии.

Подрывная работа империалистических стран также велась системно, последовательно, с самого 1917 года, основываясь на богатых традициях разложения ещё царской России. Буржуазные страны засылали в СССР шпионов, вредителей, диверсантов и убийц пачками, поддерживали все антисоветские силы внутри страны, различными средствами старались раскачать и подорвать коммунистический строй, низвергнуть большевистскую партию. Однако ни в период ленинско-сталинского руководства партией, ни в хрущёвский, ни в брежневско-черненковский периоды подрывная работа не приводила к фатальным последствиям.

Следует отметить, что разгром «пятой колонны» (организации всех антисоветских сил, готовящих государственный переворот) на открытых процессах 1936 — 1938 годов был высшим проявлением социальной защиты коммунистического общества. Вместе с тем, даже значительное ослабевание борьбы с подрывной деятельностью не приводили до начала 1990-х годов к попыткам государственного переворота. Более того, все известные контрреволюционные перевороты в коммунистических странах происходили именно посредством политической измены руководства.

Пороки системы управления

«В советской плановой экономике и системе управления имелись существенные недостатки, однако они также не были непреодолимыми, и могли быть исправлены в ходе реформ. „Если бы КПСС осталась верной марксизму и творчески развивала его с учётом современных условий, внутренних и внешних факторов, внося коррективы в систему управления СССР, то вполне можно было бы избежать распада страны“».

С одной стороны, совершенно верно подчёркивается, что в крахе КПСС и СССР ничего предначертанного, обязательного не было, что причина реставрации капитализма в СССР находится в области субъективной стороны исторического процесса. С другой стороны, в обозначенной позиции сквозит критика «чрезмерной централизации». Вот, например, как подобная критика развёрнуто изложена в известном китайском учебнике («История коммунистического движения»):

«Если подходить с точки зрения международной и внутренней обстановки того времени, то Советский Союз в полной мере раскрыл преимущество экономики, основывающейся на общественной собственности, в стимулировании быстрого развития социалистической экономики твердо придерживался приоритета развития тяжелой промышленности, использования плановой экономики, что было абсолютно необходимым и правильным. Но в практической политике наблюдались тенденции не обращать внимания на уровень развития реальных производительных сил, делать односторонний упор только на общественную собственность, даже прибегали к принудительным методам уничтожения элементов экономики с необщественной собственностью, некоторые используемые способы далеко превосходили простую жестокость; при реализации высокоцентрализованной плановой экономики придавали слишком большое значение директивности плана, существовал жесткий и чрезмерный контроль, была чрезмерная централизация, использовали административные средства для управления экономикой, игнорировали экономические рычаги и регулирующую роль рынка; придерживаясь курса на приоритет тяжелой промышленности, пренебрегали пропорциональными соотношениями между различными отраслями национальной экономики, что влияло на развитие сельского хозяйства, легкой промышленности и производство потребительских товаров и в результате привело к диспропорциям в национальной экономике и т.д.».

Есть аналогичная критика и в обсуждаемом сборнике. Так, во флагманской статье редактора сборника «Разложение КПСС — коренная причина распада СССР» сказано:

«Высокоцентрализованный механизм управления в основном соответствовал как внутренней, так и международной ситуации 30 — 40-х годов XX столетия и в особенности отвечал требованиям задач военного периода и послевоенного восстановления. Но после окончания войны и завершения восстановительного периода эта система уже не могла соответствовать задачам нового периода строительства 50-х годов XX века, поэтому ее недостатки стали проявляться все очевидней. Требовались своевременные корректировки и реформы. Китайская компартия под руководством Мао Цзэдуна в процессе изучения опыта Советского Союза, вооружившись методом научного анализа, углубленно исследовала модель китайского пути развития, включая экономическую и политическую систему. Неуклонно придерживаясь социалистического пути, Дэн Сяопин приступил к последовательным реформам этой системы, благодаря которым огромные достижения Китая, его успехи в модернизации страны получили всеобщее признание во всем мире. В Советском Союзе после завершения задач послевоенного строительства не были своевременно осуществлены необходимые реформы. По нашему мнению, ответственность за недостаточное осознание их необходимости лежит на Сталине. При этом также следует учесть плохое состояние его здоровья на склоне лет. Хрущевская группировка, вставшая у власти, пыталась провести кое-какие реформы, среди которых, несомненно, были и полезные начинания. Но по мере изменения ситуации Хрущев не смог своевременно осуществить правильное руководство реформами. Более того, эти реформы постепенно переросли в отрицание базового политико-экономического строя социализма, и это стало первым шагом в направлении будущего распада СССР и гибели компартии. Этот шаг был ключевым».

Таким образом, под «существенными недостатками в управлении» можно понять высокую степень обобществления, само по себе научное планирование производства, которое в Китае довольно презрительно характеризуют как высокоцентрализованное. Следовательно, под ликвидацией «существенных недостатков управления» легко усматривается «лечение социализма рынком». К тому же, как видим, одним из выводов редактора сборника КАОН является признание необходимости реформирования сталинской системы управления. Дескать, правильно всё Хрущёв задумал, но ошибочно исполнил.

Вопрос о целесообразности реформ Дэн Сяопина в данном случае вынесем за скобки, однако все экономические преобразования Хрущёва, Андропова и Горбачёва были нацелены вовсе не на «улучшение системы управления», а на подрыв экономики СССР с целью облегчения ликвидации монополии власти КПСС. Более того, не было никакой необходимости или целесообразности в замене планирования рынком, в возрождении буржуазии и разрешении предпринимательства. Даже если предположить, что такая необходимость была в КНР образца 1979 года — данная аналогия несостоятельна. Во-первых, производительные силы СССР, как раз наоборот, по своему развитию стояли куда выше, чем насаждаемые рыночные производственные отношения. Это подтверждается и разгромом советской промышленности в 1990-е годы и бесконечно скромным экономическим ростом капиталистической России в XXI веке. Во-вторых, в отличие от изоляции КНР, СССР находился в центре крупного рынка социалистических стран. В-третьих, СССР, в отличие от КНР, имел мощную и современную промышленную базу, не нуждался во внешних вложениях в основные фонды.

