Новая холодная война и задачи коммунизма

№ 11/63, XI.2021


Спустя 30 лет термин «холодная война» снова запестрел на страницах газет и на экранах мониторов. В 1991 году было уничтожено первое в истории человечества коммунистическое государство, и силы мировой реакции в виде коллективного Запада рассчитывали передушить оставшиеся коммунистические страны поодиночке. Но сделать этого империалистам так и не удалось. А с 2014 года благодаря своему стабильному росту Китай начал активно наращивать экономическое влияние за рубежом, в том числе теснить позиции американских и европейских корпораций. И эта конкуренция в рамках принципа мирного сосуществования всё значительнее снижает потенциал империализма.

Китай с помощью своих экономических проектов расширяет также и политическое влияние на весь мир, что воспринимается Западом как «экспансия», которую нужно остановить всеми возможными средствами, а укрепление Народно-освободительной армии Китая называется угрозой так называемой «международной безопасности». Разумеется, рост политического влияния Китая не стоит считать ростом влияния коммунизма, пока речь идёт лишь о влиянии и авторитете Китая как мировой державы. Однако уже сегодня буржуазные правительства вынуждены как-то реагировать как минимум на успехи КПК в преодолении бедности и купировании пандемии, значит, буржуазия побаивается, что пролетарские массы, посмотрев на пример Китая, могут задуматься над классовой природой собственных правительств.

Объявление США холодной войны Китаю, как и в первый раз по отношению к СССР, носит оборонительный характер. Империализм боялся СССР, а сегодня боится Китая и, не имея возможности нанести противнику военного поражения, стремится превентивными мерами сковать рост его влияния. Но есть и отличия новой холодной войны от старой. Стремительное развитие Китая создаёт условия для объединения вокруг него сил, нацеленных на изменение мирового диктата коллективного Запада. Эта формула стоит на ступеньку ниже формирования лагеря мира и прогресса из стран социализма и народных демократий, однако может оказаться более устойчивой в текущих условиях.

Сейчас как никогда ранее видно, что «великие державы» Запада, представляя собой ничтожное меньшинство стран, пытаются по инерции диктовать свою волю остальному миру, не желая принимать во внимание факт того, что международная обстановка изменилась. И здесь максимально проявляется их реакционная сущность — сдерживание развития остального мира, насаждение самых мракобесных форм мировоззрений и загнивающих образцов буржуазной культуры.

После крушения СССР США и их союзники по НАТО под видом борьбы против международного терроризма и установления демократий западного образца нашли новый предлог для борьбы против движений, ставящих себе цель добиться национального освобождения. И теперь, когда Китай стал крупнейшим партнером стран Африки, на Западе говорят о необходимости резкой активизации борьбы с международным терроризмом на «черном континенте». Похожие процессы происходят и в Латинской Америке, где США пытаются всеми силами воспрепятствовать осуществлению совместных проектов КНР со всеми странами, сопротивляющихся диктату Вашингтона. Не говоря уже о давлении на страны Юго-Восточной Азии, где Запад пытается организовать гражданскую войну в Мьянме, а также натравливать на Китай Индию, Японию, Филиппины, используя фактор Тайваня. Теперь борьба против Китая превращается в борьбу против множества стран. Цель все та же — разделить мир на части и восстановить гегемонию евро-американской олигархии. За лозунгами свободы и прав человека чувствуется мерзкий запах гитлеризма.

На данный момент коммунистический Китай становится альтернативной западному империализму силой. Китай заявляет о заинтересованности в развитии других народов и стран. Поможет ли рост влияния Китая делу распространения марксизма и борьбы за коммунизм?

Вступление

Товарищ Сталин в докладе активу московской организации РКП(б) указывал:

«После победы Октября мы вступили в третий стратегический период, в третий этап революции, имеющий своей целью преодоление буржуазии в мировом масштабе. Как долго протянется этот период, — трудно сказать. Несомненно, во всяком случае, что он будет длителен, так же как несомненно и то, что он будет иметь свои приливы и отливы. Мировое революционное движение вступило в данный момент в полосу отлива революции, причём этот отлив по ряду причин, о которых я буду говорить ниже, должен смениться приливом, который может кончиться победой пролетариата, но может и не кончиться победой, а смениться новым отливом, который, в свою очередь, должен смениться новым приливом революции. Ликвидаторы переживаемого периода говорят, что наступившее затишье есть конец мировой революции. Но они ошибаются, так же как они ошибались раньше, в периоды первого и второго этапов нашей революции, когда каждый отлив революционного движения принимали за разгром революции.

Таковы колебания внутри каждого этапа революции, внутри каждого стратегического периода.

О чём говорят эти колебания? Говорят ли они о том, что положение Ленина о новой эпохе мировой революции потеряло или может потерять своё значение? Конечно, нет! Они говорят лишь о том, что революция развивается обычно не по прямой восходящей линии, в порядке непрерывного нарастания подъема, а путём зигзагов, путём наступлений и отступлений, путём приливов и отливов, закаляющих в ходе развития силы революции и подготавливающих её окончательную победу».

Данные слова были сказаны Сталиным в 1925 году, после окончания Первой мировой и гражданской войн. Но это вовсе не мешает нам оценить ситуацию в наше время, руководствуясь теоретическими положениями, изложенными в данном докладе.

После развала Советского Союза в 1991 году мы можем констатировать отлив революционного движения и стабилизацию капитализма в пользу сил мировой реакции, которой удалось временно избавиться от своего главного врага и отсрочить свою гибель. При этом уничтожение СССР и социалистического лагеря вовсе не привело к полному уничтожению лагеря мировой революции. Остались КНР, КНДР, СРВ, ЛНДР и Куба, существование и развитие которых не только раздражает мировой империализм, но и угрожает ему.