Стало быть, недостатки управления необходимо было ликвидировать не введением рыночных отношений и внедрением «экономических рычагов» типа хозрасчёта, а повышением научности планирования и развитием коммунистических производственных отношений. Ровно так и происходило при Сталине, что он и завещал продолжать в своей последней работе «Экономические проблемы социализма в СССР».

Попрание демократического централизма в КПСС

«Грубые нарушения принципов демократического централизма в партии начались уже после смерти Ленина, стилем которого было именно коллективное руководство. Сформировавшаяся политическая традиция единоличного самоуправства и произвола руководителей, стоявших над Конституцией и законом, не смогла защитить социалистический строй и остановить разрушительные действия горбачёвского руководства».

В данном случае речь идёт, главным образом, о статье профессора Высшей партийной школы КПК Чжао Яо. Вся его статья грубо оппортунистическая, проникнута гнилым либерализмом, имеет вкрапления троцкизма. Сложилось впечатление, что Чжао Яо — вражеский агент в КПК и точно не марксист.

Однако заострим внимание на широко распространённом понятии «коллективного руководства», якобы присущем стилю Ленина.

Про такой стиль работы, как соединение русского революционного размаха с американской деловитостью, — слыхали, а вот коллективное руководство — это, конечно, «открытие» более поздних времён.

Автор противопоставляет единоличное самоуправство / произвол и коллективное руководство. Для знающих историю вырисовывается зловещая картина — Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин, Ким Ир Сен, Ким Чен Ир, Хожда, Мао, Фидель и многие другие руководители партий и государств творили натуральное единоличное самоуправство и произвол, ибо их мнение десятилетиями было реально решающим.

Впрочем и позиция Мао Дзэдуна, которой по идее руководствуется современная КПК, по вопросу о «коллективном руководстве» была весьма расплывчатой:

«Коммунистическая партия Китая неизменно отстаивает марксистско-ленинское учение о роли народных масс и личности в истории, отстаивает марксистско-ленинское учение о взаимоотношениях между вождями, партией, классом и массами, твёрдо придерживается принципа демократического централизма в партии. Мы неизменно придерживаемся принципа коллективного руководства, но вместе с тем выступаем против принижения роли вождей. Мы придаём большое значение роли вождей, но вместе с тем выступаем против чрезмерного, не соответствующего действительности восхваления личности, против преувеличения роли личности. Ещё в 1949 году по предложению товарища Мао Цзэдуна ЦК КПК принял решение о запрещении празднования дня рождения руководителей партии и о запрещении присвоения их имен городам, улицам, предприятиям».

Как это понять: «мы неизменно придерживаемся принципа коллективного руководства, но вместе с тем выступаем против принижения роли вождей» и «мы придаём большое значение роли вождей, но вместе с тем выступаем против чрезмерного, не соответствующего действительности восхваления личности, против преувеличения роли личности»?

Во-первых, дело-то ведь вовсе не в восхвалении и переименовании улиц. Как можно противопоставить совершенно второстепенную ерунду вроде восхваления и такой принципиально важный вопрос, как роль вождей в партии?

Во-вторых, сложно понять, что имеется в виду в этой триаде — «против принижения», «придаём большее значение» и «против преувеличения». Да ещё и когда речь идёт о «коллективном руководстве». То есть получается, решения принимаются коллективно, а вожди просто имеют большое значение в этом коллективе. Думается, что это несколько путаное описание, мало что дающее для сущностного понимания, однако и здесь, как видим, нет такой крамолы, как самоуправство и произвол.

Ленин учил куда определённее:

«Попробую начать, для наглядности, с примера. Возьмите немцев. Надеюсь, вы не станете отрицать, что у них организация охватывает толпу, все идет от толпы, рабочее движение научилось ходить своими ногами? А между тем как умеет эта миллионная толпа ценить „десяток“ своих испытанных политических вождей, как крепко держится она за них! В парламенте бывало не раз, что депутаты враждебных партий дразнили социалистов: „хороши демократы! на словах только у вас движение рабочего класса, — а на деле выступает все та же компания вожаков. Все тот же Бебель, все тот же Либкнехт из года в год, из десятилетия в десятилетие. Да ваши якобы-выборные делегаты от рабочих более несменяемы, чем назначаемые императором чиновники!“ Но немцы встречали только презрительной усмешкой эти демагогические попытки противопоставить „вожакам“ „толпу“, разжечь в последней дурные и тщеславные инстинкты, отнять у движения его прочность и его устойчивость посредством подрыва доверия массы к „десятку умников“. У немцев достаточно уже развита политическая мысль, достаточно накоплено политического опыта, чтобы понимать, что без „десятка“ талантливых (а таланты не рождаются сотнями), испытанных, профессионально подготовленных и долгой школой обученных вождей, превосходно спевшихся друг с другом, невозможна в современном обществе стойкая борьба ни одного класса. Немцы видывали и в своей среде демагогов, которые льстили „сотням дураков“, превознося их над „десятками умников“, льстили „мускулистому кулаку“ массы, возбуждая ее (подобно Мосту или Гассельману) на необдуманно „революционные“ действия и поселяя недоверие к выдержанным и стойким вождям. И только благодаря неуклонной и непримиримой борьбе со всеми и всяческими демагогическими элементами внутри социализма так вырос и окреп немецкий социализм. А наши мудрецы в такой период, когда весь кризис русской социал-демократии объясняется тем, что у стихийно пробужденных масс не оказывается налицо достаточно подготовленных, развитых и опытных руководителей, вещают с глубокомыслием Иванушки: „плохо, когда движение идет не с низов“!».