При этом важно уточнить, что подразумевается под стабилизацией. Сталин пишет:

«Но что такое стабилизация? Не есть ли это застой, и, если стабилизация является застоем, можно ли её применить к советскому строю? Нет. Стабилизация не есть застой. Стабилизация есть закрепление данного положения и дальнейшее развитие. Мировой капитализм не только закрепился на основе данного положения. Он идёт дальше и развивается вперёд, расширяя сферу своего влияния и умножая свои богатства. Неверно, что капитализм не может развиваться, что теория загнивания капитализма, выдвинутая Лениным в его „Империализме“, исключает, будто бы, развитие капитализма. Ленин вполне доказал в своей брошюре об „Империализме“, что рост капитализма не отменяет, а предполагает и подготовляет прогрессивное загнивание капитализма.

Мы имеем, таким образом, две стабилизации. На одном полюсе стабилизуется капитализм, закрепляя достигнутое положение и развиваясь дальше. На другом полюсе стабилизуется советский строй, закрепляя за собой завоёванные позиции и двигаясь вперед по пути к победе.

Кто кого — в этом вся суть».

После уничтожения СССР и соцлагеря начался новый этап в истории западного неоколониализма и борьбы против стран, оказавшихся беззащитными перед агрессорами. Все это время с 1991 года США и страны НАТО организовывали военные вторжения, государственные перевороты, свергали неугодные правительства. Те же, кто оказывал ожесточенное сопротивление, оказались под жесточайшими экономическими санкциями, торговой блокадой, политическим давлением. Не понимая этой общей картины, невозможно понять логику противостояния в любой стране мира, с учетом ее конкретной специфики.

Как указывал Сталин:

«Стабилизация в условиях капитализма, усиливая временно капитал, обязательно ведёт вместе с тем к обострению противоречий капитализма: а) между империалистическими группами разных стран; б) между рабочими и капиталистами каждой страны; в) между империализмом и колониальными народами всех стран».

Из перечисленных Сталиным признаков на данный момент можно выделить два.

Во-первых, объективно наблюдается рост противоречий как между главными западными империалистами в лице США, Евросоюза, Англии с одной стороны, а также РФ, Турцией, Ираном как империалистами «второго эшелона».

Во-вторых, наблюдаются объективные противоречия между пролетариатом и капиталистами. Но, в условиях отсутствия коммунистического актива, способного привнести элемент сознательности в стихию недовольства, данное противостояние не выходит за рамки экономических требований, а значит, не опасно для буржуазии.

Что же касается третьего признака — противоречия между империализмом и колониальными народами, — то в силу того, что международная повестка существенно изменилась с 1926 года, в наши дни отсутствуют колонии в старом их понимании и они формально объявлены «независимыми странами». Но это вовсе не означает, что колониализм исчез, он также изменился сообразно духу времени. Этот колониализм в новом обличье можно наблюдать в странах Африки и Латинской Америки, где западные корпорации эксплуатируют бедные страны. Разумеется, западные «правозащитники» ничего этого не видят, а если видят, то для галочки и между прочим.

В текущих условиях следует указать, что в каждой коммунистической стране происходит классовая борьба в условиях как конкретных внутренних обстоятельств, так и внешнего империалистического давления. Конечно, с одной стороны, это усиливает связи между народами данных стран, поскольку без усилий в данном направлении империализм получит возможность для внесения раскола в их отношения. Но с другой стороны, у коммунистических стран нет поддержки среди пролетариата на Западе, поскольку местные широкие массы находятся под влиянием олигархии, старающейся всеми силами взращивать шовинизм и антикоммунистические настроения. В силу данных обстоятельств коммунистическим странам приходится усиливать контакты с антизападными режимами, что усиливает позиции обеих сторон. К примеру, рост экономического и политического влияния КНР позволяет успешно раскалывать западных капиталистов, лишая их организацию монолитности, и привлекать к себе страны Африки и Латинской Америки, выводя их из зоны влияния Запада.

Исходя из вышесказанного, мы можем условно разделить карту мира на несколько частей:

1. Коммунистические страны, поскольку власть во всех этих странах осуществляет коммунистическая партия. Внутри каждой из данных стран идет внутренняя борьба между прогрессивными силами, выступающими за непримиримую борьбу с капитализмом и реакционными силами, нацеленными на прекращение этой борьбы. На данный момент эти страны не столько работают над построением коммунизма, сколько заняты задачей выживания в условиях экономического и политического давления со стороны Запада.

2. Лагерь реакции — это страны коллективного Запада во главе с США. Благодаря действиям Китая, данный лагерь также не имеет единства, но по-прежнему объединен желанием сохранить свое господство любой ценой.

3. Антизападные режимы занимают промежуточную позицию. С одной стороны, они являются партнерами КНР и других коммунистических стран исключительно в силу существующих противоречий со странами Запада, поскольку местная буржуазия заинтересована в сохранении своей власти, а значит, и капитализма со всеми вытекающими из этого последствиями. С другой стороны, они могут успешно торговать с Европой и США и при этом практически не иметь с ними политических контактов.

Буржуазия данных режимов закономерно расколота на условных «патриотов», стремящихся к сохранению власти на основе олигархического консенсуса при сформировавшемся госмонополизме, и «западников», опирающихся на полностью подконтрольных Западу олигархов.

Некоторые из таких режимов, как в Венесуэле или Сирии, левые, полусоциалистические. Другие, как РФ, откровенно враждебны к коммунизму, занимаются лишь политикой утихомиривания пролетариата и формирования у него империалистического мышления. Есть и такие, как ИРИ, что сопротивляются западному империализму, но при этом по своей природе абсолютно реакционны в силу господства религии. Таким образом, несмотря на все различия, данные режимы едины в сопротивлении западному империализму, сохранении капитализма в своих странах и сотрудничестве с коммунистическими странами.

Если же говорить более широко, то участников глобальной мировой политической повестки можно разделить на два лагеря:

1. Западный. В оный входят все страны коллективного Запада и их сателлиты по всему миру. Несмотря на внутреннюю политическую раздробленность, его главной ударной силой по-прежнему является блок НАТО. Но все более проявляющиеся центробежные тенденции в самом Евросоюзе, а также накопление противоречий между США, Англией и Евросоюзом говорят о том, что НАТО, несмотря на заявления о единстве, долго в исторической перспективе не протянет. При этом для выживания Запада необходимо уничтожение действующей системы международных отношений, поскольку в ее рамках он не способен на равных сохранять свои позиции и объективно проигрывает Китаю.

2. Антизападный. Главную роль здесь играет Китай как главная экономическая, политическая и военная сила, заинтересованная в устранении западной гегемонии. В этом же заинтересованы и другие коммунистические страны, а также вспомогательные силы в виде буржуазных режимов антизападной направленности. И первые и вторые заинтересованы в своем выживании, но классовые цели различаются кардинально. Перед партиями коммунистических стран возникли новые задачи — выстоять в новой холодной войне и не позволить уничтожить добытые завоевания. Буржуазные же антизападные режимы по своему характеру заинтересованы в сохранении капитализма и в данный исторический момент являются ситуативными партнёрами КНР.

Теперь же перед нами стоит задача по-марксистски охарактеризовать текущую мировую повестку и указать на то, куда движется история.

Исходя из происходящих процессов в мировой политике, можно составить характеристику текущего исторического момента:

1. Интенсивное развитие Китая, рост его экономического и политического влияния поставили западный капитализм перед серьезной угрозой вытеснения с мировых рынков, потери прибылей, а значит, экономического и политического влияния.

2. Китай, вкладывая деньги в развитие стран Азии, Африки и Южной Америки, а также расширяя с ними сотрудничество в экономике и политике, усиливает свое влияние и тем самым выводит их из западной зоны влияния. Разумеется, Пекин своей политикой в некоем роде «привязывает» данные страны к себе. Но в данных обстоятельствах иначе и быть не может.

3. В таких условиях о революционном процессе речи не идёт, но действия КНР, РФ, ИРИ и КНДР, а также прочих антизападных режимов в борьбе с американским империализмом сужают его возможности и «кормовую базу», что служит делу мира.

Именно с этой точки и следует начинать рассмотрение международной повестки дня и новой холодной войны, направленной на торможение развития Китая, который, успешно осуществив выход своего капитала за рубеж с глобальным проектом «Пояс и путь», стал на пути империалистической повестки США и собирает вокруг себя все больше сторонников. Но новая холодная война, которую США объявили КНР, является лишь прологом к новой мировой войне, которая будет существенно отличаться от двух предыдущих. И полномасштабную подготовку к которой уже невозможно скрыть.

 

Новое противостояние

Речь экс-госсекретаря США Майка Помпео, сказанная им 23 июля 2020 года в Президентской библиотеке-музее Ричарда Никсона, где КПК определялась как главная угроза национальной безопасности США, не стоит воспринимать как объявление войны коммунизму. На данный момент речь идет о противостоянии двух мировых держав. Тем более, что КНР не ставит своей целью распространение коммунизма, хотя именно этим Помпео и запугивал весь «свободный мир». Вместе с тем противостояние коммунизма и загнивающего империализма по-прежнему является генеральной линией мировой истории с 1917 года. Но в данный момент поставлен вопрос о снижении потенциала главных сил мировой реакции, что должно создать более благоприятные условия для борьбы за коммунизм в будущем.

Как я уже писал в статье о международном положении КНР к 100-летию основания КПК, речь Помпео

«по факту является не только объявлением холодной войны, но и признанием поражения правящих кругов США в попытке добиться перерождения китайского режима через „мягкую силу“ рыночных отношений и внедрение буржуазных ценностей. Растущая экономическая, военная и политическая мощь Китая откровенно пугает американскую олигархию, которая уже не способна конкурировать на мировом рынке с китайскими корпорациями. Отчасти из-за бессилия она развязала холодную войну, которая началась с инициации череды майданных переворотов в прокитайских странах и прессинга тех стран, которые активно торгуют с КНР».

Следующими отчетливыми сигналами того, что Запад видит в КНР главного противника, стали саммит G7 в Корнуолле с 11 по 13 июня и саммит НАТО 14 июня 2021 года в Брюсселе во время европейского турне президента США Джозефа Байдена. Так, «семерка» выразила намерение сдерживать экономическое развитие Китая, которое «подрывает справедливое и прозрачное функционирование мировой экономики», то бишь экономическое господство западного империализма. Стоит ли говорить о том, что данное заявление является логическим продолжением речи Помпео? Оценка КНР как «системного вызова» была развита в Стратегической концепции на саммите НАТО:

«Индустриальная политика Китая, а также его стратегия по слиянию военного и гражданского секторов — ключевые составляющие бросаемых им системных вызовов. Амбиции и наступательная позиция КНР представляют собой системный вызов общепринятому международному порядку, а также сферам, имеющим отношение к безопасности альянса».

Как сообщалось, в СМИ:

«В нем отмечается, что модернизация вооруженных сил КНР, охватывающая ее ядерный потенциал, военно-морские силы и ракетные войска, „представляет новые риски и потенциальную угрозу стратегической стабильности НАТО“. „Китай создает серьезные риски в области телекоммуникаций, в аэрокосмической сфере и в киберпространстве“».