И здесь:

«Единая воля не может быть фразой, символом. Мы требуем, чтобы это было на практике. Единство воли на войне выражалось в том, что если кто-либо свои собственные интересы, интересы своего села, группы ставил выше общих интересов, его клеймили шкурником, его расстреливали, и этот расстрел оправдывался нравственным сознанием рабочего класса, что он должен идти к победе. Про эти расстрелы мы открыто говорили, мы говорили, что мы насилие не прячем, потому что мы сознаем, что из старого общества без принуждения отсталой части пролетариата мы выйти не сможем. Вот в чем выражалось единство воли. И это единство воли на практике осуществлялось в наказании каждого дезертира, в каждом сражении, в походе, когда коммунисты шли впереди, показывая пример. Теперь задача — попробовать применить к промышленности, земледелию это единство воли. Мы имеем тысячеверстное пространство, бесконечное количество фабрик. Тут вы поймете, что мы не сможем это провести через одно насилие, здесь вы поймете, какая гигантская задача стоит перед нами, вы поймете, что значит это единство воли. Это не только лозунг. Над этим надо подумать, поразмышлять. Этот лозунг от нас требует повседневной длительной работы. Берите 1918 год, где не было этих споров и где я уже тогда указывал на необходимость единоличия, необходимость признания диктаторских полномочий одного лица с точки зрения проведения советской идеи. Все фразы о равноправии — вздор. Мы не на почве равноправия ведем классовую борьбу. Только так может побеждать пролетариат. Он может побеждать, потому что здесь сотни тысяч дисциплинированных людей, выражающих одну волю… Здесь победит дисциплина, преданность, единство воли. Воля сотен и десятков тысяч может выразиться в одном лице. Эта сложная воля вырабатывается советским путем… Нужно больше дисциплины, больше единоличия и больше диктатуры. Без этого нельзя и мечтать о большей победе».

И здесь:

«Дальше абсолютно необходимого минимума коллегиальность не должна идти ни в отношении числа членов коллегий, ни в отношении делового ведения работы, воспрещения „речей“, наибольшей быстроты обмена мнений, сведения его к осведомлению и к точным практическим предложениям.

Всякий раз, когда к тому представляется хотя бы малейшая возможность, коллегиальность должна быть сведена к самому краткому обсуждению только самых важных вопросов в наименее широкой коллегии, а практическое распоряжение учреждением, предприятием, делом, задачей должно быть поручаемо одному товарищу, известному своей твердостью, решительностью, смелостью, уменьем вести практическое дело, пользующемуся наибольшим доверием. Во всяком случае и при всех без исключения обстоятельствах коллегиальность должна сопровождаться самым точным установлением личной ответственности каждого лица за точно определенное дело».

Таким образом, с точки зрения Ленина партия управляется узкой группой наиболее авторитетных и уважаемых революционеров, испытанными талантами, десятком спевшихся друг с другом умников. Они и есть вожди партии, вожди, которым доверяет рабочий класс, за которыми идут массы. Никакого «коллективного» руководства извне по отношению к ним, например со стороны партийных съездов, конференций, советских органов или референдумов, ленинизм не предполагает. А важным условием победы является железная дисциплина и единоначалие.

Различные троцкисты и полутроцкисты ленинские принципы относят на «особый момент», «военные условия», «мобилизационный характер ситуации» и прочее. Однако если изучать позицию Ленина и практику большевизма последовательно, то мы увидим, что Ленин и Сталин всегда были за предельный централизм, ответственность, дисциплину при максимальной научности решений. И чем в партии и государстве был выше уровень исполнительности и централизма под руководством вождей, тем нарастали победы коммунизма по всем фронтам.

Правда и у Ленина можно встретить рассуждения о соотношении коллегиальности и единоначалия, которые, видимо, и послужили опорой для описания Мао Дзэдуна:

«Насколько единоличная распорядительная власть (власть, которую можно было бы назвать властью диктаторской) совместима с демократическими организациями вообще, с коллегиальным началом в управлении — в особенности, и — с советским социалистическим принципом организации — в частности. Несомненно, что очень распространенным является мнение, будто о таком совмещении не может быть и речи, — мнение, будто единоличная диктаторская власть несовместима ни с демократизмом, ни с советским типом государства, ни с коллегиальностью управления. Нет ничего ошибочнее этого мнения.