Короче говоря, чтобы не представлять «угрозу» G7 и НАТО, Китай просто должен отказаться от развития.

С очередной порцией обвинений выступил и генсек НАТО:

«За последние годы мы видим значительное наращивание военной мощи. Китай вкладывает значительные средства в развитие своего потенциала, в том числе ядерного, в современные системы вооружений. Китай не разделяет наши ценности, притесняет демократические процессы в Гонконге и меньшинства внутри страны, использует современные технологии, соцсети, системы распознавания лиц для слежки за населением в беспрецедентных масштабах. Действия Китая все больше затрагивают интересы членов альянса».

Как сообщалось в СМИ:

«По его словам, „Китай приближается к нам, мы это видим в киберпространстве, в Африке, в Арктике, Китай вкладывает значительные средства в критически важную инфраструктуру на территории наших стран, пытается ее контролировать“. Генсек добавил, что речь идет, в частности, о системах 5G. „Поэтому повестка НАТО-2030 очень важна для стабильности, инвестирования в новые технологии, обеспечения защиты в киберпространстве“».

Саммиты в Корнуолле и Брюсселе наметили направления политики империалистической западной буржуазии до 2030 года. Решающим словом о будущем НАТО должна стать стратегическая концепция Альянса, которую представят в следующем году в Мадриде. Но последующие события поставили под вопрос единство в рядах Запада, что, безусловно, скажется на стратегической концепции НАТО.

Беспорядочное бегство из Афганистана лишь показало, что за внешним имиджем единства скрываются многочисленные противоречия между США, Англией и Евросоюзом. В сухом остатке Столтенберг вынужден был констатировать, что альянс нуждается в расследовании причин произошедшего. Но расследование никак не остановит объективного процесса его кризиса. Крах в Афганистане показал, что коллективный Запад все еще мнит себя господином всей планеты, но уже по факту не является таковым. А потому будет делать все, чтобы доказать обратное. Ссора с Францией из-за образования антикитайского блока AUKUS еще более усугубила положение внутри НАТО. Свою лепту, безусловно, внёс и созванный США так называемый «саммит демократий».

Хотя роль империализма в загнивании и самоуничтожении КПСС не стоит преувеличивать, однако предыдущая холодная война закончилась разрушением Советского Союза и социалистического лагеря, в результате чего мировая реакция во главе с Соединенными Штатами взяла курс на построение глобального «нового мирового порядка». Придворный философ американского империализма Фрэнсис Фукуяма заявил о так называемом «конце истории», когда либерализм завоюет весь мир и вскоре падут последние очаги сопротивления американской империи. Но Фукуямы приходят и уходят, а история продолжает свой путь, и никакой империалист не способен остановить движение человечества к прогрессу и коммунизму даже путем убийства миллионов человек. Теперь же, столкнувшись спустя 30 лет с Китаем, США устами Байдена снова разглагольствуют о моральном праве пасти народы, как до этого утверждали его не менее мракобесные предшественники.

«Называйте это мистикой, если хотите, но я всегда верил, что был некий божественный план, по которому Америка оказалась расположенной между океанами, и ее искали и нашли чрезвычайно мужественные люди, безгранично любящие свободу», — это слова Рональда Рейгана.

«Хотим мы того или нет, но мы обязаны признать, что одержанная нами победа возложила на американский народ бремя ответственности за дальнейшее руководство миром», — а это Гарри Трумэн.

«Судьба возложила на нашу страну ответственность за руководство свободным миром», — а это госсекретарь Джон Фостер Даллес.

«Что мы пытаемся сделать — это поддержать порядок, основанный на международных правилах, в который наши страны так много инвестировали так много десятилетий ради блага, я бы утверждал, не только наших граждан, но и людей во всем мире, включая, кстати, Китай», — а это уже слова госсекретаря Энтони Блинкена, сказанные во время пресс-конференции с министром иностранных дел Великобритании Домиником Раабом 4 мая этого года.

Как видим, американцы по-прежнему считают, что могут думать за весь мир и решать за все народы и нации, что для них худо, а что добро.

А вот что заявил в 1940 году президент совета Национальной промышленной ассоциации Вёрджил Джордан на конференции Ассоциации банков — инвеститоров Америки:

«Каким бы ни был исход войны, Соединенные Штаты прочно встали на путь империализма как в международных делах, так и во всех других сферах своей жизни со всеми вытекающими отсюда возможностями, ответственностями и опасностями… Послевоенная Англия в лучшем случае превратится в младшего партнера нового англосаксонского империализма, в котором мощь Соединенных Штатов станет центром земного притяжения. Другими словами, экономическая мощь, престиж, скипетр империи переходят к США. Нас может пугать непривычное и запрещенное слово — империализм, которое применимо ко всему тому, что мы делаем. Поэтому в духе новой моды мы прикроем это слово обтекаемой фразой, вроде „защита полушария“».

Я считаю, что было бы неправильно писать о нынешнем противостоянии КНР и США и при этом не посвятить несколько абзацев антикоммунистическим доктринам американской реакции времен противостояния с Советским Союзом. Поэтому я приведу небольшую выдержку из книги «Агрессия лжи» О. Феофанова для освежения памяти, на что готова идти реакция ради уничтожения коммунизма:

«После второй мировой войны, когда Советский Союз доказал свою мощь, свое морально-политическое единство, американский империализм, опираясь на временную монополию владения атомным оружием, выступил в 1947 году с доктриной Трумэна, известной как „доктрина сдерживания коммунизма“. А вскоре, в марте 1948 года, в совершенно секретном меморандуме № 7 Совета национальной безопасности США было записано: „Разгром сил мирового коммунизма, руководимого Советами, имеет жизненно важное значение для безопасности Соединенных Штатов. Этой цели невозможно достичь с помощью оборонительной политики. Поэтому Соединенные Штаты должны взять на себя руководящую роль в организации всемирного контрнаступления с целью мобилизации и укрепления наших собственных сил и антикоммунистических сил несоветского мира, а также в подрыве мощи коммунистических сил“.

В начале 50-х годов государственный секретарь в администрации Эйзенхауэра Дж. Ф. Даллес сформулировал „доктрину отбрасывания коммунизма“ или „освобождения Восточной Европы“. Это были годы, когда США стали организовывать и поддерживать контрреволюционные выступления в социалистических странах Европы.

Глобалистские тенденции внешней политики США нашли свое отражение в 1979 году в доктрине Картера, или „доктрине защиты жизненных интересов“. В этой доктрине открыто формулировался метод расправы с коммунизмом — ядерная война. Объявив, что коммунизм является неким „отклонением“, „ненормальным образом жизни для человека“, Картер подписал осенью 1980 года директиву Совета национальной безопасности № 59, которая с тех пор является военно-политической доктриной Пентагона. Стратегическая цель Соединенных Штатов в отношении СССР сформулирована в ней недвусмысленно: это уничтожение социализма как общественно-политической системы, а средством достижения этой цели объявлены применение ядерного оружия первыми, достижение превосходства над СССР в ядерной войне и ее завершение на выгодных для Соединенных Штатов условиях…

Известно, что, выступая в британском парламенте летом 1982 года, Рональд Рейган провозгласил „крестовый поход“ против коммунизма.

В апреле 1984 года президент США подписал директиву Совета национальной безопасности №138, санкционирующую законность нанесения так называемых „упреждающих ударов“ за рубежом якобы для „борьбы с терроризмом“. Эта директива стала известна как доктрина Рейгана, „доктрина неоглобализма“. В ней сплетаются в один узел антисоветская пропаганда с клеветническими нападками на силы национального освобождения. На основе этой доктрины провоцируются локальные военные конфронтации. Делается это во имя осуществления гегемонистских, глобальных устремлений империализма США.

Сущность доктрины четко определил комментатор журнала „Бизнес уик“ Джон Пирсон:

„Рейган хочет стать первым президентом, добившимся того, что провозглашал государственный секретарь Джон Фостер Даллес, но чего достичь в 50-е годы ему не удалось, — „отбросить коммунизм вспять во всемирном масштабе“».

Чтобы лучше понять происходящее сейчас, нужно дать характеристику противостояния СССР и США с 1945 по 1991 годы. Так будет ясна разница между холодными войнами разных эпох.

После окончания Великой Отечественной войны и Второй мировой войны, лагерь мировой революции получил стратегическое преимущество, поскольку победа над фашизмом сделала идеи коммунизма еще более популярными во всем мире. Следовательно, в такой ситуации Советский Союз должен был перейти к поддержке революционных движений, направленных на борьбу с мировым империализмом. Но вместо этого после смерти Сталина внешняя политика СССР перестала быть наступательной.

К каким классовым изменениям политики привело вульгарное понимание принципа мирного сосуществования — это отрицание борьбы за уничтожение классов как внутри СССР, так и во всем мире. Внешняя политика КПСС, являясь продуктом ревизионизма в области теории, неизбежно привела к предательству интересов рабочего класса и мировой революции на практике. Хотя была подана в манере следования ленинской теории.

В статье «Пролетарская революция и хрущевский ревизионизм», опубликованной в газете «Женьминь жибао» 31 марта 1964 года, была дана меткая характеристика идеи хрущевского мирного сосуществования:

«В период c XX по XXII съезд КПСС хрущёвский ревизионизм с его линией на так называемые „мирный переход“, „мирное сосуществование“ и „мирное соревнование“ оформился в законченную систему. Рассматривая своё добро как „новое творчество“, Хрущёв подсовывает его везде и всюду. Но фактически ничего нового здесь нет, это лишь компоновка браудерского ревизионизма, теории „структурных реформ“ и титовского ревизионизма, подвергшихся некоторой перелицовке и подкрашиванию, да и только. В международном плане хрущёвский ревизионизм проявляется в капитулянтстве перед американским империализмом; в империалистических и капиталистических странах — в капитулянтстве перед реакционными господствующими классами; а в социалистических странах — в поощрении развития капиталистических сил».

Если бы после смерти Сталина КПСС не переродилась, то нет сомнений, что лагерь мировой революции сохранил бы цельность и борьба с капитализмом была бы продолжена. Советский Союз победил фашизм в Великой Отечественной войне и приобрел невиданный международный авторитет в глазах всех народов. Но став на путь ревизионизма и уступок капитализму во внутренней и внешней политике, КПСС расколола силы коммунизма, после чего и сама ушла в небытие. В таких условиях, решая проблемы выживания, КПК пошла на сотрудничество с США. КПК рассчитывала за счет этого сократить собственное технологическое отставание, нарастив средства производства, а США рассчитывали добиться перерождения КНР посредством рыночных отношений. По итогу в 2020 году США пришлось признать, что им не удалось добиться желаемого результата и объявить новую холодную войну. Но после 1991 года изменился не только Китай, но и весь остальной мир.

Старый вопрос

В 1917 году человечество вступило в эпоху мировой революции, которая будет длиться до тех пор, пока коммунизм не победит во всех странах. В данный момент имеет место временный отлив мировой революции и некоторым, не очень проницательным личностям может показаться, что никакой борьбы между коммунизмом и капитализмом нет. Но это не так. Отлив не означает прекращение борьбы. Наоборот. Именно в период отлива накапливаются те силы, что позже произведут «штурм», в ходе которого коммунизм вернет утраченные позиции и перейдет в наступление на капитализм.