Демократический принцип организации — в той высшей форме, в которой с проведением Советами предложений и требований активного участия масс не только в обсуждении общих правил, постановлений и законов, не только в контроле за их выполнением, но и непосредственно в их выполнении, — это значит, что каждый представитель массы, каждый гражданин должен быть поставлен в такие условия, чтобы он мог участвовать и в обсуждении законов государства, и в выборе своих представителей, и в проведении государственных законов в жизнь. Но из этого вовсе не следует, чтобы допустим был малейший хаос или малейший беспорядок насчет того, кто ответствен в каждом отдельном случае за определенные исполнительные функции, за проведение в жизнь определенных распоряжений, за руководство определенным процессом общего труда в известный промежуток времени. Масса должна иметь право выбирать себе ответственных руководителей. Масса должна иметь право сменять их, масса должна иметь право знать и проверять каждый самый малый шаг их деятельности. Масса должна иметь право выдвигать всех без изъятия рабочих членов массы на распорядительные функции. Но это нисколько не означает, чтобы процесс коллективного труда мог оставаться без определенного руководства, без точного установления ответственности руководителя, без строжайшего порядка, создаваемого единством воли руководителя. Ни железные дороги, ни транспорт, ни крупные машины и предприятия вообще не могут функционировать правильно, если нет единства воли, связывающего всю наличность трудящихся в один хозяйственный орган, работающий с правильностью часового механизма. Социализм порожден крупной машинной индустрией. И если трудящиеся массы, вводящие социализм, не сумеют приспособить своих учреждений так, как должна работать крупная машинная индустрия, тогда о введении социализма не может быть и речи. Вот почему в переживаемый нами момент, когда Советская власть и диктатура пролетариата достаточно укрепились, когда главные линии сопротивляющегося неприятеля, т. е. сопротивляющихся эксплуататоров, достаточно разрушены и обезврежены, когда подготовка масс населения функционированием советских учреждений к самостоятельному участию во всей общественной жизни достаточно произведена, — в настоящий момент на очередь выдвигаются задачи строжайше отделить дискуссии и митингования от беспрекословного исполнения всех предписаний руководителя. Это значит — отделить необходимую, полезную и вполне признаваемую любым Советом подготовку масс к проведению известной меры и к контролю за проведением этой меры, — отделить от самого этого проведения. Массы могут теперь, — это им обеспечивают Советы, — взять в свои руки всю власть и — укреплять эту власть. Но для того, чтобы не получилось того многовластия и той безответственности, от которых мы невероятно страдаем в настоящее время, — для этого нужно, чтобы для каждой исполнительной функции мы знали в точности, какие именно лица были выбраны на должность ответственных руководителей, несут ответственность за функционирование всего хозяйственного организма в целом. Для этого нужно, чтобы как можно чаще, при малейшей к тому возможности, определялись выборные ответственные лица для единоличного распоряжения всем хозяйственным организмом в целом. Необходимо добровольное исполнение распоряжений этого единоличного руководителя, необходим переход от той смешанной формы дискуссий, митингования, исполнения и — в то же самое время — критики, проверки и исправления — к строго правильному ходу машинного предприятия. К этой задаче в громадном большинстве трудовые коммуны России, рабочие и крестьянские массы уже подходят и уже подошли. Задача Советской власти — взять на себя роль истолкователя наступающего теперь перелома и — узаконителя его необходимости».

Если иметь в виду, во-первых, то, что это говорилось не о руководстве партии, а о руководстве государством диктатуры рабочего класса, во-вторых, что это писалось в 1918 году, а в 1923 году Сталин признавал, что представления того времени разошлись с практикой (см. вторую причину недочётов), то станет ясно, что коллегиальность, коллективность и даже выборность руководства есть не принцип принятия решений и не принцип, собственно, руководства, а лишь способ обеспечить дисциплину и подчиняемость членов организации.

Кроме того, нельзя забывать то главное, что Ленин видел в коллегиальности с организационной точки зрения: коллегиальность — школа управления. Это и есть истинная позиция Ленина по вопросу о «коллективном руководстве», а не выдуманный Хрущёвым «высший принцип коллективности». Из речи Ленина на IX съезде:

«После нашего двухлетнего опыта мы не можем рассуждать так, как будто бы мы в первый раз взялись за социалистическое строительство. Мы наглупили достаточно в период Смольного и около Смольного. В этом нет ничего позорного. Откуда было взять ума, когда мы в первый раз брались за новое дело! Мы пробовали так, пробовали этак. Плыли по течению, потому что нельзя было выделить элемента правильного и неправильного, — на это надо время. Теперь это — недалекое прошлое, из которого мы вышли. Это прошлое, когда царил хаос и энтузиазм, ушло. Документом этого прошлого является Брестский мир. Это исторический документ, больше — это исторический период. Брестский мир навязан был нам потому, что мы были бессильны во всех областях. Что такое был этот период? Это был период бессилия, из которого мы вышли победителями. Это был период сплошной коллегиальности. Из этого исторического факта не выскочишь, когда говорят, что коллегиальность — школа управления. Нельзя же все время сидеть в приготовительном классе школы! Этот номер не пройдет. Мы теперь взрослые, и нас будут дуть и дуть во всех областях, если мы будем поступать, как школьники. Надо идти вперед. Надо с энергией, с единством воли подниматься выше».

Вот и многие левые (даже марксисты!) зацикливаются на абсолютно абстрактных схемах демократического, коллективного руководства, основанных на общих словах и уставных положениях, тогда как у нас уже есть богатейший, подтверждённый практикой сталинский опыт архиуспешного управления.

Не секрет, что в истории нет ни одного примера победоносной компартии и победоносной революции, во главе которых не стояли бы выдающиеся вожди. Это буржуазные историки и обыватели полагают, что революционные массы по своему недоумию творят кумиров и прославляют вождей. Или ещё хуже: что честолюбивые революционеры искусственно формируют «культы личности» на волне революционной популярности. Тогда как диаматики и чувствующие эпоху поэты («мы говорим Ленин, подразумеваем — партия, мы говорим партия, подразумеваем — Ленин») понимают, что роль вождей в революции переоценить невозможно. Это, между прочим, в отличие от Китая, поняли в Корее:

«Наша партия определила место и роль вождя в осуществлении революционного дела рабочего класса и на этой основе систематизировала теорию установления единой идейной системы партии. Проблема управления общественным коллективом возникает как следствие развития социального движения в целом, а проблема о месте и роли вождя по-новому встает в коммунистическом движении. В отличие от иных форм общественного движения коммунистическое движение представляет собой целеустремленное, организованное движение трудящихся масс, объединенных духом товарищества на основе принципов коллективизма. Коммунистическое движение, будучи высокосознательным и организованным на основе принципов коллективизма движением, может развиваться только под руководством выдающегося вождя, воплотившего в себе на высшем уровне волю трудящихся масс.