Противостояние продолжается, но в иной форме, чем прежнее. В американском Госдепе прекрасно понимают, что речь идет о противостоянии именно коммунизму, и надеются победить КНР так же, как и СССР. Но те обстоятельства, в которых находится Китай, в корне отличаются от обстоятельств, в которых находился Советский Союз. Как видим, американская олигархия действует против китайского народа точно так же, как работала и против советского, но реального результата эта работа пока не дает.

Пока Китай занимает пассивную позицию, но «великий разлом», о котором говорил ранее генсек ООН Антониу Гутерриш, рано или поздно произойдет, поскольку американская буржуазия по-прежнему видит себя исключительно в качестве главного мирового шерифа и желает избавиться от стесняющих ее действия международных организаций, созданных после Второй мировой войны. А произойти этот разлом не может иначе как путем войны и уничтожения существовавших ранее международных организаций. Поэтому вопрос о том, ЗА ЧТО идет борьба, для нас очевиден. Но это не столь очевидно для наших оппонентов.

После того как термин холодная война вернулся на страницы мировой и, в частности, российской прессы, его активно стали применять для характеристики весьма охладевших российско-американских отношений. Таким образом, массовый потребитель информации российских СМИ не заметил подмены. С 1917 года ведется борьба между умирающим, но все еще сильным капитализмом и молодыми силами коммунизма. При этом в современной популярной российской литературе и СМИ можно встретить подход, согласно которому период первой холодной войны между СССР и США преподносится как противостояние США и абстрактной России, что является ложью. Но дело в том, что нынешняя холодная война неразрывно связана с предыдущей. Поэтому в контексте данной работы важно показать их взаимосвязь и подлинные причины.

Холодная война с 1945 по 1991 год является органическим следствием итогов Великой Отечественной и, шире, Второй мировой войны, поскольку германскому фашизму, взращенному на деньги американских и европейских капиталистов, не удалось ликвидировать Советский Союз военным путем. Разумеется, современную российскую историографию не устраивают марксистские формулировки и оценки тех событий, поэтому ее представители работают над альтернативными трактовками. В качестве примера того, как дезинформируется общественность о подоплеке войны германского фашизма против советского народа, можно привести фрагмент лекции известного историка Алексея Исаева. Во вводном ролике о Нюрнбергском процессе на YouTube Исаев сказал следующее:

«Розенберг, один из идеологов нацизма и один из ближайших соратников Гитлера, получил право управления оккупированными территориями. Он включился в эту работу с энтузиазмом, производя те самые бумаги, которые потом станут обвинениями в Нюрнберге. Секретный меморандум Розенберга датирован 25 октября 1942 года: „На востоке Германия ведет войну за осуществление трех целей — войну за уничтожение большевизма, войну за уничтожение великорусской империи и, наконец, войну за приобретение колониальных территорий для целей колонизации и экономической эксплуатации“. Как мы видим, речь идет не о борьбе с коммунизмом как идеологией. При всей ненависти нацистов к большевикам, к коммунистам, это было только вершиной айсберга в тех планах, которые они вынашивали. Розенберг говорит о войне за уничтожение великорусской империи в войне за уничтожение любой государственности, которая может хотя бы технически существовать на территории к востоку от Уральского хребта».

В современном российском патриотическом дискурсе имеется немало клевретов, пытающихся исказить истину о периоде холодной войны. Но даже те историки и «лидеры общественного мнения», что преследуют цель уничтожения нагромождений либеральной лжи, также пытаются убедить нас в том, что война Советского Союза против фашистской Германии была вовсе не борьбой капитализма против коммунизма, а войной Германии за уничтожение русской государственности. Таковы особенности современной конъюнктуры. Одной рукой российские историки борются против западных фальсификаторов, а другой занимаются точно такой же фальсификацией. Отличаются только мотивы.

Так можно ли согласиться с данной выше характеристикой Исаева? Конечно же, нельзя. Его доказательная база здесь сродни аргументации Путина, высказавшегося против идеологизации подвига советского народа, о чем я писал в статье «О примирении красных и белых». Дело в том, что при таком подходе остается не ясным самое главное — за что же воевал советский народ? Более того, абсолютно не ясно, как можно воевать против большевизма, уничтожая народы, которые строят коммунизм, и при этом не бороться против коммунизма как такового? Что это за извращенная логика? Выходит, что если мы убираем столь раздражающее современных российских историков полузапретное слово «коммунизм», то все подвиги воинов Красной армии и наших героических партизан сразу же обесцениваются. И в чем здесь разница между условными «патриотическим» и «либеральным» подходами? Да ни в чем. Суть одна, хоть и вывески разные. Кроме того, упускается из вида, что Гитлер объявил войну большевизму еще 27 января 1932 года в Дюссельдорфе, где 300 крупнейших промышленников устроили ему своеобразный кастинг на роль фюрера.

«Нельзя создать сильную и здоровую Германию, если 50% населения настроено большевистски», — сказал тогда Гитлер. О войне против Советского Союза речи еще нет даже в помине.

Кроме того, нельзя не заметить, что Исаеву неудобно размышлять о войне против большевизма, он мнется и переходит к более удобному для себя тезису Розенберга о войне против «великорусской империи».