Основоположники марксизма-ленинизма не могли дать правильный ответ на вопрос о месте и роли вождя в осуществлении революционного дела рабочего класса. Конечно, они тоже утверждали, что вождь выполняет важную роль в осуществлении революционного дела рабочего класса. Однако они особо не отличали роль вождя от роли лидера в социальном движении общего характера или от роли руководящих работников, занимающих ответственную должность в рабочем движении. Это свидетельствует о том, что они рассматривали вопрос роли вождя рабочего класса, не отличая ее, по сути своей, от роли отдельной личности в общественно-историческом движении. Согласно положениям исторического материализма роль индивидуума во многом зависит от материальных и общественных отношений, обусловливающих его деятельность. Базируясь на таких положениях исторического материализма, невозможно правильно выяснить вопрос места и роли вождя в осуществлении революционного дела рабочего класса.

Идеи чучхе впервые в истории научно обосновали, что вождь занимает абсолютное место и выполняет решающую роль в осуществлении революционного дела рабочего класса. Вождь рабочего класса является не отдельной личностью, а высшим представителем класса. Отдельный человек, каким бы выдающимся талантом он ни обладал, выполняет лишь ограниченную роль как один из членов общественного коллектива. Вождь рабочего класса выполняет решающую роль в решении судьбы общественного коллектива и в выполнении исторической миссии рабочего класса. То, что предшествующая теория рассматривала вопрос роли вождя как вопрос роли выдающегося индивидуума, объясняется тем, что вопрос роли вождя считался, главным образом, вопросом командования, как и в социальном движении общего характера. Вопрос места и роли вождя является не простым вопросом о командовании. Это вопрос о центре, высшем мозге общественно-политического организма» (Ким Чен Ир).

Да и сегодня КПК в лице Си Цзиньпина приобрела не просто руководителя и лидера, а человека, претендующего на роль вождя.

Вообще, разговоры о «коллективном руководстве» всегда вели оппозиционеры, особенно напирал в этом деле Бухарин. А после смерти Сталина о «ленинских принципах коллективного руководства» ввёл моду разглагольствовать Хрущёв. Но здесь важно понять, что концепция «коллективного руководства» возникла как составная часть лжетеории о «культе личности Сталина», в которой Хрущёв творчески переосмыслил троцкизм. Так, Троцкий ещё в 1930-е писал:

«Сталин кажется человеком большого роста, потому что он стоит на вершине гигантской бюрократической пирамиды и отбрасывает от себя длинную тень. На самом деле это человек среднего роста. При посредственных интеллектуальных качествах, с большим перевесом хитрости над умом, он наделен, однако, ненасытным честолюбием, исключительным упорством и завистливой мстительностью. Сталин никогда не заглядывал далеко вперед, никогда и ни в чем не проявлял большой инициативы: он выжидал и маневрировал. Его власть почти что была навязана ему сочетанием исторических обстоятельств; он лишь сорвал созревший плод. Жадность к господству, страх перед массами, беспощадность к слабому противнику, готовность согнуться вдвое перед сильным врагом — эти свои черты новая бюрократия нашла в Сталине в наиболее законченном выражении, и она провозгласила его своим императором».

Хрущёв по сути и заявил, что Сталин был царём:

«Не все еще представляют себе, к чему на практике приводил культ личности, какой огромный ущерб был причинен нарушением принципа коллективного руководства в партии и сосредоточением необъятной, неограниченной власти в руках одного лица».

В выражение «сосредоточил в своих руках необъятную власть», которое Хрущёв взял из крайне спорного «завещания Ленина», для пущего блеска он вставил словечко «неограниченную». Получилась в чистом виде абсолютная монархия, которую он и прозвал «культом личности».

Валерий Алексеевич Подгузов во многих своих работах справедливо указывает, что оппортунисты и ревизионисты всегда прикрывают своё вредительство именно «коллективным разумом» партии.

Короче говоря, в ленинизме нет и в помине никакого стиля «коллективного руководства», как нет там и принципа демократического централизма. Пока что никто, кроме троцкистов, не отважился заявить, что в работах Сталина о ленинизме имеется «крупное упущение», ведь он ничего не написал про демократический централизм.

Мнения послесталинской КПСС, КПК, других партий и авторов сборника КАОН о том, что такое демократический централизм, резко противоречат позиции Ленина. Так, на том же IX съезде он говорил:

«Они [оппортунисты] пишут, что коллегиальность в той или другой форме составляет необходимую основу демократизма. Я утверждаю, что за 15 лет предреволюционной истории социал-демократии ничего похожего вы не найдете. Демократический централизм значит только то, что представители с мест собираются и выбирают ответственный орган, который и должен управлять. Но как? Это зависит от того, сколько есть годных людей, от того, сколько там есть хороших администраторов. Демократический централизм заключается в том, что съезд проверяет ЦК, смещает его и назначает новый».

А зачем съезд проверяет и выбирает ЦК? Главным образом, чтобы обеспечить дисциплину подчинения, так как большинство членов партии были неспособны на сознательную дисциплину, основанную на единообразном понимании теории, стратегии и тактики борьбы.

Таким образом, вместо хрущёвского «коллективного руководства» марксизмом допускается ленинская коллегиальность, то есть: 1) краткое обсуждение только самых важных вопросов, 2) быстрый обмен мнениями, 3) поручение одному товарищу практического распоряжения учреждением, предприятием, делом, задачей с самым точным установлением личной ответственности; как форма «школы управления», правда, лишь подготовительного уровня.

Между прочим, Редакция журнала «Прорыв», руководствуясь принципом научного централизма, строит свою работу посредством как раз этих ленинских приёмов коллегиальности.

Итак, некоторые авторы КАОН полагают, что Горбачёв захватил власть в КПСС и привёл её к полному краху потому, что в КПСС отсутствовал механизм демократии, который бы позволил его снять. Подобную глупость можно встретить и в работах наших доморощенных теоретиков. Это самое обыкновенное искажение исторических фактов и хода исторического процесса.

Как раз посредством голосований оппортунистов и карьеристов друг за друга в руководство партии пролезала всякая сволочь, в том числе горбачёвская. Более того, в КПСС 1980-х годов шла ожесточённая борьба против Горбачёва, причём его противники имели высокую степень свободы распространения своих взглядов, никто их не репрессировал и не исключал из партии. КПСС образца конца 1980-х годов была поистине демократической партией, в которой господствовал полный плюрализм и свобода слова. Проблема была в том, что уровень марксистской подготовки членов партии был настолько низок, а противники Горбачёва настолько идейно и организационно слабы, что антигорбачёвская платформа не смогла завоевать большинство на съезде. Не было ни теории, ни вождей, ни способностей — одни эмоции и желание спасти страну от уничтожения. А за Горбачёва играла известная истина, что ломать — не строить, разрушить партию и государство может и дурак. Не меньший дурак Хрущёв не смог разрушить КПСС и СССР только потому, что устойчивости партии и государству придавала своеобразная сталинская инерция — более приличная марксистская подготовка партийцев, организационная выучка, закалка работой под руководством вождя, сплочённость народа и так далее. А к 1980-м сменились поколения, поэтому КПСС относительно легко самоотстранили от власти и развалили страну.

В завершение разбора данного тезиса следует отметить, что с точки зрения марксизма-ленинизма истина устанавливается не обсуждением, голосованием или «коллективным разумом», а научным исследованием, следовательно, в деле принятия и претворения в жизнь решений ключевую роль играет диаматическая подготовка руководителей и степень дисциплины исполнителей. Стало быть, противопоставлять роль вождей, то есть лиц, реально способных к выработке строго научных решений, коллегиальности или коллективности руководства есть чистой воды схоластика и путаница.

И последнее: что касается «политической традиции единоличного самоуправства и произвола руководителей, стоявших над конституцией и законом», то эта реплика бесконечно далека не только от исторической правды, но и от марксизма. Это гнилой либерализм.

К сожалению, в обсуждаемом сборнике есть и другие статьи с подобным содержанием. А профессор Педагогического университета Центрального Китая Не Юньлин даже допустил такое выражение в стиле Новодворской:

«Тоталитаризм заменил внутрипартийную демократию».

Партия переродилась в результате забвения идеологической работы

«Партия „не уделяла достаточно внимания внутрипартийной идеологической работе и организационному строительству и стилю работы, что стало причиной её постепенного перерождения“. В рядах КПСС возобладали идеологический застой и косность, пропаганда и политическая воспитательная работа стала неэффективными, а идеологическая теория — задогматизированной, не позволяя правильно оценивать быстро меняющуюся ситуацию. Как констатируют китайские авторы, в результате, партийные руководители „потеряли связь как с массами, так и с действительностью“».

Это цитата из статьи того же автора — Чжао Яо. На первый взгляд она правильно описывает ситуацию, но следует уточнить несколько моментов.

Во-первых, сама по себе идеологическая и воспитательная работа по форме в КПСС велась, причём весьма активно. Проводились всевозможные мероприятия, печатались книги, издавались газеты и журналы. Правда, по содержанию всё это было в основном морализаторским мусором, пустым славословием и цитатничеством. А уже после контрреволюционного переворота, между делом, выяснилось, что большинство идеологов КПСС были ярыми антикоммунистами, вредителями и агентурой империализма.

Во-вторых, «идеологический застой», «косность» и «задогматизированность» можно понимать так, что КПСС следовало «обогатить» марксизм свежими достижениями «современной» (то есть буржуазной) мысли, а это в корне неверная трактовка.

Дело в том, что от марксизма в КПСС осталась только верность азбучным положениям, всё остальное представляло собой оппортунистическую и ревизионистскую бормотуху, основанную на третьей программе партии.

Как известно, Сталин определял марксизм следующим образом:

«Марксизм есть наука о законах развития природы и общества, наука о революции угнетённых и эксплуатируемых масс, наука о победе социализма во всех странах, наука о строительстве коммунистического общества».

Мы придерживаемся чуть более широкого определения, охватывающее классическое:

«Марксизм есть единственное и единое, открытое для развития научное мировоззрение, синтез истин о наиболее общих объективных законах развития, прежде всего общества как материи особого рода» (В. А. Подгузов).

Марксизм возник как учение и революционная практика Маркса и Энгельса, затем он был развит Лениным и Сталиным, воплотившись в победоносной практике революционной борьбы, прежде всего в странах первой фазы коммунизма и диктатуры рабочего класса — СССР, МНР, КНДР, КНР, ГДР, НРА, НРБ, ЧСР, ВНР, ПНР, СРР, Куба, ДРВ.

Хрущёв и хрущёвцы, продолжая линию Троцкого, намеренно дискредитировали марксизм, подорвали авторитет марксизма, разрушили научную монолитность теории и практики марксизма, вырвав в частности из него сталинское теоретическое и практическое наследие, а также значительно ревизировав Ленина. Как справедливо пишут китайские товарищи, Хрущёв своей огульной критикой Сталина инспирировал идеологический хаос в партии и стране. Это привело к известному расколу в мировом коммунистическом движении и лагере социалистических стран, что ещё сильнее усугубило дискредитацию марксизма как научного мировоззрения. Теоретики и пропагандисты КПСС по сути превратили марксизм в идеологию, в набор гуманистических идей и клише. При этом в самой партии практически не изучали марксизм по первоисточникам. Разумеется, получившаяся в результате вредительства ревизионистов и оппортунистов идейно-теоретическая бормотуха не могла служить росту компетентности членов партии, а только плодила карьеризм, лицемерие и двурушничество.