Нацисты утверждали, что СССР был примером великорусской империи, а наши настоящие великорусские имперцы считают, что Россия в составе СССР была дойной коровой для нерусских народов. Они вообще уверены, что русские в СССР были угнетаемым народом то ли большевиками, то ли евреями, то ли кавказцами. Это разночтение двух сортов фашистов вызвано тем, что их изначальные тезисы о сущности Советской власти абсолютно ложны.

Более того, можно провести мысленный эксперимент, удалив из межвоенных политических раскладов фактор большевизма. Предположим на месте СССР действительно «великорусскую империю». Пришёл бы в таком случае Гитлер к власти, накачивали бы англосаксонские империалисты Германию деньгами? Конечно, нет, в этом не было бы никакого смысла, потому что эта «великорусская империя» угрожала бы их интересам только локально, в отдельных регионах. Другое дело — угроза коммунизма, угроза создания Всемирного Советского Союза с соответствующей потерей собственности олигархата.

А теперь к эпохе между 1945 и 1991 годами. Точнее к тому, как современные политэксперты «задним числом» оформляют противостояние СССР и США, чтобы продемонстрировать, насколько близки подходы германского фашизма, американского империализма и идеологов современной РФ к ответу на вопрос о том, за что же воевал советский народ в Великую Отечественную и за что шла борьба в войне холодной.

В качестве примера возьмем книгу А. Окорокова «СССР против США. Психологическая война». Открываем главу «Холодная война» и читаем:

«Таким образом, можно сказать, что холодная война выросла из результатов войны „горячей“ — Второй мировой. И уже по одной этой причине, как справедливо замечает историк и политолог, д.и.н. Н.А. Нарочницкая, она не могла быть противостоянием „свободного мира“ и „тоталитарного коммунизма“ или классовой борьбой мирового империализма и „оплота мира и социализма“. По мнению Н.А. Нарочницкой, если бы после окончания Великой Отечественной войны Большая Россия смогла бы сбросить с себя коммунистическую идеологию и возродиться в качестве Российской империи, холодная война все равно состоялась бы. По той причине, что ее главным аспектом была не „борьба с коммунизмом“, а борьба с „русским империализмом“, причем на самой территории исторической России.

О том, что холодная война была направлена на уничтожение не коммунистического режима, а российской традиционной государственности, наглядно свидетельствуют и более поздние высказывания известных американских политических деятелей. Они относятся к так называемому периоду победы „западных демократий“ над Советским Союзом».

Вот так, легким росчерком пера и подбором нужных цитат «доказывается», что после Второй мировой войны шла борьба не против коммунизма, который стал распространяться по всему миру, а против некой «российской традиционной государственности». Как будто никогда не было войн во Вьетнаме, в Китае, Корее, не было революции на Кубе. Там тоже США боролись против русской государственности? Не говоря уже о том, как США в ручном режиме устанавливали фашистские режимы в Латинской Америке, лишь бы не допустить прихода к власти коммунистов или таких левых политиков, как Сальвадор Альенде. Видимо, оказывая дипломатическую и военную поддержку китайцам, кубинцам, вьетнамцам и корейцам, КПСС расширяла зону влияния некой «российской империи». Вот так мнение того или иного исторического персонажа и, даже хуже того, какого-то политолога выдается за доказанный факт. При таком подходе выстраиванием доказательной базы вообще не нужно заниматься. Сегодня по такой технологии книжки можно печь, как пирожки.

Но вершина доказательной базы в данной главе — это ссылка на цитату известного фашиста Збигнева Бжезинского:

«Еще более показательно высказывание секретаря Трехсторонней комиссии, известного американского политолога Збигнева Бжезинского:

„Россия — побежденная держава. Она проиграла титаническую борьбу. И говорить „это была не Россия, а Советский Союз“ — значит бежать от реальности. Это была Россия, названная Советским Союзом. Она бросила вызов США. Она была побеждена. Сейчас не надо подпитывать иллюзии о великодержавности России. Нужно отбить охоту к такому образу мыслей… Россия будет раздробленной и под опекой».

Я всегда поражался тупоумию некоторых людей, которые упорно закрывают глаза на происходящее и конструируют на ходу свою собственную альтернативную реальность. Нарочицкая и Бжезинский, видимо, из разряда именно таких персонажей. Искать логику в их размышлениях бесполезно, размышляют они о Советском Союзе абсолютно одинаково. И знаю почему — потому что они патологические антикоммунисты.

Розенберг, Нарочицкая, Бжезинский, являясь идеологической прислугой отдельных отрядов национальной буржуазии, рассматривают мир исключительно через призму сознания, оформленного реакционной идеологией. Так было на протяжении всей истории с реакционными классами, воспринимавшими исторического соперника исключительно через призму своего мировоззрения, за границы которого они были не способны выйти.

Открытое отрицание того, что фашистская Германия, а затем и Соединенные Штаты вели борьбу именно с коммунизмом, позволяет игнорировать объективные факты.

В действительности, для нас, коммунистов, не важно, как капиталисты объясняют себе борьбу против коммунизма, как они его интерпретируют и представляют. Ключевое значение имеют только факты, говорящие о том, что существуют объективные законы, по которым функционируют капиталистическая и коммунистическая формации. А современные российские деятели идеологического фронта не способны оценивать исторический процесс без ссылок на мнения отдельных лиц, которые, по их мнению, якобы этот исторический процесс определяют. В этом и заключается тупоумие в понимании истории современных лидеров мнений из многочисленных фондов и институтов имени себя.