В-третьих, две составляющих делают возможным оппортунистическое перерождение партии — с одной стороны, низкая «средняя» марксистская компетентность кадрового состава, с другой стороны, наличие в руководящих органах партии замаскированных врагов коммунизма. К сожалению, именно это и случилось с КПСС целых два раза — в середине 1950-х и середине 1980-х годов.

Брежневское руководство — неоднозначный период

«Период 60 — 70-х гг. характеризуется в сборнике как неоднозначный — когда в партии, обществе, экономике, культуре СССР развивались и противоборствовали как буржуазные, так и социалистические процессы».

Это реплика рецензента отражает позицию лишь некоторых авторов.

Во-первых, до полной ликвидации классовых различий в обществе непрерывно идёт классовая борьба. В СССР в тысячах форм шла борьба коммунизма с силами и традициями старого общества (капитализма и даже феодализма), грубо говоря, борьба науки с невежеством во всех сферах, прежде всего в политике. Стало быть, и при Ленине, и при Сталине, и при Хрущёве, и при Брежневе, Андропове, Черненко и Горбачёве в СССР шло «противоборство буржуазных и социалистических процессов». Другое дело, что при Ленине и Сталине коммунизм побеждал, их эпоха была восходящей линией развития коммунизма, а при Хрущёве, Андропове и Горбачёве, наоборот, побеждала противоположная сила, приведшая страну к реставрации капитализма и развалу.

Во-вторых, в период руководства Брежнева и отчасти Черненко процесс расшатывания троцкистами власти КПСС, дезорганизации экономики и культуры был заморожен. Эти генсеки были достаточно преданными рабочему классу и народу людьми, чтобы сохранять диктатуру рабочего класса и завоевания первой фазы коммунизма, но недостаточно компетентными в марксизме, чтобы собственно строить коммунизм или развивать теорию. Они не были предателями и антикоммунистами, как Троцкий, Зиновьев, Каменев, Бухарин, Рыков, Томский, Ягода, Хрущёв, Андропов, Горбачёв и подобные.

Следует отметить, что в целом авторы сборника КАОН повторяют много не вполне справедливой критики брежневской эпохи, перенятой из периода острого открытого противостояния КПК и КПСС. Они раздувают до небес «проблему привилегий», якобы высокого уровня неравенства и вообще пересказывают многие либерально-диссидентские догмы, о которых в нашей стране, после реставрации капитализма, говорить даже в либеральной среде стало неприлично.

Экономическая наука СССР оказалась прокапиталистической

«Закрытость по отношению к внешнему миру привела СССР к серьезному отставанию в экономике. В результате экономическая наука всё больше отклонялась от исторического материализма, а при Горбачёве приняла откровенно прокапиталистическую ориентацию, игнорируя классовый характер западной экономической науки и важнейший основополагающий фактор — форму собственности на средства производства».

Прежде всего, «серьёзное отставание» — это банальная пропагандистская ложь, придуманная на Западе. Никакого серьёзного экономического отставания СССР от развитых капиталистических стран не было ни в 1970-е, ни в 1980-е годы.

Тем более нелепо выглядит тезис о «закрытости», тогда как СССР находился в центре крупного лагеря социалистических стран, обладающих мощными природными и человеческими ресурсами.

Вообще говоря, не удалось найти из какой конкретно статьи сборника Глоба вывел данный тезис в части закрытости и отсталости. В наиболее обстоятельных статьях этого положения не было.

Что касается прокапиталистической, товарной, денежной направленности советской профессуры, то здесь и спорить не с чем. После смерти Сталина товарники взяли верх в экономической науке и продвигали идеи «эффективности рынка».

Зарождение буржуазии внутри КПСС и директорского корпуса

«Реформы Горбачёва только катализировали перерождение привилегированной прослойки внутри КПСС в класс новых капиталистов. К моменту его избрания „эти люди полностью окрепли и присвоили себе большую часть государственных богатств, уже рассчитывая на крах КПСС и перерождение политической системы с тем, чтобы легитимизировать присвоенные богатства и передавать их по наследству“».

В данном случае совершенно верно отмечено, что в СССР был намеренно сформирован слой управленцев, прямо заинтересованных в легализации права частной собственности. Но это произошло не при Брежневе и не из-за «проблемы привилегий», а при Андропове постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 14 июля 1983 года, которым производственным объединениям были предоставлены широкие права и максимально расширена их экономическая самостоятельность. Иными словами, Андропов намеренно разрушил плановую экономику, попутно искусственно создавая заинтересованность руководящих слоёв в реставрации капитализма в СССР.

Между прочим, аналогичную по смыслу — разрушающую плановую экономику — реформу проводил и Хрущёв в 1957 году, ликвидировав систему министерств. Но после его смещения, Брежнев вернулся к централизованному планированию и никаких фатальных последствий реформа 1957 года не вызвала.

Отсюда следует отметить, что создание заинтересованного в капитализме слоя директоров само по себе не привело к краху диктатуры рабочего класса, к отстранению КПСС от власти ни в 1950-е, ни в 1980-е годы. Это, как известно, стало делом рук последователей Андропова — Горбачёва и его команды антикоммунистов. Экономические предпосылки реставрации капитализма в СССР создавали таким образом и Хрущёв, и Андропов, и Горбачёв, но лишь одномоментный политический переворот, ставший возможным в связи с полной деградацией КПСС и интенсивным развалом её сверху, привёл в 1991 году к власти буржуазию.