Концепция смешивания разных форм классовой борьбы базируется на схожести применяемых буржуазными силами средств. Капиталисты борются друг с другом как конкуренты, буржуазные государства воюют друг с другом за господство на мировом рынке своих капиталистов. Это тоже классовая борьба разных отрядов мирового класса буржуазии или буржуазных классов разных стран, кому как удобнее называть. Отношения конкуренции между капиталистами, впрочем как и между пролетариями, носят абсолютный характер, а отношения сотрудничества или нейтралитета — относительный. Однако специфика холодной войны состоит, во-первых, в том, что буржуазные классы большинства «демократических» стран выступили единым фронтом, во-вторых, в том, что СССР не являлся конкурентом западной буржуазии. СССР не соперничал с ними за передел мирового рынка, не вмешивался в их внутренние дела, советские предприятия не конкурировали с американскими или европейскими внутри Америки и Европы, да и за их пределами. Наоборот, СССР свободно продавал сырьё, покупал товары у западных капиталистов, всегда строго исполнял свои контрактные обязательства. Но империалистам не давала покоя мысль о богатствах СССР, о возможности полакомиться советской промышленностью, природными ресурсами и экономиками Восточной Европы. Угроза от СССР исходила исключительно в политической области — империалисты боялись распространения коммунизма в своих странах. В этом и состояла суть холодной войны.

Было бы непростительно не указать господам экспертам на объективную подоплеку холодной войны, которую они в упор не замечали долгие годы, впрочем как не замечают и сейчас. И не будут замечать впредь. Поскольку для этого нужно понимать исторический процесс гораздо глубже, нежели на уровне доказательств того или иного тезиса с помощью бумаг и документов. В. Подгузов, объясняя абсурдность идеи апелляции в борьбе с буржуазией к ее же законам, отмечал:

«В частности, даже такой холоп американских олигархов, как З.Бжезинский, и тот ошарашен тем, какие последствия охватили Америку после краха СССР. В 1990 году, — отметил он в своем интервью „Комсомольской правде“, — зарплата руководителей американских предприятий всего в 70 раз превышала зарплату среднего американца. Теперь эта разница выросла до 325 раз. Что можно сказать об умственных и моральных способностях Бжезинского, если он знал, что в СССР разница между оплатой высших и низших должностей не превышала трех раз, а в США разрыв уже тогда составлял 70. Неужели было трудно догадаться, что олигархи США борются против СССР именно для того, чтобы снять с себя все верхние ограничения в размерах доходов и настригать со шкур американских хомячков еще больше шерсти. Нет, нужно было обязательно, как в старом ковбойском анекдоте, сначала испробовать изрядную порцию бизоньего дерьма, а потом задуматься над вопросом: „Что-то мы с тобой не то сделали, друг Рональд?“».

Разумеется, что нынешние российские буржуазные политики и их политологи не желают осознавать факта того, что в Великую Отечественную, а затем и в холодную войну Советский Союз боролся не только и не столько за свободу и независимость, сколько с мировым империализмом как высшим проявлением капитализма.

Отсюда вытекает вопрос: за кем должен пойти пролетариат в дальнейшем — за буржуазией и ее идеологической прислугой или же за марксистами? Если за марксистами, то мы должны быть способны объяснить каждому, в чем заключается исторический момент и как он связан с процессом мировой революции. Мы должны уметь объяснить, что нет принципиальной разницы между российскими, американскими, европейскими, иранскими, турецкими и прочими другими капиталистами. Различие же состоит лишь в частных интересах. И чем более региональные империалисты входят в конфликт с Западом, тем более они сближаются с КНР, что лишь укрепляет международные позиции Пекина. Но это вовсе не отменяет их сущностной реакционности. При этом на Западе главным лейтмотивом нынешней холодной войны считают идею «противостояния демократии авторитаризму» в лице КНР и РФ, о чем, в частности, заявил верховный представитель Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности Жозеп Боррель:

«Демократия сегодня находится под ударом, поэтому США и Евросоюз должны доказать всему миру, что это лучшая система. Мы должны гарантировать, что США и ЕС обеспечат себе мировое лидерство в борьбе с пандемией, экономическом восстановлении, распространении в мире демократии и прав человека».

Об этом речь пойдет в следующем разделе.

Продолжение следует….

К. Киевский

Новая холодная война и задачи коммунизма: 3 комментария

  1. А в продолжении будет рассмотрен такой интересный нюанс, что монополии Запада физически производят свой продукт в КНР и данные производственные площадки тем или иным образом контролируются КПК? Т.е. проверенные временем инструменты холодной войны вроде санкций со стороны стран Запада будут противоречить интересам западных же корпораций?

  2. Авторская точка зрения очень интересна. Не знаю, насколько он на действительно научна и соответствует действительности, но с чисто обывательской точки зрения могу сказать, что очень и очень похоже на правду. Понравилось, что дается довольно беспристрастный анализ без визга про «китайский империализм» и прямо противоположному ему визгу про «скоро Китай нам всем тут построит социализм, это флагман мирового коммунистического движения». Антизападный лагерь действительно прогрессивнее, чем Западный, но и в КПК есть свои проблемы, которые мешают продвижению к коммунизму (как уже указывалось в других статьях, затрагивающих КПК, в партии, видимо, нет понимания как далее продвигаться к построению коммунизма; пока что господствует точка зрения хрущевско-брежневского времени о постоянном «улучшении социализма»).

  3. Отличительной особенностью политики КПК является то, что она, с одной стороны, не препятствует китайским мещанам улучшать свой образ жизни за счёт личных талантов и усилий, что, конечно-же, не имеет ничего общего с задачами строительства коммунизма, где должно господствовать развивающее, гармоничное личное потребление, направленное на доведения до оптимума общественного потребления, но с другой стороны, КПК не отказалась от фактического проведения главных принципов Культурной революции: каждое отступление крупных чиновников и крупных капиталистов от точного соблюдения законов, фактически, сформулированных КПК, карается расстрелом.

Комментировать

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s