И важно отметить, что мотивом Горбачёва, Яковлева, Ельцина и подобных к уничтожению коммунизма в СССР были не столько экономические интересы сформированной реформами советской буржуазии, сколько их собственный антикоммунизм и властолюбие. Они действовали как самые натуральные агенты мирового империализма, готовые ввергнуть всю страну в полное ничтожество, лишь бы похоронить коммунизм. Они не только предатели коммунизма, но и предатели народа и родины.

А. Редин
31/10/2019

 


Читайте также: Причины реставрации капитализма в СССР.

Причины реставрации капитализма в СССР по-китайски: 5 комментариев

  1. Валерий Николаев 31/10/2019 — 20:29

    «…мотивом Горбачёва, Яковлева, Ельцина и подобных к уничтожению коммунизма в СССР были не столько экономические интересы сформированной реформами советской буржуазии, сколько их собственный антикоммунизм и властолюбие. Они действовали как самые натуральные агенты мирового империализма, готовые ввергнуть всю страну в полное ничтожество, лишь бы похоронить коммунизм»
    — из чистого альтруизма? даже «бочки варенья и ящика печенья» не надо?
    А как же учение МЛ о том, что за любым политиком стоит класс или часть класса, экономические и политические интересы которого он выражает? (Перестал выражать – иди в отставку, найдем другого.)

    1. Чтобы ваши действия выражали интересы того или иного класса совсем необязательно, чтобы вы осмысленно действовали из их осознания. Классовая борьба — такой процесс, что практически ВСЯКИЙ акт общественной практики он превращает в пользу того или иного класса. Это первое.

      Второе. Какой конкретно класс ПОСТАВИЛ Горбачёва? Советская буржуазия? Кооператоры? Спекулянты? Не смешите людей. Горбачёв ОБЪЕКТИВНО действовал в интересах капитала, что означало — в интересах, во-первых, МИРОВОГО ИМПЕРИАЛИЗМА и, во-вторых, народившейся советской буржуазии (которую, впрочем, он сам своими же руками и создавал известными постановлениями).

  2. Валерий Николаев 31/10/2019 — 21:34

    Если лидер начинает «не осознавать» свои действия, последствия своих действий, он просто перестает быть лидером или становится «петрушкой» в руках тех, кто им руководит. Но «петрушка» всегда выполняет лишь то, что делают руки хозяина, которые повинуются разуму хозяина.
    Горбачев в первую (!!!) очередь действовал в интересах нарождающейся советской буржуазии, что в свою очередь приводило и к «заветным чаяниям» мирового империализма.
    ПС. Вы требуете от меня (!) корректности, а где же она с вашей стороны?

    1. Валерий,

      1. Вы написали ерунду, что класс советской буржуазии мог отправить в отставку Горбачёва. Чтобы показать вздорность вашего утверждения, я спросил, какой класс поставил к власти Горбачёва? Вы начали пререкание. Моя точка зрения выражена в статьях «Причины реставрации капитализма в СССР», «Концепция СССР — капиталистическая страна» и некоторых других публикациях.

      2. Горбачёв объективно действовал в интересах капитализма, а субъективно, как и большинство антикоммунистов, всей душой ненавидел народ, рабочий класс, Советскую власть, Сталина, Ленина и марксизм. Именно это и сделало его агентом мирового империализма в руководстве КПСС. Вас моя точка зрения чем-то не устроила и вы начали проповедь вульгарного марксизма о том, что всех политиков ставит какой-то класс. Какой класс поставил у власти Бухарина? Прямо кулаки? Голосовали на него на съездах? Вы не понимаете разницы между тем, когда человек объективно служит интересам того или иного класса (вне зависимости от его личного понимания, вне зависимости от того как и куда он пролез) и тем, когда класс реально организован и сознательно действует под руководством своих вождей. Класс советской буржуазии никакой реальной угрозы для власти КПСС не представлял, он был слаб, труслив и не организован. КПСС разрушили СВЕРХУ, в т.ч. подорвали доверие к ней в массах, и уже на образовавшейся пустоте привели к власти сначала опирающуюся на американский империализм группу реформаторов, которая разрушила страну и государство, а уже потом к власти постепенно подобрался класс российской буржуазии в лице олигархов и семибанкирщины.

  3. Есть ещё одно обстоятельство, которое не учитывает Валерий. «Услужливый дурак, ОПАСНЕЕ врага». Горбачев, объективно, с точки зрения владения марксизмом, был круглый дурак. Эту округлось, при высокой степени услужливости, давно заприметил в Горбачеве Андропов и, не спеша, двигал его вверх по служебной лестнице, как и Яковлева, и Калугина. Иной вопрос, что «Прорыв» уже давно доказал своим сторонникам причину, по которой ко времени Горбачева в КПСС уже, практически, не осталось знатоков марксизма. Поэтому, кого бы не выбирай в генсеки, в кресле всё равно оказался бы политический недоросль. Однако, то, в чем уже разобрались прорывцы, необходимо разжёвывать и разжевывать современным левым. К сожалению, ни один учебник марксизма хрущёвской и постхрущевской эпохи не является марксистским. Поэтому, в подавляющем большинстве случаев, как показала практика, даже, золотые медалисты обществоведческих вузов СССР не могли стать Марксистами на основе этих учебников, тем более учебников, под редакцией Яковлева, Арбатова, Абалкина, Волкогонова и т.д.

Комментировать

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

search previous next tag category expand menu location phone mail time cart zoom edit close